С 1 декабря 2022 г. вступает в силу приказ ФСБ РФ № 547 с перечнем сведений, которые при их получении иностранными источниками могут быть использованы против безопасности нашей страны. Данный ведомственный подзаконный акт является неотъемлемой частью мер, обязательных в военное время, если шире — в т. н. «особый период», и дополняет вступающий в силу в тот же день «Закон об иноагентах» — № 255-ФЗ «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием».

Оружие
Оружие
Иван Шилов © ИА REGNUM

Пользуясь случаем и тем небольшим временем до вступления в действие упомянутого приказа, можно было бы вынести на обсуждение одну из мер, позволившую бы, в случае её принятия на законодательном уровне, существенно повысить уровень общественной безопасности, и не только в «особый период».

Прежде всего, речь пойдёт о доступе к гражданскому оружию. Как известно из публикаций в СМИ тем, кому выпало счастье не стать невольными свидетелями прискорбных событий со стрельбой и жертвами в учебных заведениях и прочих местах, преступления те совершались с использованием гражданского оружия, принадлежавшего преступникам на законных основаниях. То есть юношам призывного возраста, имевшим ту или иную «отсрочку» от армии, волею деформаций сознания решивших «самореализоваться» через массовое убийство своих товарищей, что и по преступному умыслу, и по форме исполнения есть акт устрашения, то есть теракт. Все случаи подобных «шутингов» и «колумбайнов» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) наше издание подробно описывало как в режиме реального времени — в региональных новостях, так и в аналитике, включающей проведение опросов. В числе выводов тех исследований были: запрет на владение гражданским оружием до возврата со срочной службы; возврат школам воспитательной функции и привитие навыков начальной военной, а стало быть и патриотической подготовки. Военная подготовка возвращается. С патриотической — сложнее, особенно если вспомнить видеозаписи с толпами «релоцирующихся» потенциальных призывников на казахстанских и грузинских пунктах пропуска во время частичной мобилизации. Что стало с их брошенным дома гражданским оружием, которое у части из них наверняка было, — больной вопрос оставшихся, включая Росгвардию. Вывод очевиден: не служил — оружия недостоин.

Сотрудник Росгвардии проверяет гражданское оружие
Сотрудник Росгвардии проверяет гражданское оружие
ФСВНГ России

Другая проблема — граждане, утратившие адекватность, вспомним недавние события в Крымске и «пермскую» трагедию трёхлетней давности. Предотвратить эти трагедии позволил бы лишь тотальный «Большой брат», то есть поголовный контроль «искусственного интеллекта» за гражданами, как это происходит в ряде стран (лидер — КНР), что вряд ли кого-то устроит. Следует с прискорбием заметить, что криминал вечен, как и борьба с ним. Потому претензии свои нам вряд ли стоит адресовать лишь правоохранителям и спецслужбам. Как и состояние вашего здоровья зависит не только и не столько от политики Министерства здравоохранения, а в большей части от отношения к самому себе и окружающим. В частности, от умения оказывать первую помощь себе и ближнему. Которое в нашем случае приобретает иное, для большинства обнадёживающее, для лиц же из «редкого исключения» — зловещее звучание. Что непременно произойдёт в случае допуска бывших офицеров к столь естественному для них владению, ношению и, при настоятельной необходимости, применению «короткоствольного оружия». В «лице» всем им известного пистолета Макарова, недорогого обитателя складов, привычного для абсолютного большинства кадровых офицеров инструмента понуждения к исполнению отданного в боевых условиях приказа и самозащиты (когда-то эту роль играл кортик, ещё раньше — шпага).

Реализация, даже частичная, подобного «допуска к оружию» лиц, к нему привычных, могла бы несколько изменить как криминогенную обстановку, так и оперативную в целом. В частности, попытка нападения юного неадеквата на учебное заведение либо нетрезвый дебош со стрельбой лица постарше могли бы заканчиваться с меньшим количеством жертв, а то и вовсе без них. Не считая самих нападавших, на свою беду (скорее всё-таки — на удачу) подстреленных случайно оказавшимся рядом пожилым (не обязательно — А. С.) прохожим. По завершении стрельбы оповестившим о происшествии региональное подразделение «Национального антитеррористического комитета», «скорую помощь» и полицию. Но это вариант пока из области фантастики…

Конечно, стечение обстоятельств, когда преступник и его «ликвидатор» встретятся, во многом будет случайным. Но осознание такой перспективы отобьёт желание самоутвердиться подобным образом пусть не у всех, но у многих лиц, вынашивающих преступный умысел.

Стрелок, вооружённый ружьём, спускается по лестнице в здании колледжа. Керчь
Стрелок, вооружённый ружьём, спускается по лестнице в здании колледжа. Керчь
Камера видеонаблюдения

Сказанное выше отнюдь не является частью «Сведений о планировании и осуществлении мероприятий по гражданской и территориальной обороне», изложенных в пункте 2 части I упомянутого в начале публикации Приказа ФСБ РФ № 547. К тому же приказы (в отличие от законов, и то на стадии их «чтений» в Парламенте) не обсуждаются, кроме как в части улучшения их исполнения. Вместе с тем привлечение к сотрудничеству своих бывших — уже «гражданских» — соотечественников в «особый период» должно бы тоже стать нормой; в том числе и в последующей мирной жизни.

Продвижение изложенной выше инициативы — предоставление бывшим кадровым офицерам права на ношение и применение короткоствольного оружия — логично укладывается в перечень целей и приоритетов Национального антитеррористического комитета, председателем которого является директор ФСБ. Потому начинать в качестве эксперимента можно было бы с бывших сотрудников контрразведки, затем МВД, Росгвардии, ФСИН и, конечно же, МО. Под руководством, конечно же, НАК, на плечи которого может лечь ноша по отбору и проверке лиц, достойных быть вооружёнными (на возмездной, конечно же основе; то есть оружие, боеприпасы и видеорегистраторы будут выкуплены прошедшими отбор — А. С.). Задач по обеспечению безопасности общества становится больше. Возможно — сможем помочь. Этим или любым иным способом.

Офицерам — личное оружие. Террористам — смерть или увечье. То есть каждому своё.