Предыдущая часть

Грузия
Грузия
Иван Шилов © ИА REGNUM

Отношение в диссидентских кругах к Звиаду Гамсахурдии было весьма неоднозначным. Как известно, Гамсахурдия был давним и активным участником диссидентского движения. Однако после своего ареста в 1978 году он выступил по телевидению и в суде с покаянными речами, в которых признал полную ошибочность всей своей диссидентской деятельности. В связи с этим Гамсахурдия получил крайне мягкий приговор. Но покаянная активность Гамсахурдии на этом не завершилась, и он направил заявление о помиловании, в котором униженно упрашивал советскую власть простить его. И власть его простила, фактически освободив от всякого наказания.

Неудивительно, что подобное, мягко говоря, нестойкое для многолетнего борца с советской системой поведение вызвало весьма негативную оценку со стороны части известных диссидентов. Они заслуженно обвиняли Гамсахурдию в трусости и беспринципности. Кроме того, Гамсахурдия подвергался ими критике за крайнюю высокомерность и присущую ему уже тогда огульную манеру обвинять своих соратников по диссидентскому движению в работе на КГБ. А после того как Гамсахурдия пришёл к власти в Грузии, некоторые «заслуженные» диссиденты осудили его за грубое нарушение прав человека по этническому признаку. Так, 24 мая 1991 года в «Комсомольской правде» была напечатана статья известного диссидента-эмигранта Валерия Чалидзе под названием «Стоит ли менять тюрьму народов на отдельные камеры?» В данной статье Чалидзе обвинил Гамсахурдию в приверженности идеям откровенного нацизма и в политике, направленной на немедленное претворение этих идей в жизнь.

Однако, как уже говорилось, отношение к Гамсахурдии в диссидентском движении не было однородным. Значительная часть диссидентского сообщества, особенно из национальных республик, не видела в его поведении и во взглядах ничего зазорного. Ещё больше сторонников и даже поклонников у Гамсахурдии появилось уже во время перестройки, когда по всей стране возникло огромное количество антисоветски и антикоммунистически настроенных общественных и политических деятелей. Так, Гамсахурдия пользовался большой популярностью и поддержкой в Прибалтике, и к нему особенно благоволил глава парламента Армении Левон Тер-Петросян. Также весьма тёплые отношения установились у Гамсахурдии с возглавившим РСФСР Борисом Ельциным. Гамсахурдия старался всячески демонстрировать свою лояльность Ельцину, в отличии от поносимого им при малейшей возможности Михаила Горбачёва.

Левон Тер-Петросян
Левон Тер-Петросян
OSCE Parliamentary Assembly

Но, надо сказать, что в число поклонников Гамсахурдии вошло и некоторое количество самых простых советских граждан, проживавших за пределами Грузии и не являвшихся этническими грузинами. Официозные грузинские газеты того времени часто публиковали подборку писем и обращений таких граждан, до карикатурности напоминавших прежние советские славословия в адрес любимых партийных руководителей. Однако, конечно, нельзя считать, что эти безудержные восхваления были придуманы «звиадистскими» журналистами. Такие любители Гамсахурдии действительно обитали на просторах СССР. В частности, бастовавшие в апреле 1991 года шахтёры Кузбасса выразили в отправленной в Тбилиси телеграмме «особую благодарность авторитетному политическому лидеру Грузии Звиаду Гамсахурдии за личное участие в организации акции солидарности».

За рубежами СССР у Гамсахурдии тоже было некоторое количество сторонников. Так, группа иностранных наблюдателей в количестве 27 человек, прибывшая в мае 1991 года в Грузию, единогласно признала, что президентские выборы «были проведены на высоком уровне, прошли в полном соответствии с общепринятыми нормами общедемократических процессов и выразили свободное изъявление избирателей». Напомним, что всего спустя несколько месяцев результаты этих выборов были официально названы сфальсифицированными. А авторитетное Международное общество прав человека (ISHR) официально заявило, что ему «доставило бы удовольствие оказать гостеприимство» Гамсахурдии, и поэтому в знак признательности оно выразило намерение пригласить его в штаб-квартиру организации во Франкфурте-на-Майне.

Тем временем в республике продолжала обостряться ситуация с преступностью. И значительный «вклад» в резкое ухудшение криминогенной обстановки внесли именно новые власти. Сразу же после победы «звиадистов» на парламентских выборах Верховный совет провёл широкомасштабную амнистию. На свободу из мест заключения вышло значительное количество уголовников. Эта амнистия была устроена для достижения совершенно определённой цели. Пришедшие к власти националисты были намерены осуществить масштабный террор по отношению к проживавшему в Грузии осетинскому национальному меньшинству для изгнания его за пределы республики. Для этого имевшихся в распоряжении властей милиции и только формирующейся национальной гвардии было недостаточно. Поэтому и было решено использовать в качестве ударной силы специально освобождённых для этого преступников. МВД щедро снабдило их оружием и даже переодевало их милицейскую форму. Этими уголовниками и действующими с ними бок о бок национальными гвардейцами и даже милиционерами на территориях компактного проживания осетин было совершенно значительное количество самых жестоких преступлений.

В этой обстановке грузинские власти продолжали вооружать республику. Так, в союзных СМИ получила освещение незаконная попытка правительства Грузии путем бартерной сделки получить из РСФСР крупную партию оружия. В обмен на продовольствие Тбилиси рассчитывал приобрести на Тульском оружейном заводе 11 000 единиц стрелкового оружия, в том числе 500 пистолетов системы Стечкина, могущих стрелять очередями.

