Одним из наиболее ярких примеров провала евразийских интеграционных проектов, в которых участвует Россия, является ситуация в Центральной Азии. Избыточная дипломатичность в отношении бывших советских республик, подчеркнутое соблюдение формальностей протокола заменили суть межгосударственных отношений и не принесли пользы ни РФ, ни самим республикам.

ОДКБ
ОДКБ
Иван Шилов © ИА REGNUM

Киргизия пережила уже целую череду цветных революций и пока не в состоянии прочно укрепить собственную государственность. Межклановая борьба элит за ограниченные ресурсы под различными лозунгами выталкивает трудоспособное население за пределы республики и вынуждает любых «временщиков» во власти идти на серьезные уступки соседнему Китаю. Колоссальные по масштабам Киргизии внешние долги, передача важнейших экономических активов, золотоносных рудников и даже частей суверенной территории Пекину — эти факты не могут не учитываться российской стороной в построении логики отношений с Бишкеком.

Закрытая «наглухо» Туркмения пока полностью ориентирована на КНР. Жесткие условия кредитования Пекином богатой энергоносителями республики не оставляют Ашхабаду достаточной свободы рук, а связанные между собой политика закрытости и нарастание бедности будут и дальше разделять Россию и Туркмению. В условиях ожесточенности антироссийских санкций Ашхабад неизбежно будет пытаться вытеснить российские углеводороды с европейского рынка. Туркмения не является членом каких-либо интеграционных объединений, не ратифицировала договор об учреждении СНГ. Россия ничем не обязана этой бывшей советской республике и может себе позволить вести с ней разговор исходя только из своих национальных интересов. Уже через несколько лет энергетический демпинг Ашхабада на рынке ЕС станет реальностью. Россия может предотвратить это, используя свое влияние в Каспийском регионе и отношения с Ираном. Других маршрутов поставок у Туркмении нет. Участие или неучастие Ашхабада в каких-либо псевдоинтеграционных объединениях не будет иметь значения.

Буровая платформа «Iran Khazar» на шельфе Каспийского моря
Буровая платформа «Iran Khazar» на шельфе Каспийского моря
Dragonoil.com

Власти перенаселенного Узбекистана достаточно часто по историческим меркам меняли свою позицию, с редкой легкостью и даже небрежностью заключая и расторгая международные договоры. Так, ныне покойный экс-президент республики, а в советское время Первый секретарь ЦК компартии Узбекистана И. Каримов, несколько раз менял позицию своего независимого и суверенного государства по членству в ОДКБ. Легкость и даже пренебрежение, с которым постсоветские лидеры относятся к заключенным договорам с участием России, не насторожили наших чиновников; они по-прежнему не хотят принимать реальность и повторяют давно устаревшие тезисы об укреплении интеграции.

Таджикистан — единственная страна Центральной Азии, не принадлежащая к так называемому «тюркскому миру». Пройдя кровопролитные войны после распада СССР, находясь в тесном соседстве с исторически беспокойным Афганистаном, политическое руководство Душанбе по-прежнему полагается на Россию как единственного и естественного гаранта своего национального выживания.

В отношениях между постсоветскими государствами Центральной Азии много взаимных претензий и конфликтов, в том числе вооруженных. Уход России из этого важнейшего геостратегического пространства не компенсирован различными интеграционными объединениями. Националистические мифы, идеи национально-этнического превосходства получили хождение в каждой из бывших советских республик, а российский чиновный формализм зачастую делает интеграционные объединения вредной и опасной иллюзией, самообманом. Растущее влияние Китая, пантюркистские амбиции Анкары объективно ослабляют Россию в странах, когда-то входивших в состав общего, единого государства.

Необходимо не только честное осознание собственных ошибок на постсоветском пространстве, но и практические действия — мы должны остановить центробежные тенденции, не допустить «отмену» русского мира на своих рубежах.

Читайте ранее в этом сюжете: Евразийская интеграция. Часть 4: Казахстан