На днях белорусское государство порадовало граждан очередной управленческой «находкой»: если гражданин при декларировании имущества укажет, что оно приобретено на деньги, взятые в долг, с полученной в долг суммы надо будет уплатить налог в том случае, если кредитором не является близкий родственник. Возникает вопрос: а когда я буду отдавать долг — государство мне налог вернёт? Думаю, что нет. Получается, что объектом налогообложения является процесс, не приносящий никому никакой прибыли.

Маринус Рэймерсвеле. Банкир и его жена. 1538
Маринус Рэймерсвеле. Банкир и его жена. 1538

Это противоречит всей логике современного налогообложения. Вполне логично было бы обложить налогом проценты с долга, если деньги в долг даются под проценты. Но этот налог платил бы кредитор. В данном же случае налогом облагается дебитор. Такая практика очень напоминает средневековые налоги, которые короли и феодалы взыскивали с живущих на их земле по любому самому абсурдному поводу. Например, налог на дым из трубы, который вынуждал людей не строить трубы. В таком случае приходилось выпускать дым от печи прямо через окна и двери. Так называемые «курные избы» были распространены на западнорусских землях во времена Речи Посполитой.

Вторые параллели с диким средневековьем навевает и еще одна управленческая «инновация» белорусских властей — ответственность за тунеядство. Несколько лет назад глава государства уже говорил, что у нас развелось слишком много людей, которые пользуются различными возможностями, предоставляемыми белорусским государством, а налоги не платят. Государство-де даёт им бесплатное образование и здравоохранение, бесплатные дороги, субсидируемые товары, а они — редиски неблагодарные. Но никаких конкретных действий за этим не последовало. В конце прошлого года президент вернулся к данной теме. Все подумали, что это очередной «вброс», типа «уютных церквей со скамеечками», и через пару дней всё забудется. Право же, какое может быть «тунеядство» в капиталистической экономике, подразумевающей безработицу? Но нет. Шутки кончились. Сообщается, что с «тунеядцами» будут бороться бескомпромиссно. Законопроект уже пишут. Точнее, «указопроект» или «декретопроект». Скоро пособие по безработице будет платить не государство безработным, а точно наоборот. Говорят, что «налог на тунеядство» должен составить порядка 3 миллионов белорусских рублей в год. Общественность — под впечатлением, и живо обсуждает новость.

Можно вспомнить, что в СССР за тунеядство наказывали вплоть до уголовной ответственности. Но надо понимать, что принцип «СССР — государство трудящихся» был одним из краеугольных камней советской идеологии. В СССР безработицы не было и не могло быть. Плановая экономика не нуждается в безработице и имеет все возможности для её полного искоренения. Антисоветчикам в период «перестройки» стоило огромных усилий найти в СССР факты безработицы. Нашли единичные случаи, когда в отдалённых гарнизонах жёнам офицеров негде было работать. Но всем понятно, что там никто бы и не подумал применять законодательство о тунеядстве.

Поэтому здесь скорее напрашиваются ассоциации не с СССР, а со средневековой Англией. В XV—XVI веках в Англии началось бурное развитие мануфактурного производства шерстяных тканей. Разведение овец стало крайне выгодным делом. Но для овец нужны пастбища, а вся пригодная для них земля была занята крестьянами. Просто так согнать крестьян с земли было непросто, но феодалы придумали различные способы. Отобранная у крестьян земля отгораживалась от ещё не отобранной заборами, поэтому данная практика вошла в историю как «отгораживание». Тогда говорили, что «овцы съели людей». Изгнанные с земли крестьяне становились бродягами, поскольку рабочих мест в городах для такого количества людей просто не было. Само собой, бродяги занимались воровством, попрошайничеством и вообще не представляли из себя образцовых граждан. На что государство ответило жестокими репрессиями. Бродяг ловили. На первый раз били плетьми до полусмерти. Второй раз — отрезали уши и ставили клеймо на лицо. На третий раз — вешали. В каждом городе на самом видном месте и на каждом перекрёстке дорог стояли виселицы с повешенными. Только в первой половине XVI века за бродяжничество было казнено более 70 тысяч человек при населении Англии порядка 3 миллионов.

Безработица в Белоруссии (по государственным данным) составляет фантастические 0,5%, но это достигается тем, что зарегистрировавшийся безработным рискует попасть на практически неоплачиваемые принудительные работы. Правда, государство само признаёт лживость своей статистики, когда говорит о том, что «тунеядцев» порядка 500 тыс. Каждую неделю новостные ленты приносят сообщения о закрывающихся заводах и фабриках, и о переводе предприятий на 2−3-дневную рабочую неделю.

Конечно, в наше просвещённое и гуманное время никого не клеймят и не вешают. Но сам принцип — тот же. Люди теряют работу и выпадают из числа достойных членов общества не по своей вине, а в силу экономических факторов. А государство наказывает их так, будто они сами во всём виноваты. Вдобавок ко всему некоторые чиновники начинают расширительно толковать понятие «тунеядец». К примеру, министр по налогам и сборам С. Наливайко хотел бы причислить к «тунеядцам» всех, кто получает зарплату «в конверте». Конечно, зарплаты «в конверте» — это непорядок, но причём здесь тунеядство?

Что же заставляет белорусское государство применять такие безобразные и социально взрывоопасные методы? Если вспомнить ещё и о кампании по принудительной белорусизации всего и вся, можно сказать, что государство просто пляшет по граблям, которые тщательно обходило все предыдущие годы.

Причина известна. Это — нарастание кризисных явлений в экономике. С сокращением российских субсидий белорусское «экономическое чудо» начало сдуваться с катастрофической скоростью. Только за 2014 год проедено более половины ЗВР. Это заставляет власть применять методы управления, которые ещё какой-то год назад ей же самой казались дикими. Но когда «припёрло», так уже не кажется. Власти только и остаётся, что «урезать», «сокращать», «оптимизировать» и вводить всё новые и новые поборы. Местами это уже приводит к взрывам народного недовольства. Так, 1 февраля в Гродно на рынке предприниматели заступились за коллегу, у которого налоговики хотели конфисковать товар по какому-то пустячному поводу. Прибывший наряд милиции не смог помочь ничем, кроме как увещеванием людей. Их было слишком много, чтобы пускать в ход дубинки. Одно радует — милиционерам безработица не грозит.

Но давайте подумаем, что ещё может эта власть в такой ситуации? Не слишком ли много мы от неё хотим? Вся существующая система власти в РБ была создана в (не побоюсь этого слова) эпоху сидения на российской «игле». Всё, что требовалось от этих людей, — поддерживать существующую систему власти, и смотреть «как бы чего не вышло». На всякий случай душить всякую инициативу и любые попытки мыслить самостоятельно. При этом можно было немножко приворовывать. Конечно, осторожно, и совсем не в тех количествах, что у российских и украинских коллег. Теперь эти люди попали в ситуацию, когда денег у государства не хватает и надо что-то делать. Ничего, кроме «оптимизации» типа выдавливания литра сока из полкило яблок они просто не могут себе представить.