Вторжение России на Украину чревато катастрофической военной эскалацией между двумя ядерными державами и будет иметь немедленные серьезные последствия для европейской безопасности и украинского народа. Крайне важно избежать этого катастрофического сценария путем дипломатии, если это возможно, и принять должные меры в случае того, что может привести к безудержной эскалации, если Россия действительно пойдет на дальнейшую агрессию.

Конгресс США
Конгресс США
Иван Шилов © ИА REGNUM

Тем не менее сторонники жесткой линии в Вашингтоне делают всё, чтобы лишить Украину гибкости в разрешении нынешнего кризиса путем переговоров или в вопросе возможных мер для ответа на него, пишет Маркус Стэнли в статье, вышедшей 26 января в Responsible Statecraft.

По его словам, некоторые из этих шагов носят риторический характер и ведутся в прессе. Например, можно вспомнить яростную критику, которая обрушилась в адрес нынешнего президента США Джо Байдена, разумно заметившего, что Вашингтон должен принимать меры пропорционально российской провокации. Однако подобные попытки предпринимаются и в Конгрессе, где ряд демократов внесли законопроект, который подтолкнет администрацию Байдена в более воинственную сторону.

В проекте закона указывается, что администрация не должна «уступать требованиям Российской Федерации относительно членства или расширения НАТО», что лишает американских переговорщиков возможности обсуждать ключевые требования Москвы, в том числе запрет будущего членства Украины в НАТО. При этом неоднократно указывалось, что Украина едва ли в ближайшее время — если вообще — войдет в НАТО по ряду причин.

«Попытка устранить гибкость в отношении членства Украины в НАТО, таким образом, отрезает возможности для компромисса, который бы не потребовал никаких ощутимых жертв, кроме символических, но позволил бы избежать войны», — подчеркнул автор.
Джо Байден
Джо Байден
The White House

В этом отношении внесенный демократами законопроект не является обязательным для администрации, чего нельзя сказать о других его положениях, прежде всего, в части третьего пункта, который предполагает введение санкций против России. Их целью станут российские банки, государственные компании, национальный долг, энергетические фирмы, трубопровод «Северный поток — 2», а также отдельные граждане и представители вооруженных сил страны.

«Учитывая размер и экономическое значение России, это самые обширные экономические санкции, которые США пытались применить с тех пор, как сформировалась мировая экономика после окончания Холодной войны, — отметил Стэнли.

Проблема заключается в том, что законопроект предписывает применять полный набор санкций по принципу «всё или ничего», отменить же эти санкции будет чрезвычайно трудно, а вводиться они будут «по первому чиху». Это резко сужает возможность соотнесения их с характером российской провокации и использовать отмену санкций в качестве стимула для улучшения поведения России.

Законопроект требует применения полного набора санкций, если администрация обнаружит, что «Россия участвует в… значительной эскалации военных действий или враждебных действий на Украине или против нее» и «такая эскалация имеет целью или следствием подрыв, свержение, или роспуск правительства Украины… или вмешательство в суверенитет или территориальную целостность Украины».

Таким образом, весь спектр санкций может быть вызван действиями, далекими от российского вторжения или оккупации, если такие действия, как представляется, «подрывают» власть на Украине или каким-либо образом вмешиваются в ее суверенитет. Иными словами, санкции могут быть введены даже в результате той или иной кибератаки или пропагандистской трансляции на территорию Украину.

Как только эти санкции вступают в силу, отменить их из-за того, как написан законопроект, будет чрезвычайно трудно: для этого нужно будет, чтобы Россия заключила официальное соглашение с украинскими властями, тогда как именно у Киева будет, по сути, право вето в вопросе отмены санкций после их введения. Предоставление бывшей советской республике столь широких полномочий значительно уменьшило бы способность США корректировать санкции в ответ на действия России. Таким образом, после их введения у Москвы будет мало стимулов воздерживаться от дальнейшей эскалации.

Американский госсекретарь Энтони Блинкен на совместной пресс-конференции с главой МИД Украины Дмитрием Кулебой
Американский госсекретарь Энтони Блинкен на совместной пресс-конференции с главой МИД Украины Дмитрием Кулебой
Mfa.gov.ua

Контрпродуктивными, отмечает Стэнли, будут и некоторые другие меры, направленные против российских граждан. Эти лица, подвергнувшись конфискациям и став персонами нон грата в международной финансовой системе, будут не заинтересованы в том, чтобы способствовать дипломатическому разрешению конфликта.

Опасения вызывают и другие пункты законопроекта. В рамках законопроекта предполагается отправить Украине не менее $500 млн в виде иностранной военной помощи, помимо тех $200 млн, которые уже были переданы Киеву в декабре. В результате Украина становится третьим по объемам получателем военной помощи США в мире после Израиля и Египта. И хотя этого недостаточно, чтобы страна могла противостоять России в одиночку, вместе с деньгами в бывшую советскую республику могут быть направлены и военные советники, из-за чего повышается риск вовлечения в конфликт США. В законопроекте также предпринимаются шаги по непосредственному вовлечению граничащих с Россией стран в переговоры по выходу из кризиса, что значительно затруднит достижение соглашения.

И хотя законопроект преследует достойную цель — «противостояние российской агрессии против Украины», в нем и желания достигать соглашения на основе компромисса, отвечающего на озабоченности Москвы. Напротив, в США по-прежнему считают, что могут просто навязать России свою волю, несмотря на то, что этот законопроект не предусматривает массового ввода американских войск, который был бы необходим при таком развитии событий.

Вместо того чтобы заложить основу для дипломатического решения, законопроект, похоже, направлен на радикальное сужение пространства для дипломатии. Эффективная дипломатия требует поиска компромиссов, позволяющих сохранить лицо, чтобы не унизить ни одну из сторон. Напротив, законопроект создает впечатление, что многие в Конгрессе хотят нанести России унизительное и открытое поражение. При отсутствии готовности вести крупнейшую войну со времен Второй мировой войны это нереально.

Конгресс США
Конгресс США

В этом году исполняется 40 лет кубинскому ракетному кризису, противостоянию США и России, которое угрожало глобальной ядерной войной. Главным из уроков этого кризиса является важность гибкости в достижении мирного решения конфликта между сверхдержавами. Теперь известно, что решающее значение для достижения мирного урегулирования кризиса имела уступка президента Джона Кеннеди в отношении вывода американских ракет из Турции, уступка настолько спорная, что ее десятилетиями держали в секрете.

Украинский кризис, к счастью, пока не такой серьезный, как тот. Но для его разрешения потребуются такие же гибкость и дипломатическая ловкость. Приняв закон, который значительно ограничит такую гибкость, Конгресс пойдет в неправильном направлении и увеличит риск того, что нынешний кризис пойдет катастрофически неправильно.