Первые итоги местных выборов на Тайване, в которых правящая Демопрогрессивная партия (ДПП) во главе «зеленой» коалиции потерпела поражение от «синей» коалиции во главе с Гоминьданом, уже известны. Как и их последствия, главное из которых — символическая отставка главы островной администрации, самозваного «президента» Цай Инвэнь, с поста лидера ДПП. Среди главных «фишек» — уверенная победа в столице Тайбэе 45-летнего гоминьдановского политика Чан Ваньаня. Это правнук Чан Кайши, которого местные СМИ уже прочат в будущие «президенты»; выборы первого лица состоятся в январе 2024 года, то есть практически через год; Цай Инвэнь в них участия не примет, ибо завершает свой второй срок и больше баллотироваться не сможет. При этом общий лейтмотив комментариев, особенно в китайских СМИ, таков, что будущий переход к власти Гоминьдана предопределен итогами вчерашних выборов. И что всё практически предрешено. Так ли это на самом деле?

КНР и Тайвань
КНР и Тайвань
Иван Шилов © ИА REGNUM

С точки зрения российских интересов, которые заключаются в укреплении стратегического партнерства с КНР в условиях тотального противостояния с коллективным Западом, такой исход электоральной борьбы на мятежном острове и вокруг него — самый лучший вариант. Гоминьдан давно преодолел свои разногласия с КПК, уходившие корнями в бегство на остров в 1949 году проигравшего гражданскую войну Чан Кайши; партия ориентирована на интеграцию с материком по гонконгскому принципу «одна страна — две системы». Однако сделать однозначный вывод о перспективах не позволяет прецедент прошлых выборов 2018 года, которые Гоминьдан не просто выиграл, а отвоевал у ДПП, зеркально перевернув существовавшую до этого электоральную картинку. На нынешних выборах «синяя» национальная коалиция победителей ничего дополнительного не приобрела; прежний статус-кво в местных органах власти сохранился, разве что более выраженным стал географический аспект голосования: ДПП сохранила небольшую, но компактную зону влияния на юге острова, вокруг второго крупнейшего центра Гаосюн. Вся остальная территория, включая мегаполисы Таоюань, Тайчжун и Тайнань, контролируется теперь Гоминьданом. За исключением одного небольшого округа, в котором победил кандидат от «Новой партии».

Самое главное, что звучит диссонансом с победными итогами. После гоминьдановского успеха четыре года назад тоже казалось, что и «президентские» выборы в кармане, однако получилось иначе: их в январе 2020 года снова выиграла Цай Инвэнь, сохранившись во власти на второй срок. И, кстати, в тот цикл, после поражения-2018, она тоже покидала руководство ДПП, прихватив с собой целый ряд провалившихся партийных функционеров. Так что, с одной стороны, да, успех сейчас — это большая заявка на 2024 год, но с другой, Гоминьдану, чтобы не «наступить на грабли», нельзя не учитывать недавнего исторического опыта. Да, конечно, среди кандидатов-2024 Цай не будет. Да, фигура Чан Ваньаня — мощная и символическая, сильная своим объединительным потенциалом. Да, нынешние выборы смешали «демократам» карты: в мегаполисах провалились перспективные кандидаты-мэры от ДПП. Всё это так, но достоверный анализ не терпит поспешных и поверхностных суждений.

Цай Инвэнь
Цай Инвэнь
Simon Liu

Основной вопрос: почему же тогда получилось именно так и в чём заключены угрозы повторения пройденного? Тогда между ноябрем-2018 и январем-2020 разразился кризис в Гонконге (Сянгане). Кто забыл, поводом стало принятие парламентом автономии закона о выдаче преступников в другие регионы. Проект данного документа, авторов которого обвинили в стремлении «лечь под Пекин», появился, конечно же, не на пустом месте, только вот корни находились отнюдь не на «коммунистическом материке», а на Тайване. Именно островной житель был обвинен в преступлении, совершенном в Гонконге, и именно по запросу тайваньских властей возникла инициатива, которую китайские власти поддержали в расчете на «добрую волю» острова. А в ответ вместо благодарности получили взрыв, который, как потом выяснилось, был тщательно подготовлен, курировался и сопровождался западными дипломатами и агентурой западных спецслужб. Китайские СМИ тогда обошел эпизод, в котором сотрудница американского генконсульства Джулия Иде прямо инструктировала лидеров движения «протестунов», как им организовывать и проводить массовые акции. Типичный «оранжево-цветной» вариант! На волне тех трагических событий, самими же и спровоцированных, тайваньским властям из ДПП как раз и удалось запугать избирателей «коммунистическим террором», развернув общественные настроения против материка, что и зафиксировала победа Цай.

Что происходит сегодня? В середине ноября в провинции Хэнань произошли массовые беспорядки на заводе полупроводниковой компании Foxconn. Это — материковая дочерняя структура знаменитой TSMC — 90%-ного мирового монополиста в производстве микрочипов, расположенного на Тайване. Опять тайваньский след? Не только, просматривается еще и американский интерес. На TSMC положили глаз власти США, которые, понимая, что остров рано или поздно окажется в китайской юрисдикции, собираются вывести производственные мощности в штат Аризона в рамках общей кампании по реиндустриализации страны, вместе с компаниями, которые перебираются за океан из Европы. К слову, судьба TSMC стала единственным содержательным вопросом, который в начале августа обсуждала на Тайване теперь уже экс-спикер палаты представителей Нэнси Пелоси, и тем же самым за ней занялся целый сонм высокопоставленных американских визитеров, которым буквально на днях официальный Вашингтон пообещал помогать и дальше совершать провокации с поездками на остров в обход Пекина.

