Сейчас мы видим, как в европейских странах многие русские, зачастую вне зависимости от их личной позиции, становятся заложниками русофобской политики Запада. А что говорить о тех, кто выражал и продолжает выражать свою позицию открыто?

Годфрид Схалкен. Предательство Иуды (фрагмент)
Годфрид Схалкен. Предательство Иуды (фрагмент)

Общественные деятели, которые, даже не являясь русскими, просто выступали за сбалансированный диалог, взаимопонимание и сотрудничество с Россией, тоже подвергаются нападкам, граничащим с травлей.

Это касается и тех немногих независимых журналистов, которые на свой страх и риск в течение восьми лет военного обострения за свои деньги ездили в Донбасс, в Луганскую и Донецкую Народные Республики, чтобы донести хоть крупицу правды о положении их жителей до западного обывателя.

В этой ситуации логично и даже целесообразно ожидать конкретных действий от той российской структуры МИДа, которая создана и финансируется ради установления сотрудничества с русскоязычными диаспорами, жителями и организациями зарубежья.

Эта организация — Россотрудничество. Однако прошедшие восемь лет выявили очень большое несоответствие между декларируемыми целями и задачами и реальными действиями организации.

Было бы логично ожидать, что тогда, когда выстраивается огромное количество препятствий для вещания российских англоязычных СМИ, в том числе происходит закрытие и блокировка каналов РТ и «Спутника», именно Россотрудничество приложит усилия и окажет содействие местным независимым медиаресурсам в деле развенчания лжи о Российской Федерации и распространения правдивой информации о ситуации на Украине.

Однако за прошедшие восемь лет структуры Россотрудничества не могут похвастаться широкой поддержкой граждан, прилюдно отстаивающих пророссийскую позицию, тех, кто пытался доносить до общественности реальную ситуацию Юго-Востока Украины.

Несколько лет назад Россотрудничество возглавил Евгений Примаков (25 июня 2020 года — ИА REGNUM). Многие возлагали на него большие надежды. Однако до сих пор эти надежды остаются надеждами — и это очень прискорбно.

Евгений Примаков
Евгений Примаков
Дарья Антонова © ИА REGNUM

Да, были и светлые моменты. Сейчас, в ретроспективе, я вижу, что Артём Маркарян в Копенгагене — несмотря на то, что я критиковала его ранее — было лучшим, что могло произойти в Россотрудничестве в тот момент. Благодаря ему в Русском культурном центре проводились встречи с датскими политиками и общественными деятелями, благодаря ему налаживался контакт с датскими университетами и научной средой, начал налаживаться обмен студентами. Многое из того, что он делал, не бросалось в глаза.

Отделения во многих странах могли позавидовать такому руководителю.

Сейчас мы находимся в ситуации новой реальности. Блокировка российских СМИ продолжает усиливаться, и правду до граждан Европы могут донести только местные активисты, которые действуют на свой страх и риск. В таких условиях именно Россотрудничество должно взять на себя ответственность за то, что оно делает, чтобы впоследствии не раскаиваться в бездействии, ведь именно на базе этой организации возможно решить цели и задачи, возникшие в новых обстоятельствах.

У господина Примакова было несколько лет на оздоровление ситуации в его ведомстве. Сейчас настал момент истины, который покажет результаты его реформ.