Успехи в борьбе с советскими войсками дали Варшаве возможность сосредоточиться на других вопросах. Одним из самых желанных трофеев для Пилсудского был Виленский край. 9 октября 1920 г. генерал Люциан Желиговский захватил столицу Литвы Вильно. Формально он действовал по собственной инициативе, и даже был объявлен «начальником государства» мятежником. Особого сопротивления корпус Желиговского не встретил, несмотря на призывы литовских властей остановить с оружием в руках польское нашествие на столицу. 12 октября Желиговский провозгласил создание «Срединной Литвы». Лига Наций была возмущена этим актом насилия и потребовала немедленно освободить занятые территории, иначе 26 октября она соберется на экстренное собрание. Желиговский остался, собрание было собрано.

Белогвардейцы. Художник: Д. Шмарин.
Белогвардейцы. Художник: Д. Шмарин.

Схожие приемы попытались использовать и на других направлениях. Собственных сил на это не хватало. После подписания перемирия поляки предоставили возможность белогвардейским и петлюровским отрядам продолжать нападения на советскую территорию из-за линии разграничения. Для этого была развернута работа среди пленных красноармейцев. Из них пытались создать армию, которая должна была бы стать резервом других антисоветских отрядов. В Варшаве был сформирован Русский политический комитет во главе с Б. В. Савинковым. Во время советско-польской войны тот полностью поддержал Польшу, его не любили белогвардейские офицеры, абсолютное большинство которых категорически не желало служить полякам и предпочитало уезжать в Крым к Врангелю. Впрочем, были и такие, которые предлагали польским военным различные планы сотрудничества. На этом фоне Савинков был явно предпочтительнее для Пилсудского, хотя пан «начальник государства» как бывший революционер не доверял и ему. Маршал предпочитал переговоры на личных встречах и воздерживался от переписки и письменных соглашений.

Поддержка со стороны Польши была оказана. В результате началось формирование русской Народной добровольческой армии.

«Будет новая «Третья» Россия, Россия демократическая, крестьянская, свободная, никого не насилующая и живущая в дружбе с народами, — обещал его штаб. — Борцом за эту «Третью» Россию является Б. В. Савинков».

Выстроить светлое несоветское будущее страны, по убеждению этого политика, разумеется, должно было крестьянство, которое объединится не для реставрации старых порядков, а для строительства нового строя, основанного «на началах равенства и свободы». Именно крестьянство, по его убеждению, выступив за свои права, обеспечит спасение России от власти большевиков.

Савинков обещал благодарность покровителям:

«Мы никогда не забудем, что на польском фронте совместно с польскими войсками сражались русские войска ген. Булак-Балаховича, снабженные Польшей, поддержанные поляками».

По заявлению нового кандидата в спасители России от власти большевиков, в составе его Народной армии к осени 1921 г. было три пехотные и одна кавалерийская дивизия. Главной ударной силой была 1-я пехотная дивизия, созданная на основе отрядов уже польского генерала Булак-Балаховича. Савинков не чаял в нем души и называл настоящим революционером и прекрасным солдатом, особо отмечая и то, что он боролся с погромами. Его бойцы, по словам бывшего бомбиста, были глубоко проникнуты идеей «третьей России», т.е. выступали «против старого строя и против коммуны».

Булак-Балахович был природным авантюристом, пользовавшимся значительным авторитетом на части территории Белоруссии. Его банда формировалась в Люблине. В ходе войны 1920 г. она отметилась дикими грабежами и еврейскими погромами. Центром антисемитизма традиционно были территории Юго-запада — за 1919–1920 гг. здесь произошло около 2 тыс. погромов, в Белоруссии их история была в основном связана с Булак-Балаховичем. Сам он называл себя белорусом, так же как его коллега Желиговский называл себя литвином. Генерал был популярен среди части белорусского крестьянства: он предпочитал не реквизировать подводы, лошадей и хлеб, как это делали проходящие одна за другой армии, а расплачиваться за это вещами и деньгами, отнятыми во время погромов у евреев. Подобный подход имел успех — крестьяне даже называли Балаховича «Батькой», но Савинков требовал прекратить погромную практику. При встрече с ним генерал стал излагать планы нанесения удара из Пинских болот (Пинск по условиям перемирия, а затем и мира оставался за Польшей) по Москве. Предполагалось создание белорусского государства, Балахович планировал объявить себя его начальником.

