Варшава отреагировала на возвращение в Россию ее четырех областей, ранее временно находившихся в составе б. УССР. С дежурным «осуждением» выступил МИД Польши. Спикер дипломатического ведомства Лукаш Ясина в своем заявлении, размещенном на правительственном портале, указал на то, что в интерпретации Польши Херсонская, Донецкая, Луганская и Запорожская области остаются частью б. УССР «в соответствии с международным правом». Варшава «не признает и не будет признавать ни результаты псевдореферендумов, проведенных в этих областях 23–27 сентября этого года, ни указы президента России об аннексии этих областей, объявленные 29 и 30 сентября этого года». И далее: «Мы призываем к решительной и срочной интенсификации военной поддержки» б. УССР и «введению дальнейших санкций против Российской Федерации. Мы выступаем за продолжение усилий, направленных на полную международную изоляцию Российской Федерации».

Кремль
Кремль
Иван Шилов © ИА REGNUM

С более интересным текстом выступил премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий. Он опубликовал его в соцсетях. Б. УССР, утверждает Моравецкий, «имеет право освободить захваченные территории в пределах своих международно признанных границ, и никакие ядерные угрозы Кремля не повлияют на наши решения и поддержку права на самооборону! Сегодня вся Европа и НАТО выступают единым фронтом — НЕТ имперским аннексиям России! Нас не запугать, а дальнейшие незаконные с точки зрения международного права и гуманитарного права действия путинского режима будут встречены нашим твердым решительным ответом». Но кто и когда запугивал Польшу? Слова Моравецкого в какой-то мере расшифровал заместитель министра иностранных дел Марчин Пшидач. Он сообщил, что президент России Владимир Путин в своей речи в Кремле затронул ряд важных тем, включая «несколько сентиментальную» ссылку на 1991 год, когда распался СССР. «Видение мира, предложенное Путиным, показывает ревизионистские внешнеполитические цели Российской Федерации, Путин стремится перестроить всю архитектуру безопасности мира, пытаясь доминировать над б. УССР, но его цели гораздо более далеко идущие», — сказал Пшидач.

Матеуш Моравецкий
Матеуш Моравецкий
Chancellery of the Prime Minister of Poland

Между тем президент России о Советском Союзе высказался довольно однозначно: «СССР нет, прошлого не вернуть. Да и России сегодня это уже и не нужно, мы к этому не стремимся». Возможно, польских политиков зацепила другая фраза Путина, когда он заявил, что «поле битвы, на которое нас позвала судьба и история — это поле битвы за наш народ, за большую историческую Россию». Выступая в эфире Radio Zet, депутат Европейского парламента от правящей польской партии «Право и Справедливость» (PiS) Рышард Чарнецкий подчеркнул: «Не случайно эта аннексия произошла так быстро, Путин хотел показать русским: «Мы великое государство». Но такая же риторика звучит и со стороны руководства самой PiS, которая при этом ведет борьбу на два фронта: против Москвы и Брюсселя. Кстати, складывается впечатление, что институты Евросоюза в польской правящей партии начинают опасаться больше, чем России, примеряя на себя возможность попасть под жесткие санкции по типу антироссийских. Ведь в этом случае ЕС не остановило даже то, что санкционной политикой он выстрелил себе в ногу, создав собственными руками серьезный энергетический кризис, от которого сегодня страдает и сама Польша.

Рышард Чарнецкий
Рышард Чарнецкий
European Parliament

Помимо того, с момента прихода к власти в 2015 году «Право и Справедливость» постоянно твердит, что в отличие от предшественников она «поднимает Польшу с колен». Весной этого года правящая партия даже создала иллюзию готовности показать себя на деле лидером в регионе Восточной и Центральной Европе, когда со стороны Варшавы прозвучало предложение ввести в западные области б. УССР «вооруженный миротворческий контингент». Это выглядело желанием в какой-то мере принять участие в битве «за большую историческую Польшу». Некоторые польские эксперты отдают себе отчет в том, что без примера проведения успешной интеграции своих бывших территорий Варшаве трудно будет претендовать на роль ведущей страны Восточной и Центральной Европы. Но сейчас Польша старается все же не высовываться, она прикрывается Евросоюзом и НАТО, чтобы, с одной стороны, показать себя «защитницей» б. УССР, с другой, не выбежать вперед западного строя. Конечно, в ситуации роста цен, двузначной инфляции, грозящего оказаться провальным отопительного сезона и планомерного давления Брюсселя ни польские политики, ни польское общество не может уделять б. УССР столько времени, сколько уделяло раньше. Однако не будем исключать и того, что, глядя на Россию, в Польше думают о том, что и Варшава могла бы поступить так же в отношении некогда принадлежащих ей территорий.