Шанкр
Шанкр
fotocop.ru

Юристы озаботились бесправным положением пациентов с ВИЧ, относительно других заболевших общественно опасными инфекционными болезнямии предлагают увеличить список заболеваний, за заражение которыми других граждан наступает уголовная ответственность. Однако врачи и полицейские — против: принуждение загонит заболевших в подполье.

Принудительное лечение и нарушение прав на здоровье окружающих

Некогда в российском законодательстве имелось сразу несколько статей УК, направленных на то, чтобы пациенты с инфекционными заболеваниями, передающимися половым путем и не только им, например, граждане с открытой формой туберкулеза, не уклонялись от лечения.

Одна из частей этих статей предусматривала уголовную ответственность за укрывательство «источника заражения», то есть, партнера, от которого данное заболевание и было получено. Таким образом, инфекционистам удавалось проследить и вылечить большую часть цепочки, а, при удачном раскладе, и всех, кто имел половой контакт с источником.

Помню, как в первый же день практики по инфекционным заболеваниям в далеком 1992 году нашей группе будущих медсестер и медбратьев довелось впервые в жизни узреть сифилис у скромного вида пациентки с единственным партнером! Любовник женщины работал в одной из силовых структур на одном из московских вокзалов.

Когда он узнал, что болен, начал прятаться от венерологов, боясь, что его выгонят со службы. Врачам пришлось разыскивать мужчину именно через его начальство и принуждать к лечению. Скорее всего, с работы он все-таки уволился, хотя курс лечения был уже в то время не очень длительный.

К сожалению, такое случается и сейчас довольно часто, едва лишь на работе узнают про один из инфекционных диагнозов человека, как его начинают выживать, хотя по закону увольнять права не имеют.

В данном случае, речь не идет о таких отраслях, как медицина, предприятия общественного питания, продуктовые склады, где обследования происходят обязательно и регулярно, и пациенты с такими болезнями не допускаются к работе.

После памятного случая на практике вся наша учебная медицинская бригада ‑ и юноши, и девушки — стала относиться к упорядоченной половой жизни значительно серьезней. Но дело было — не в уголовной ответственности, а — в наглядном примере. Твердый шанкр — признак первичного сифилиса как грозное предупреждение — еще долго «стоял» перед нашими глазами. Такова была сила психологического воздействия обучения на нашу еще не устоявшуюся мораль.

К сожалению, в школах инфекционным заболеваниям посвящены, максимум, лекции приходящих специалистов. Хотя было бы целесообразно включить цикл, посвященный инфекционным заболеваниям, в курсы по анатомии и физиологии человека, которые, впрочем, также проходятся «по верхам». И мало того, заставить сдавать по ним зачеты, а лучше — экзамены. Что-то в памяти, да останется, и человек уйдет во взрослую жизнь с неким полезным багажом знаний.

Разумеется, необходимо снабдить этот курс наглядным иллюстративным материалом, углубляясь не столько в моральные сентенции, сколько в навыки распознавания таких заболеваний. А также объяснить подросткам, что совершенно нормально в случае любого подозрения на заражение обратиться к врачу. Ведь и бытовой путь инфицирования никто не отменял.

Справка ИА REGNUM

Статья, предусматривающая уголовную ответственность за заражение болезнью, передающейся половым путем (ЗППП), есть и сейчас.

Это — статья 121 УК РФ Заражение венерической болезнью

предусматривает ответственность за заражение другого лица венерической болезнью лицом, знавшим о наличии у него этой болезни.

Не стоит путать ее со ст. 121 УК РФСР (мужеложство), которую некоторые особенно дремучие граждане предлагают ввести в обиход.

Напомню, что человек, который может нести ответственность за заражение другого, должен достигнуть 16 лет и точно знать о своем заболевании. Умысел в данной статье, чаще всего, косвенный — так как пациент не собирался сознательно заражать своего партнера, а по легкомыслию надеялся, что тот не заболеет, либо ему это было безразлично.

Под заражением венерическими заболеваниями, имеет в виду заражение партнера гонореей, сифилисом, мягким шанкром и паховым лимфогранулематозом.

Как упоминается в комментарии к ст. 121 УК, на квалификацию содеянного не влияет вид венерического заболевания, продолжительность лечения, а также способы заражения: оно может состояться как посредством полового сношения, так и бытовым путем в результате, например, нарушения больным правил личной гигиены — использование общей посуды.

1. Заражение другого лица венерической болезнью лицом, знавшим о наличии у него этой болезни, наказывается штрафом в размере от 200 до 500 минимальных размеров оплаты труда, или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от 2 до 5 месяцев, либо исправительными работами на срок от года до 2 лет, либо — арестом на срок от 3 до 6 месяцев.

Ответственность усугубляется, если

2. То же деяние совершено в отношении двух или более лиц, либо — заведомо несовершеннолетнего. Оно наказывается штрафом в размере от 500 до 700 минимальных размеров оплаты труда или заработной платы, или иного дохода осужденного за период от 5 до 7 месяцев, либо лишением свободы на срок до 2 лет.