Станислав Булак-Балахович 1920 г
Станислав Булак-Балахович 1920 г
«Батька, — вспоминал брат Савинкова, присутствовавший на этих встречах, — был прирожденный актер и враль».

Остатки войск ген. Бредова, которые вынуждены были отходить вместе с поляками в 1919 году, понесли вслед за этим большие потери от болезней в лагерях. Тем не менее они сохранили свое ядро, которое было переброшено поляками в Крым через Румынию. Казачья бригада есаула В. С. Яковлева и отряд генерала Б. С. Пермикина должны были вместе с петлюровцами нанести удар через территории Юго-запада России на соединение с Врангелем. С ним было заключено соглашение, по условиям которого эти русские части соединялись в 3-ю Добровольческую армию. На бумаге она состояла из двух пехотных и одной кавалерийской дивизий. Они были почти безоружны и находились на этапе формирования — эти части и были переведены на юго-запад.

Их сотрудничество с командованием армии начиналось не без анекдотической символики. Переговоры стартовали в местечке Сахарный Завод, на столе переговоров находился огромный торт с шоколадным трезубцем. Проблему поначалу вызвало финансирование. Польское казначейство через Савинкова передавало для расплат на контролируемых территориях в Подольской губернии бумажные рубли дореволюционного периода. В результате переговоров петлюровцами было принято решение не считать «царские карбованцы» монархической пропагандой. Как эта «Добровольческая армия» собиралась в случае успеха сотрудничать с Русской армией Врангеля — непонятно. Программа Савинкова строилась на идее созыва Учредительного собрания, признании права всех народов на самоопределение и признании права мелкой собственности на землю.

14 октября 1920 года был подписан мир между РСФСР и Финляндией. Финские претензии на Восточную Карелию были отвергнуты, но Москве пришлось уступить Печенгу (финск. Петсамо) и выход к Баренцеву морю. Финские националисты были недовольны — они хотели гораздо большего. 10 октября под руководством Свинхувуда был создан «Карельский союз», пропагандировавший объединение Финляндии и Карелии, правительство не торопилось отдавать приказ об эвакуации территорий, которые должны были вернуться к РСФСР. Вместо положенных 45 дней прошло более полугода, а финские войска остались на занятых позициях. В Финляндии тем временем активно шло военное строительство. По данным советской разведки, к лету 1921 года финская армия мирного времени (9 пехотных, 3 кавалерийских полка, 3 егерских батальона, артиллерийские, инженерные части и т.п. — всего 36 тыс. чел.) могла быть увеличена до 180 тыс., 126 тыс. из которых могли быть использованы для активных действий. Хельсинки не упускал ни малейшей возможности и при каждом осложнении положения дел в России пытался захватить часть пограничных территорий. Граница с Финляндией была по-прежнему неспокойной.

Заключая перемирие с Польшей, Советское командование и политическое руководство не было уверено в том, что Пилсудский не нарушит мира. Для этих сомнений были все основания. Поэтому РСФСР вынуждена была держать значительные силы на польском направлении, ликвидируя белый Крым Врангеля. Кроме того, на Подолье все еще оставался удерживаемый Петлюрой плацдарм. В это время для руководства борьбой с Врангелем из Ташкента был вызван М. В. Фрунзе. 10 сентября он сдал командование Туркестанским фронтом и выехал в Россию. 21 сентября был вновь создан Южный фронт, 26 сентября Фрунзе прибыл в Харьков, где располагался штаб фронта, и ранней ночью 27 сентября принял командование. Он должен был быстро решить крымскую проблему и не допустить, чтобы гражданская война затянулась в Европейской части РСФСР еще на один год. Но прежде всего его задача сводилась к тому, чтобы остановить наступление Врангеля с днепровского плацдарма и снять угрозу Донбассу. Потеря этого района даже на время исключалась Главным командованием.

