Партнеры в Туркестане должны давать себе отчет в своих действиях. Надеяться на то, что Москва не заметит, если оружие со складов региона появится на Украине, не стоит. Такое мнение высказал руководитель отдела Казахстана и Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин в интервью ИА REGNUM.

Военная спецоперация
Военная спецоперация
Иван Шилов (с) ИА REGNUM

ИА REGNUM: За последнее время появилось несколько сообщений о том, что некоторые страны Туркестана могут быть причастны к сделкам с оружием для ВСУ. Им можно верить?

Андрей Грозин: Запад прикладывает большие усилия по поиску любого условного российско-советского оружия. Свои склады в Восточной Европе они выгребли уже подчистую и начинают поиск в других регионах. В том числе в Средней Азии и Казахстане.

Недавно появились, что бы там ни заявлял МИД Казахстана, небеспочвенные сообщения о том, что из этой страны пытаются наладить масштабные поставки для сухопутных войск ВСУ. Понятно, что все сделки будут оформляться на других покупателей, через многочисленные фирмы-прокладки. Но даже младенцу понятно, где это оружие, в конце концов, окажется. Англии, Чехии, Словакии, Германии это оружие не нужно, а украинскому режиму просто необходимо.

Ситуация с обеспечением военных формирований сегодняшнего режима в Киеве с каждым днем становится всё проблемнее — это сказывается не только на состоянии сухопутных войск, но и военно-воздушных сил.

Динамика хорошо прослеживается по информации от министерства обороны России. Потери авиационной техники ВСУ ещё несколько месяцев назад были куда значительнее. Сейчас, по сути, военно-воздушное присутствие Украины на линии соприкосновения с ЛНР и ДНР практически незаметно. Даже БПЛА стало в разы меньше, чем это было ещё месяц назад. Киеву срочно нужны поставки для восполнения своих потерь.

Специальная военная операция
Специальная военная операция
Министерство обороны Российской Федерации

ИА REGNUM: Они хотят это сделать за счет афганских самолетов и вертолетов?

Андрей Грозин: Афганские вертолеты в Таджикистане и Узбекистане — это отдельная и очень интересная тема. Если со стороны Душанбе и Ташкента будет предпринят шаг по передаче афганской авиации Киеву, мы столкнемся с достаточно редким в мировой истории военного искусства положением вещей. Попыткой продать дважды украденную вещь.

По сути дела, за эти самолеты и вертолеты Афганистан расплатился деньгами, которые у него потом украли американцы и их сателлиты, заморозив деньги афганского правительства на своих счетах. Это первая кража. Вторая кража — сама авиация, которая перелетала совершенно вне правового поля и приземлилась в третьей стране. Как ни крути, это чужие вещи, они принадлежат Кабулу и официальной власти Афганистана. Талибы (организация, деятельность которой запрещена в РФ) уже неоднократно озвучивали свои претензии и требования вернуть их собственность.

Если сейчас Душанбе и Ташкент начнут перепродавать краденое, возникнет достаточно странная ситуация. Даже если абстрагироваться от политической составляющей, с этической точки зрения это крайне спорная ситуация.

Помимо заявления МИДа России, в котором ясно сказано, что подобный шаг однозначно будет трактоваться как недружественный, есть вещи, которые не проговариваются публично.

ИА REGNUM: Например?

Андрей Грозин: Любой недружественный шаг предполагает реакцию. Рассчитывать на то, что эти вертолеты обходными путями окажутся на Украине, будут задействованы в военных действиях против ВС ЛНР, ДНР и России, будут наносить нам определенный ущерб и при этом ситуация останется без ответа, нельзя по определению.

Душанбе и Ташкент должны отдавать себе отчет в том, что они делают. Первый официальный звонок прозвучал — МИД России сделал заявление. За подобными попытками Таджикистана и Узбекистана последует вынужденный российский ответ.

Последствия могут проявиться в самых разных сферах. Высылать таджикских или узбекских трудовых мигрантов из России совсем не обязательно. Хотя, казалось бы, подобный ответ висит в воздухе и напрашивается сам собой.

Нужно задуматься о том, что на перепродаже нескольких вертолетов можно заработать десяток миллионов долларов, если техника в хорошем состоянии и комплектации. А высылка в течение месяца 20−30 тысяч иностранных граждан несет в себе более ощутимое экономическое неудобство. Ущерб от этого будет несопоставим ожидаемой прибыли от сделки. Если же мигрантам будет запрещен въезд в Россию — ситуация вообще будет иметь накопительный эффект.