Означает ли это, что человек, узнавший, что у него ЗПП, обязан сообщать врачу обо всех своих партнерах? Отнюдь! А граждан, сохраняющих идеальный «моральный облик», сейчас куда меньше, чем до начала перестройки.

- В советское время в статье, предусматривающей уголовную ответственность за заражение другого человека венерической болезнью, существовала часть «Уклонение от лечения», а также «Укрывание информации об источнике заражения». Сейчас выдать данные партнера означает нарушение права человека на личную жизнь, — комментирует этот ушедший в лету принцип советского здравоохранения адвокат Дмитрий Аграновский. — Ведь раньше такие болезни, как СПИД и сифилис, являлись, в основном, болезнями неблагополучных слоев населения и не были столь распространены, как сейчас. Их было можно отследить. Теперь же они охватывают все слои общества. Представим себе, что это случилось с кем-то из высокопоставленных наших соотечественников, например, во время гей-контакта… Это же — скандал, крушение политической карьеры! Мне кажется, государство должно учесть изменения. Ведь нельзя уже подходить к этим пациентам, как в советское время! Я бы оставил уголовную ответственность лишь за умышленное заражение и оставление в опасности. Как это случилось, например, в Канаде, когда один товарищ умышленно заразил СПИД 200 человек. Необходимо смягчение этих норм в целях своевременной профилактики и лечения, а, главное, — недопущения всего, что связано с этими болезнями в криминальную сферу.

Напомним, что в статье «заражение венерическими заболеваниями», то есть, заболеваниями, передающимися, преимущественно, половым путем, речь идет о гонорее и сифилисе, мягком шанкре, венерическом лимфогранулематозе и донованозе (синоним: венерическая гранулема, паховая гранулема).

Однако гепатита, например, в этом списке нет, так как он передается и другими путями, а не преимущественно половым, но при этом представляет собой не меньшую опасность для жизни человека. Да и многих других заболеваний.

Совсем не лечатся или исцеляются пивом…

По мнению юристов, коллизия ст. 121 УК РФ состоит в том, что ответственность за распространение ЗППП наступает даже в случае, когда здоровый партнер извещен о болезни инфицированного и вступает с ним в связь добровольно, понимая, что может заразиться. Разумеется, речь идет о вменяемом и дееспособном взрослом партнере. И все же данный пункт нуждается в уточнении. Ведь и преследование человека, который рассказал своему партнеру о диагнозе — это нарушение его права на личную жизнь.

Приведу пример, рассказанный мне сотрудником уголовного розыска одного из городов-миллионников.

— Одна дама получила от мужа в подарок целый «букет»: СПИД, сифилис и гепатит, — рассказывает оперативник. — Они развелись, теперь, еще не до конца излечившись, она живет с совершенно здоровым мужчиной. Объясняют они это просто. У них — любовь.

По нынешним законам эта женщина, ставшая жертвой переболевшего мужа, изменившего ей на стороне, теперь сама является «преступницей», хотя она информировала своего нового партнера об имеющемся диагнозе. И ответственность у нее может наступить, как по ст. 121, так и по ст. 122 УК РФ.

Большинство пациентов, переживших шок, после того, как узнали о своем заболевании, все же предпочитают лечиться. Тем не менее, сотрудники правоохранительных органов отмечают, что представители их «подотчетного контингента» (то есть социально неблагополучной среды) не просто не желают обследоваться, боясь узнать о своем диагнозе. Но и имея уже поставленный диагноз, не спешат пройти курс лечения.

— Исцеляются они, зачастую, пивом, да водкой, — замечает оперативник, — а живут при этом со своими детьми и близкими. Но им на это — наплевать. Однако если ввести наказание за то, что не лечатся, начнут просто бегать от полиции. Ничего хорошего их этого не выйдет.

Заставить таких людей лечиться… на воле достаточно сложно, хотя суд может вынести решение о принудительной госпитализации. В больших городах такого пациента могут доставить с приставами в КВД (кожно-венерологический диспансер), но если пациент напишет письменный отказ от лечения, он спокойно уйдет домой. Действенно это лишь… в местах заключения, где осужденных с таким диагнозом, уклоняющихся от лечения, могут принудить делать это по решению прокурора.

Заметим, что ответственности за заражение окружающих туберкулезом в УК нет вообще. И пока что никто этого не сделал. Хорошо ли это для общества в целом?

— Лечение от туберкулеза должно быть только добровольным, — считает главный фтизиатр Москвы Елена Богородская. — Больной должен идти к нему сознательно. Для этого у нас есть не только врачи-фтизиатры, но и психологическая служба, которая работает с такими пациентами, помогает им прийти к нужному решению. Поверьте, что людей, сознательно заражающих других — единицы, и основное их заболевание — какое-то психиатрическое, а не туберкулез. У нас же — достаточно грамотных специалистов, которые способны помочь таким пациентам. Но — ни в коем случае не насильно!