Гарантией удержания Донбасса становился Каховский плацдарм. Здесь продолжались чрезвычайно тяжелые бои. Врангель бросил на красных пушечно-пулеметные танки Mk V Ricardo, все четыре дивизии, оборонявшие плацдарм, еще не имели опыта борьбы с такой техникой. Первые опыт использования танков на фронте еще летом 1919 года был весьма успешным — красная пехота просто бежала от бронированных машин. Но летом 1920 года атаку танков удалось отразить. Две машины были подбиты и захвачены, три отошли. Положение оборонявшихся на Каховке было тяжелым. В октябре артиллерия была обеспечена снарядами на 5-6 дней боев, до 30% бойцов не имели шинелей, многие были босыми, продовольствия не хватало. Тем не менее в боях 13–16 октября плацдарм удалось удержать.

В это время активизировались петлюровцы. К концу лета 1920 г. в петлюровской армии числилось 6 стрелецких, 1 пулеметная и 1 конная дивизии. Их численность постоянно менялась, подсчет велся условно, командование националистов насчитывало в рядах своей армии от 25 до 50 тыс. чел. Вместе с ними действовали отряды, подчинявшиеся Савинкову. Это был «корпус» Пермикина и казачья бригада Яковлева. Петлюра решил наступать, но без прямой поддержки поляков это наступление было недолгим. Поддержки со стороны крестьян петлюровцы не получили. Власть здесь за 2 года Гражданской войны менялась 15 раз, люди устали, Подолье было разорено.

В конце октября начал действовать и Булак-Балахович с савинковской «Русской народной Добровольческой армией». Тогда ее численность равнялась примерно 20 тыс. чел., но вскоре она быстро стала сокращаться — разбегались завербованные красноармейцы. Савинков, по его позднему признанию, принял участие в походе «как простой солдат». Он описывал планы экспедиции следующим образом:

Борис Савинков. 1917
Борис Савинков. 1917
«Предполагалось прорвать большевистский фронт в районе Мозыря и, не закрепляя тылов, двинуться на восток по любому из направлений — Смоленск, Брянск, Чернигов, Киев, словом, по обстановке».

В начале ноября Балахович перешел Припять, 7 ноября он взял маленький городок Петриков Мозырского уезда, а 10 ноября — сам Мозырь. Это был небольшой город, где проживало примерно в 12 тыс. чел. Его население на 95% было еврейским. Часть советского гарнизона перешла на сторону савинковцев. Немедленно начались погромы. Войска Балаховича приступили к ним сразу же после перехода границы. Но более всего они развернулись в Мозыре.

«Всю ночь, — вспоминал переживший погром свидетель, — по городу стояли душераздирающие крики».

Здесь планы савинковцев изменились. Теперь они планировали завоевать Белоруссию. 12 ноября в Мозыре была провозглашена Белорусская Народная республика. Её должен был возглавить Балахович, указавший на встрече с местными евреями на образец устройства — польский Пинск. Там, по его словам, был рай. Савинков обвинил в погроме красноармейцев и пожаловался на непонимание — «…евреи страшно любят преувеличивать». Призывы не подействовали. Вскоре Савинков вынужден был констатировать:

«Крестьяне массою не восстали. Красные массою не положили оружия. Армия в целом не смогла удовлетворить требованиям, поставленным ей».

Речь, разумеется, шла о той армии, которая шла грабить и убивать вместе с Булак-Балаховичем. Красная Армия действовала удачнее.

Читайте ранее в этом сюжете: 1920 год. Последний этап большой войны с Польшей