В Министерстве здравоохранения РФ не рассматривают планы по передаче частным фирмам функции оказания медицинской скорой помощи, однако рассматривают вопрос передачи на аутсорсинг перевозки врачей. Об этом 7 июня заявил пресс-секретарь министерства Олег Салагай.

Скорая помощь
Скорая помощь
Zimin Vas

«Министерство здравоохранения РФ исходит из того, что передавать каким-либо негосударственным организациям само оказание скорой медицинской помощи недопустимо. Такой сценарий не рассматривается и не обсуждается», — говорится в сообщении пресс-службы.

Тем не менее, ведомство совместно с другими федеральными органами власти внимательно изучает опыт передачи исключительно транспортной функции на аутсорсинг, утверждают в Минздраве. «Такой опыт есть в целом ряде регионов. Он анализируется и обсуждается с экспертами. В случае, если он будет признан эффективным, соответствующая модель может быть предложена регионам для внедрения. Однако ни о каком директивном разгосударствлении не может быть и речи», — пояснили в пресс-службе.

В то же время Министерство здравоохранения РФ не поддерживает инициативы по установлению ограничений на количество бесплатных вызовов медицинской помощи, подчеркнули в ведомстве: «Полагаем, что право на получение скорой помощи является базовым и не может быть ограничено какими-то экономическими рамками».

В рамках работы по совершенствованию организации скорой помощи Минздрав издал приказ, согласно которому «размещение станций скорой медицинской помощи, а также иных структурных подразделений, оказывающих скорую медицинскую помощь, должно осуществляться с учетом времени доезда бригады скорой медицинской помощи до наиболее отдаленного населенного пункта обслуживаемой территории не превышающем 20 минут с момента ее вызова», подчеркнули в министерстве.

Однако перспектива внедрения транспортного аутсорсинга скорой помощи вызывает серьезные опасения. Новация наверняка получит развитие в виде дальнейшего разгосударствления медицинской службы, при этом критерии «эффективности», по которым оцениваются такие нововведения, у ведомств традиционно размыты и редко согласуются с мнением общественности. Такое мнение корреспонденту ИА REGNUM 7 июня высказала руководитель центра социального анализа Института глобализации и социальных движений Анна Очкина.

«Практика найма частных подрядчиков на бюджетные деньги показывает, что в таких случаях мало того, что возникают новые коррупционные риски, но и объективно возникают дополнительные сложности в поддержании контроля, растет стоимость выполняемых работ. Достаточно вспомнить строительство московского метро, строительство космодрома «Восточный». Во всех случаях субподрядного строительства социальных объектов, которое производится на деньги региональных и федеральных бюджетов, мы наблюдаем срыв сроков строительства, сроков уплаты заработных плат. При этом, кому предъявить претензии, кто ответственный за это — непонятно», — сказала Очкина.

«Аналогичная проблема угрожает и скорой помощи. Есть бригады, есть машины. Водитель занимается автомобилем, медицинская бригада занимается помощью. Они знают, что если их вызвали, они не должны уточнять, есть ли их машина или нет. Их вызвали командой. В случае, если мы обращаемся к частному перевозчику, у нас появляется новое, дополнительное звено. Лечебная команда отрывается от машин. Это усложнение процедуры, которое, соответственно, приводит к риску сбоя. А в этой сфере риска сбоя вообще быть не должно», — продолжила социолог.

В целом же, чем больше появляется сообщений об обсуждении какой-либо «непопулярной» меры, и чем больше возникает опровержений на этот счет со стороны профильных ведомств, тем больше вероятность, что именно такие меры государство и задумало провести в жизнь. В этом отношении заявление Минздрава о том, что ведомство не поддерживает инициативу по установлению ограничений на количество бесплатных вызовов медицинской помощи, исключением не является, подчеркнула Очкина:

«Что касается ограничений, то достаточно вспомнить, сколько раз уже эта идея вбрасывается в информационный поток. Поведение правительства напоминает поведение ребенка трех-четырех лет. Дети в этом возрасте тестируют границы, что они могут сделать, не понеся наказания. Здесь очень важно очертить чётко, что можно делать, что нельзя делать ни в коем случае и что можно делать по разрешению. Кажется, у нас давно уже не воспитывали таким образом власть — она совершенно распоясалась».

«Есть очень серьезные предложения, которыми тестируется общественное мнение. Это несчастный пенсионный возраст, многострадальная скорая помощь, это частичная или полная отмена пособий по безработице у людей, у которых нет стажа, и так далее и так далее. Это то, что явно в мечтах у правительства», — продолжила она.

«Каждый раз когда заходит речь о разгосударствлении скорой помощи даже в плане частных автомобильных фирм, нужно каждый раз всем информационным валом давать реакцию, чтобы ни в коем случае эту меру не ввели. Очевидно, идёт поиск границы, до какой степени мы всё это будем принимать. Мой опыт и практика говорит, что всё, что мы как общество съедаем, и всё, что не даёт более-менее заметной информационной волны — всё реализуется, даже то, что год-два назад казалось абсурдным», — считает социолог.

При этом вся логика реформирования социальной сферы в России устроена таким образом, что переводить на рыночные рельсы будут все новые и новые сегменты общественного сектора, считает Очкина: «Это логика подчинения всей социальной сферы рынку — она встроена в мотивацию и работу и правительства, и всех структур».

«При этом кто будет оценивать эффективность проведенных реформ? Сколько бы ни возмущались врачи, учителя, родители, все — тем не менее, ЕГЭ признается эффективным, как и преобразования в здравоохранении. Признавать эффективным будут всё до тех пор, пока что-то совсем уж наглядно не сгорит. Мы столкнулись с настоящим кризисом управления социальной сферой», — заключила эксперт.