Красное знамя с серпом и молотом
Красное знамя с серпом и молотом

День Победы в Великой Отечественной войне остается сегодня на Украине одним из последних «опорных пунктов» народной памяти, сопротивляющейся идейно-психологическому террору, системному оболваниваю, принудительному отказу от собственного прошлого. Этот праздник — бастион гуманизма, совести, Добра, стоящий на пути декоммунизации, фашизации общественного сознания и национальной идентичности, с особой жесткостью, агрессивностью, цинизмом проводимой правящим режимом. В свете событий двух лет, минувших после «майдана», и особенно нескольких последних недель трудно было ожидать, что 9 мая принесет удовлетворение миллионам украинцев, отказывающимся забывать величественный подвиг отцов и дедов во имя политической конъюнктуры, ради сомнительного удовольствия порадовать официальный Киев и его хозяев. Забегая вперед, надо сказать, что и в этом году празднование Дня Победы на Украине не обошлось без ставших традиционными потасовок, скандалов, агрессивного беснования неонацистов, даже стрельбы. Полиция, впрочем, доложила, что грубых нарушений правопорядка зафиксировано не было. Запомнится же Победа-2016 не эксцессами и грязью, а совсем другим — решительным прорывом украинского «Бессмертного полка». Репетицию «победных» мероприятий многие увидели в том, что происходило в Одессе 2 мая в связи с годовщиной трагедии на Куликовом Поле. Тогда город был, по сути дела, переведен на военное положение. Прибывшие якобы для охраны порядка радикалы из полка «Азов» и других полубандитских вооруженных формирований едва ли не открыто угрожали местной власти и горожанам «бойней» в случае, если поминальные мероприятия выйдут за рамки определенного ими же самими сценария, предполагавшего строжайшие ограничения и унижения для их противников. Подобного же толка угрозы-«предупреждения» звучали накануне 9 мая, но на сей раз людей это не остановило. «Бессмертный полк» двинулся в поход по Украине. В спасительный, освободительный поход!

Ни Киев, ни местные власти юга и востока страны откровенно не ожидали того, что после столь масштабной прочистки мозгов, после всех запугиваний, после одесской «прививки» 2 мая люди рискнут выйти на улицу. Власть готовилась к 9 мая, причем, как всегда в последнее время, совместно с радикалами и их боевыми подразделениями, но подготовка шла не в том ключе, в каком стали развиваться события с самого утра памятного для миллионов украинцев, праздничного для них дня. Упор был сделан на запретах да на ставших уже традиционными «потешных» операциях СБУ по выявлению и задержанию «диверсантов», «складов с оружием», «взрывчатых веществ» ими — «диверсантами», — якобы устроенных. На это никто давно не обращает внимания, понимая, что эсбэушники работают по принципу: сам пью — сам гуляю. Как правило, они сами готовят и «диверсантов», и тайники с ножами, гранатами и взрывчаткой, чтобы потом самим же их обнаружить и обезвредить, отрапортовав об очередном успехе. СБУ в который раз искала провокаторов не там, где их, действительно, стоило бы поискать, то есть среди радикалов и неонацистов, пытаясь в духе «майдана» прессовать не тех, кто бросает бутылки с зажигательной смесью, а тех, в кого они летят и попадают. Там, где не было радикалов, празднование Дня Победы проходило спокойно, в нормальном режиме, в по-настоящему праздничной атмосфере. Примером может служить Измаил, где местная власть и региональный бизнес настроены на поддержание стабильности, на отказ от резких движений и одностороннего подхода. Праздник 9 мая здесь прошел торжественно, красиво, трогательно, по меткому определению корреспондента одного из измаильских электронных ресурсов, «лояльно, с уважением друг к другу». На центральной улице и площади во время праздничных мероприятий можно было встретить и горожан, повязавших георгиевские ленточки, и тех, кто предпочел маки-банты. Никто ни в кого не тыкал пальцем, не задирал, не плевал, не бросался с кулаками и битами.

Массовая «победная» активность граждан, сопровождаемая стоической готовностью многих из них к самопожертвованию, стала неожиданностью не только для власти, но и для радикалов. Они самоуверенно прогнозировали, что, раз украинцы не пришли 8 мая, то, значит, и 9-го не придут на любые мероприятия по поводу «примирения» или «побед». Просчитались! Украинцы не вышли на улицу 8-го по той простой причине, что эта дата для них не очень известна, ничем, по сути, не памятна, она навязывается народу властью. А вот 9 мая — это праздник народный, близкий каждому, дорогой, любимый, почитаемый. В этот день, несмотря ни на какие ограничения и препоны, тысячи людей в едином, как когда-то принято было писать, порыве двинулись к обелискам Славы и Победы. Проявив при этом недюжинное мужество, выразив свою гражданскую позицию, преодолев отнюдь не беспочвенные страхи и сомнения.

Что же касается боевиков «Азова» и других подобных формирований, то у них просто не хватило силенок, чтобы остановить «Бессмертный полк». Они изо всех сил пытались что-то предпринять, но оказавшись без активной поддержки властей, один на один с тысячами решительно настроенных граждан, вынуждены были ограничиться мелкими стычками и привычными для них групповыми нападениями на одиноких участников манифестаций. «Азовцы» отличились в Мелитополе, сорвав с куском ткани георгиевскую ленту с рясы священника, в Николаеве, где тоже сосредоточились на борьбе с лентами. А вот в Белой Церкви на Киевщине им пришлось утереться, уйдя ни с чем да состряпав вдогонку донос на организаторов и участников празднования (доносительство на инакомыслящих после «майдана» прочно вошло на Украине в моду, стало нормой и едва ли не доблестью). Радикалам не понравилось, что на городском праздновании Дня Победы были красные флаги пророссийского, ратующего за мир, за сотрудничество с Россией «Союза левых сил», которые к тому же оказались впереди колонны, сразу за мэром и послами Чехии и Словакии. Особое негодование у «азовцев» вызвал тот факт, что чужие для них знамена «количественно превосходили флаги Украины», и что «никто не запретил пророссийским левым силам выйти под такими флагами на митинг-реквием, да еще и стоять впереди колонны».