Но ведь дело может не ограничиться только высылкой мигрантов. Существует масса других вещей, которые Россия может предпринять в ответ на недружественные действия наших партнеров в Средней Азии и Казахстане. Не хотелось бы этого делать, но ведь проблема гораздо шире и выходит за рамки обсуждаемых рисков по перепродаже авиации на Украину.

ИА REGNUM: Что вы имеете в виду?

Андрей Грозин: Если Россия не отреагирует, дело может быть поставлено «на поток». Военные «закрома» стран Средней Азии и Казахстана достаточно богаты. Несмотря на то, что в этих государствах за годы суверенитета шли схожие с украинскими процессы: что-то расхищалось или приходило в негодность, что-то горело или пропадало, но часть авиапарка всё же сохранилась.

По крайней мере, остались также машины, которые могут быть использованы как источники деталей. Это десятки старых, но качественных советских вертолетов и самолетов, Ми-8, Ми-24, «Грачей» или истребителей уровня МиГ-29.

МИ-8
МИ-8
Vitaly V. Kuzmin

Всё это является серьезным источником для так называемого «авиационного каннибализма». Сделать из трех самолетов один при наличии ресурсов и технических специалистов не сложно.

Сейчас очевидно, что чехи, румыны, поляки выгребли со своих складов всё, что можно использовать для восстановления украинской авиации, и теперь заглядываются на склады в Средней Азии и Казахстане. Больше взять неоткуда.

Поэтому если сейчас Россия ничего не предпримет, следующим шагом будет налаживание постоянно действующих каналов для поставки комплектующих. Разумеется, не напрямую, а через «фирмы-прокладки», третьи руки и так далее. Это вопрос времени.

Поэтому нам, хотим мы этого или не хотим, нужно реагировать. Подобные поползновения нужно пресекать в зародыше. Если этого не сделать, получится, что через четыре-шесть месяцев мы столкнемся с работой реального канала пополнения ВВС враждебного нам государства.

Материалы по теме: Самолеты ВВС Афганистана останутся в Узбекистане — мнение

ИА REGNUM: Со стороны Таджикистана и Узбекистана официальной реакции на заявление МИДа России не было.

Андрей Грозин: Вероятно, Москва довела до сведения Душанбе и Ташкента свою озабоченность и по линии непубличной дипломатии. Но, скорее всего, одними только увещеваниями и разговорами, если до этого дойдет, Россия не ограничится.

ИА REGNUM: Могут ли поставки дополнительной авиации и техники всерьез переломить ход специальной операции в пользу Киева?

Андрей Грозин: Нет. Окончательный результат операции сомнений не вызывает ни у одного адекватного военного эксперта. Открытым остается только вопрос длительности. Специальная военная операция месяцем раньше или тремя месяцами позже, но завершится. Вооруженные формирования киевского режима будут разгромлены. Потенциалы сторон несопоставимы.

Даже западные эксперты признают, что действия Киева по большей части бессмысленны и существенной роли в окончательных результатах не сыграют.

Попытки наладить дополнительные поставки оружия и техники нужны Западу для затяжки времени. В надежде на осенне-зимнюю паузу, во время которой интенсивность боевых действий снизится. Фронт на какое-то время стабилизуется.

На отдельных участках обострения и конфликты, без сомнения, будут. Но нынешней активности нет. Стороны займутся формированием частей, слаживанием, насыщением техникой, подготовкой позиций и так далее. Будет пауза.

Как изменится ситуация весной 2023 года, сказать трудно. Геополитическая обстановка меняется настолько стремительно, что так далеко загадывать я не возьмусь.

Предположу, что в Киеве надеются на отвлечение России на какой-то другой конфликт. На открытие условного «второго фронта» на Кавказе или в Средней Азии. Может быть, есть надежда на то, что Москва снизит давление на киевский режим, вытеснив их за Днепр. Кроме того, у Запада ещё сохраняется надежда на эффект от наложенных на Россию санкций и на то, что наш бюджет надорвется от продолжительной военной операции.

Эти надежды бессмысленны. Мы ведем СВО в щадящем для бюджета режиме. Конечно, если это будет продолжаться годами, в силу различных причин могут возникнуть определенные трудности. Но годами решать проблему с Украиной никто в Москве не собирается.

Нашим бывшим западным партнерам стоит запомнить слова президента России Владимира Путина про «мы ещё всерьез ничего не начинали». Россия ведет СВО в четверть силы. Рассчитывать на то, что российскую армию смогут остановить в процессе выполнения боевых задач на Украине могут только совсем оторванные от реальности оптимисты.