Нэнси Пелоси на Тайване
Нэнси Пелоси на Тайване
Taiwan Presidential Office

Поводом к беспорядкам на Foxconn послужил ковидный локдаун, введенный на заводе, откуда уникальная продукция поступает в том числе и в Россию; причем администрация предприятия, принадлежащего, повторим, тайваньской компании, очень похоже, что во взаимодействии с местными властями приняла ряд двусмысленных мер, поощряющих отток с завода кадров, который приобрел серьезные масштабы, и набор новых, менее квалифицированных. Мягко говоря, непонятное решение с точки зрения стабильности на предприятии и в целом в регионе. Кто-то эту стабильность подрывает? Кто именно? И в каких целях?

Возвратимся к спорным, с точки зрения ряда китаистов, но во многом объясняющим происходящее выкладкам Николая Вавилова насчет лобби выходцев из руководства КСМК — китайского комсомола. Центрами его регионального влияния специалист называет провинции Аньхой, Хубэй (центр первого распространения ковида), а также интересующую нас Хэнань с заводом Foxconn в пригороде административного центра Чжэнчжоу. Подчеркивается и еще одна деталь: Хэнань — исходный пункт руководящей партийной карьеры нынешнего премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна, покидающего свой пост в марте, на сессии ВСНП, ближайшие соратники которого потерпели поражение на XX съезде КПК, оказавшись за бортом Политбюро ЦК и семерки членов его Постоянного комитета. Имеет значение или нет, что именно Ли представлял Китай на предварявшем форумы «двадцатки» и АТЭС саммите АСЕАН+3 (Китай, Япония, Южная Корея), история умалчивает. Как и то, что и с кем именно он там обсуждал в окружении президента США и премьер-министра Японии.

Ли Кэцян
Ли Кэцян
Официальное интернет-представительство президента России

Хэнаньская протестная история между тем получает развитие: к настоящему моменту беспорядки уже зафиксированы в Нанкине (провинция Цзянсу), где против ковидных ограничений выступили студенты, и в Ланьчжоу (провинция Ганьсу). А также, что наиболее серьезно, в Синьцзяне (власти этого региона, с которым в последние годы связаны наибольшие проблемы и в развитие которого вложены гигантские средства, его преобразившие, уже объявили о поэтапном снятии карантинных мер). Тем временем в Китае расширяется дискуссия, связанная с обсуждением целесообразности политики «нулевой терпимости» к ковиду, ее последствиями и ролью в ее организации властей, прежде всего региональных. Что опаснее всего? Никто не знает, ни каков дестабилизирующий потенциал групп, отодвинутых из власти в фактическую оппозицию (что на партсъезде мы наблюдали на примере символического вывода с последнего заседания экс-лидера страны Ху Цзиньтао), ни степень их готовности перейти от фронды к практическим действиям, в том числе в мегаполисах центрального подчинения (Пекин, Шанхай, Тяньцзинь, Чунцин) и «первой линейки» (плюс Гуанчжоу и Шэньчжэнь) и т.д. Ни наличия и уровня координации с потенциальными «партнерами» на Тайване. Ни, в конце концов, меру вовлеченности и планы подрывных сил на Западе, которые, вполне возможно, заранее начали раскачивать ситуацию, получив сведения о неминуемом электоральном поражении «зеленой» проамериканской коалиции. Перед нами уравнение с очень многими неизвестными.

Отдельным в этом перечне выглядит риск американской военной эскалации вокруг Тайваня в условиях формирования в Китае клубка внутренних проблем. В том числе путем подталкивания Цай Инвэнь, в оставшийся год у власти, к провокационным решениям в вопросах так называемой «независимости». (Заметим, что именно по этому сценарию Запад действует сейчас, например, в Иране, да и в России «свистнута наверх» вся агентура пресловутых «спящих»). Всё это осложняется четким пониманием, что ситуацию вокруг Тайваня, на котором ДПП с подачи Вашингтона строила такой же «анти-Китай», как киевский режим на Украине — «анти-Россию», Вашингтон не только не намерен «отпускать», но, напротив, не скрывает стремления использовать ее для подрыва геополитических конкурентов. С максимальной для себя пользой и нам во вред. Может ли кто-нибудь поручиться, что решение, взорвавшее Foxconn, не принималось даже не в Тайбэе, а в Вашингтоне, кураторами проигравшего выборы, но пока еще правящего сепаратистского режима? Мы же очень хорошо знаем почерк аналогичных кураторов киевской бандеровщины, и «что-то подсказывает», что это — одни и те же структуры. А возможно, и лица.

Что в сухом остатке? Результаты выборов на Тайване обнадеживают прежде всего тем, что они достигнуты в условиях беспрецедентного политического и морально-психологического давления прозападных сил, не скрывающих стремления навсегда оторвать остров от материковой Родины. В этом данные силы провалились. Но потерпев поражение в честной электоральной борьбе, круг этих сил благодаря поддержке из-за рубежа, очень похоже, стремится перевести ситуацию в плоскость холодной гражданской войны — и на острове, и на материке, чтобы использовать свой последний шанс не допустить собственного исторического поражения.

Пожелаем же китайским друзьям успешно реализовать достигнутый перевес над силами реакции и реванша, переведя исторический выигрыш из тактической в стратегическую плоскость. Мирное воссоединение разделенного китайского народа сегодня становится ближе, чем когда бы то ни было, но у него есть враги, которые не дремлют и явно готовят «асимметричный ответ».