В апреле 1991 года резко обострилась обстановка в Аджарии. Гамсахурдия неоднократно заявлял, что Аджарская автономная республика создана коммунистическими властями незаконно, и её необходимо ликвидировать в кратчайшие сроки. Кроме того, совершенно открыто объявлялось, что аджарцев-мусульман необходимо снова вернуть в христианскую веру. Прошедшие выборы в Верховный совет Аджарии привели к результатам, очень сильно отличавшимся от недавних парламентских выборов в Грузии, и принесли большинство депутатских мандатов грузинским коммунистам. Такого аджарского «своеволия» новые тбилисские власти терпеть были не намерены. На только что избранного коммунистического главу аджарского парламента было оказано сильнейшее давление из Тбилиси, в результате чего он вынужден был отказаться от своего поста. Новым главой Верховного совета автономной республики был назначен сторонник Гамсахурдии, будущий многолетний единоличный правитель Аджарии Аслан Абашидзе. Крайне примечательным является тот факт, что он был назначен на эту должность с грубейшими нарушениями закона, так как на момент назначения Абашидзе вообще не был депутатом аджарского парламента, а значит, вообще не имел права занимать этот пост.

Гамсахурдия решил полностью «додавить» аджарскую автономию и, не считаясь с мнением Батуми, назначил своего ставленника министром внутренних дел республики, а также объявил о появлении в ближайшее время в Аджарии всевластных префектов, полностью контролируемых из Тбилиси. Такие действия грузинского лидера спровоцировали 23−24 апреля 1991 года массовые волнения в Батуми. Три тысячи возмущённых аджарцев стали врываться в правительственные здания. Чтобы утихомирить протестующих, национальные гвардейцы открыли стрельбу в воздух. Гамсахурдия вынужден был отступить. Он отозвал назначение своего ставленника во главе местного МВД и отменил учреждение в Аджарии института префектов.

Лидеры грузинского национального движения Звиад Гамсахурдия и Мераб Костава. Тбилиси, 1988 год
Лидеры грузинского национального движения Звиад Гамсахурдия и Мераб Костава. Тбилиси, 1988 год

А 30 апреля 1991 в Батуми произошёл поразительный инцидент, весьма рельефно характеризующий криминально-политическую обстановку в тогдашней Грузии. Заместитель председателя Верховного совета Аджарии и одновременно глава аджарского регионального объединения «звиадистских» партий «Круглый стол» Нодар Имнадзе с автоматом ворвался в кабинет главы парламента, где шло официальное совещание, и открыл огонь по присутствующим. В результате стрельбы был ранен Аслан Абашидзе. Вице-премьер правительства Грузии Мурман Оманидзе, защищаясь, швырнул в стрелка стулом, но этот поступок не спас храбреца от пулевого ранения. В конце концов ответными выстрелами Имнадзе был убит.

Официальные грузинские власти никак не объяснили случившееся изумлённой общественности. Мало того, власти повели себя так, как будто обе стороны, принимавшие участие в этом вопиющем инциденте, были правы. К Абашидзе, Оманидзе и их охране никаких претензий предъявлено не было. Убитому же Имнадзе 7 мая были устроены самые помпезные похороны. На них лично присутствовал президент Гамсахурдия и многие члены грузинского парламента. Панихида проходила в Кашветской церкви, расположенной напротив здания Верховного совета. Траурная процессия шла прямо по проспекту Руставели. Имнадзе был похоронен в Пантеоне государственных и общественных деятелей, где покоятся самые выдающиеся личности Грузии. Все официозные грузинские СМИ распространили крайне патетический материал, в котором, в частности, говорилось: «Трагически оборвалась жизнь этого молодого человека, избравшего своей целью служение отечеству на благо родному народу. И это нелёгкое, но почётное бремя он безупречно пронёс через всю свою короткую жизнь… Чистыми слезами окропили его прах посланцы разных уголков Грузии… Чистые это слёзы, ибо народ оплакивает только тех, кому доверяет, в кого верит… Светлая, целеустремлённая жизнь его должна стать примером для грядущих поколений… Достойный сын отечества обретёт покой в обожаемой грузинской земле…».

Еще раз повторим, что убийцам Имнадзе грузинскими властями и правоохранительными органами никаких обвинений предъявлено не было, и даже не прозвучало ни одного слова в их осуждение.

Между тем почти сразу после прихода к власти националистов в Грузии начался серьёзный экономический кризис. Частично он был вызван существенными перебоями в работе республиканской энергосистемы, приведшими к резкому сокращению подачи электричества предприятиям и населению республики. Но в значительной степени кризис был вызван искусственно в результате абсолютно неадекватных действий новой грузинской власти. Гамсахурдия, пытаясь давить на союзное руководство, не придумал ничего лучше, как продолжить активно применявшуюся последние два года грузинскими националистами тактику «политических» забастовок и транспортных блокад. Для этого с подачи властей грузинскими профсоюзами был создан республиканский забастовочный комитет. Этот комитет стал организовывать забастовки на крупнейших грузинских предприятиях. Подобные забастовки нанесли грузинской промышленности колоссальный ущерб. В магазинах начались перебои с поставками товаров, ранее невиданные в благополучной и зажиточной Грузинской ССР. Всё это привело к весьма существенному падению популярности Гамсахурдии у части населения.

(Продолжение следует)