Заметим, что Москва — один из немногих мегаполисов, в котором число болеющих туберкулезом неуклонно падает, невзирая на то, что в городе достаточно мигрантов, лиц без определенного места жительства и просто тех, кто приезжает в город на время. Следовательно, добровольный путь к излечению, подкрепленный психологами и грамотными фтизиатрами, «работает».

Уравняет ли в правах пациентов с ВИЧ увеличение списка инфекционных заболеваний, включенных в УК!

Фтизиатрия, заметим, до сих пор неплохо обеспечена медикаментами. К сожалению, в последние годы, те, кто лечиться хочет, имеют не меньше проблем, чем саботажники. В период «активного импортозамещения» на них не хватает нужных лекарств.

С конца 2014 года во все возможные инстанции поступает много жалоб от пациентов на дефицит медикаментов, например, в подмосковном центре борьбы со СПИД. На периферии ситуация с лекарствами — еще более суровая. То есть, даже тем, кто лечиться хочет, надо приложить к добыче нужных медикаментов значительные усилия. Такие же проблемы — у пациентов с гепатитом и герпес-вирусом.

Кризис-кризисом, но государство, которое взяло на себя обязательства по борьбе с инфекционными заболеваниями, имеющими общественную опасность, также должно их выполнять. Вне зависимости от того, что сиюминутной выгоды это не принесет, а лишь остановит эпидемию и распространение этих заболеваний в дальнейшем.

Похоже, что этот процесс тоже должен получить законодательную формулировку. Например, такую: «Пациент, обратившийся за помощью в лечении общественно опасного заболевания, должен быть обеспечен необходимыми лекарственными средствами из федерального или муниципального бюджета. Ответственные за невыполнение этого пункта чиновники должны понести наказание (конкретно, штраф, увольнение с работы, или более серьезные меры)». И, желательно, чтобы это были — не стрелочники.

На сегодняшний день в России, по данным Российской ассоциации фармацевтов, выявлено около одного миллиона носителей ВИЧ инфекции, что составляет примерно 1% населения. При этом только 25% выявленных носителей получают лечение.

Справка ИА REGNUM

Ответственность за заражение окружающих ВИЧ-инфекцией, в виде отдельной статьи УК, была впервые введена именно в Уголовный кодекс Российской Федерации.

Статья 122. Заражение ВИЧ-инфекцией

1. Заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией — наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до одного года.

2. Заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни, — наказывается лишением свободы на срок до 5 лет.

3. Деяние, предусмотренное частью второй настоящей статьи, совершенное в отношении двух или более лиц либо в отношении несовершеннолетнего, — наказывается лишением свободы на срок до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет либо без такового.(в ред. Федерального закона от 29.02.2012 N 14-ФЗ)

4. Заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей —

наказывается

принудительными работами на срок до 5 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового

либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет (в ред. Федерального закона от 07.12.2011 N 420-ФЗ).

По п.4 ст. 122 хочется заметить, что если человек «получил» венерическое заболевание в стационаре, то врачей и медсестер также ожидает серьезная ответственность по статье «халатность». Намного меньше прецедентов, когда за заражение человека судят работников парикмахерских или владельцев салонов красоты, где производят маникюр и педикюр. Хотя неправильная стерилизация инструментов, подвергающая посетителей парикмахерских угрозе заражения, там встречается сплошь и рядом. И тут-то было бы полезно уточнить перечень тех лиц, кто такую ответственность может понести. А также — обязать контролирующие организации производить как можно чаще внеплановые проверки таких организаций, как салоны красоты, сауны, бассейны. Кроме того, необходимо ввести такой же точно пункт и в ст.121 УК РФ.

Идея об уравнении прав пациентов с ВИЧ/СПИД с остальными, которые также инфицированы общественно опасными заболеваниями, но никакой ответственности за заражение ими окружающих не несут, выдвинута адвокатами коллегии адвокатов «Pen & Paper».

По их мнению, надо составить целый список общественно опасных заболеваний, распространение которых преследуется законом, чтобы «разрушить «стигму» социального клейма, дискриминации и нарушения конституционных прав ВИЧ-положительных пациентов». Эта стигма не дает людям с ВИЧ возможности поверить в себя и бороться за свои права, за лечение, за лекарства. И заставляет их менять место жительства и постоянно скрываться от гонений и дискриминации. В список предложено внести, например, гепатит.

Мне кажется, расширение списка инфекционных болезней, за заражение которыми окружающих наступает уголовная ответственность, никак не облегчит положение пациентов с ВИЧ в обществе. Эта мера приведет лишь к увеличению числе «парий» в нашем обществе и без того пока еще не слишком толерантном к тем, кто хотя бы немного отличается от общей массы.