Коллизия с флагами на современной Украине наполнена глубоким символическим содержанием, сопряжена со сложными, проникающими в недра и политического процесса, и народного бытия смыслами. Война знамен нашла свое продолжение и развитие в рассказе о перипетиях 9 мая в ее родном городе пожилой одесситки. В нем много лирики, описаний душевных терзаний героини, которые кому-то могут показаться ненужными, излишними, они, однако, значимы для понимания того, с какими чувствами, в каком состоянии жители Одессы в День Победы поднимались в полный рост из окопов: «Вся неделя., весь месяц по настроению были ужасны. Вначале ожидание 2 мая, потом переживание его от начала и до конца. Потом ожидание 9 мая. Было плохо с сердцем, нагнетались ужасы, и я решила: нет, не пойду. Не хочу, чтобы обыскивали сумочку. И вообще видеть их не хочу. Да, у меня там сердце разорвётся от ужаса, злости и беспомощности… И утром 9-го мне звонили с Аллеи, а я говорила: нет. И рыдала. И представляла, какое количество людей живут в состоянии постоянной депрессии и с мыслями о нежелании жить. Мы — чужие, и нас выталкивают. Выталкивают агрессивно и злобно. Мы второй год живём в фантастическом триллере и ничего поделать не можем…»

После долгих раздумий и колебаний женщина все-таки решает принять участие в празднике и оказывается права. «…Было уже часа два дня, но люди всё шли и шли. Я шла вместе с ними, и это неторопливое шествие вселяло в меня странную радость — что мы есть, мы вместе. Лица у всех были хорошие. Старики, люди средних лет, дети… Сопричастность и сопереживание добрых чувств — вот что делает из нас людей. Хотелось всех обнимать и со всеми здороваться. И мы все шли и шли и положили цветы, а расходиться всё равно не хотелось. Ощущение было, будто встретились родные и близкие, давно не видевшие друг друга люди».

По дороге домой дама становится свидетельницей того, как полиция остановила молодого человека с красным знаменем со звездой и серпом и молотом. «…Я сразу обратила внимание на его лицо — хорошее лицо хорошего человека. На серо-голубые глаза и твёрдый взгляд. Парень был в пилотке со звёздочкой и нёс в руках красное знамя. Полицейский чин объяснял ему, что со знаменем нельзя. «Это знамя моего дедушки», — настаивал парень. — «Нет. Нельзя». Она приходит на помощь, предлагая парню постоять со знаменем, пока он возложит цветы, тот соглашается. «…Я осталась стоять на газоне рядом с полицейскими, сжимая в руках флагшток. Знамя было большое. Старое. Из какой-то не нынешней ткани: тонкая шерсть, сатин? Оно видало виды. Оно было в дырах — следы от пуль? Я трогала его, и сквозь меня перетекало Время. Я развернула его во всю длину. Я вдруг стала маленькой достопримечательностью. Толпа тормозила рядом со мной. Люди останавливались, показывали большой палец, жали руку. Говорили: «Вы молодец!» Просили сфотографироваться на фоне… Это продолжалось минут пятнадцать».

Потом полицейские все-таки попросили героиню убрать знамя, говоря, что может появиться кто-то другой с другими флагами, и тогда «начнется такое». Она подчиняется. «…Я обернула полотнище туго и стояла, как Мальчиш-Кибальчиш, на страже, крепко держась за древко. И у меня было ощущение, ей-богу, что вместе со мной его крепко сжимает множество других, невидимых и сильных рук». Знамя Победы на миг воспарило над одесской землей, затмив собой остальные флаги и транспаранты, объединив людей, вселив в них дух сопротивления и веру в победу. Тоже, правда, только на миг, но на тот миг, который, как день у крестьянина, год кормит.

Одессе, нормальной Одессе, 9 мая удалось взять реванш у власти и радикалов за 2-е число. История со знаменем — один штрих в ряду событий и переживаний, обозначивших это. Другой эпизод не менее показателен и значим. Из рядов многотысячного людского потока, направлявшегося к памятнику «Неизвестному Матросу», постоянным рефреном звучали слова: «Фашизм не пройдет!» По нынешним украинским временам это — прямой вызов и Киеву, и «добровольцам». Именно ими горожане в какой-то момент дружно ответили на чей-то выкрик: «Слава Украине!», — перекричав оппонентов и совсем по-детски обрадовавшись этой своей маленькой, но важной победе. В этот раз украинский фашизм, действительно, не прошел. Пожалуй, впервые за время, прошедшее после «майдана».

9 мая 2016-го на Украине может обернуться идеологическим и психологическим «Сталинградом», стеной, о которую, в конце концов, сломают хребет фашиствующие бенефициары «майдана» и потворствующие им бенефициары политические. В борьбе за будущее страны наметился перелом. Современные «паулюсы» и их армии еще не окружены, как в 1943-м, но уже, как тогда, остановлены. Охваченные паникой и страхом, они попятились перед «Бессмертным полком». Не отступили, вынашивая планы мести, но попятились. До условного «Берлина», до победы еще далеко. Но первый, возможно, самый важный шаг к нему, кажется, сделан.