Турция — одна из тех стран, которые, как пишет издание Habertürk, «с волнением наблюдает за тем, что происходит в Казахстане». Внешне всё выглядит пристойно. Но есть определенные важные нюансы. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган провел телефонный разговор со своим казахстанским коллегой Касым-Жомартом Токаевым, пообещал ему поддержку «техническими знаниями и опытом в случае необходимости» и выразил надежду на то, что в Казахстане скоро «будет снята напряженность» и «появится новое правительство». Чуть ранее Эрдоган также обсуждал ситуацию в Казахстане с лидерами Азербайджана, Киргизии и Узбекистана. В свою очередь глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу сообщил, что на 11 января намечено провести «экстренное заседание глав МИД Организации тюркских государств (СТГ) для обсуждения событий в Казахстане». Правда, никто не может объяснить, почему такая встреча называется «экстренной» и какие конкретные меры намерен предпринимать в дальнейшем СТГ.

Владимир Путин и Реджеп Эрдоган
Владимир Путин и Реджеп Эрдоган
Иван Шилов © ИА REGNUM

«Вместе с Казахстаном мы не только расширяли границы тюркского мира, но стали определять правила игры в Центральной Азии, — констатирует турецкое издание Akit. — Но когда наступил сам момент игры, то в нее вступили не тюркские государства, а Россия со своими партнерами по ОДКБ». С более откровенными суждениями выступил бывший глава МИД и правительства Турции, ныне лидер оппозиционной Партии будущего Ахмет Давутоглу. «Я глубоко опечален событиями в дружественном и братском Казахстане. Вызывает также беспокойство то, что Астана в связи с этими событиями обратилась в ОДКБ, возглавляемую Арменией, — написал он в Twitter. — Исторический долг Турции и Организации тюркских государств — внести необходимый вклад в преодоление напряженности, уважая внутренние дела Казахстана. Тот факт, что до сих пор не были предприняты достаточные шаги в этом направлении, говорит о слабости внутренней солидарности тюркского мира». Наши источники в Турции, комментируя это заявление, считают, что в Анкаре определенные силы полагали, что казахстанский конфликт будет затягиваться, всё пойдет по украинскому сценарию, и Анкара как страна — член СТГ получит возможность выступить со своими мирными посредническими усилиями. Давутоглу выступает ретранслятором этого проекта.

Другого варианта не было, так как создание общетюркского миротворческого военного корпуса, о чём было заявлено ранее, затягивается. Теперь, как полагают источники, турецкая оппозиция станет атаковать Эрдогана с позиции «появившейся трещины в тюркском альянсе». Но насколько справедливы такого рода обвинения? Многие турецкие эксперты отмечают, что в широком смысле Анкара еще только утверждается в роли лидера региона. Теоретически она могла бы стать объединяющим началом для нестабильной части арабского региона, в том числе и на сирийском направлении (правда, там сейчас Турция утеряла почти все главные рычаги влияния). Что же касается активизировавшегося общетюркского направления во внешней политике Анкары, то скоро выяснилось, что Россия по всем параметрам сильнее Турции, успех которой возможен только при наличии общих границ с тем или иным тюркским государством. Действительно, в турецко-азербайджанский союз оказалась втянута христианская Грузия, скоро в нём может оказаться и Армения, которая становится географическим «мостом» между Азербайджаном и Турцией через Зангезурский коридор. Однако общетюркские геополитические проекты Нурсултана Назарбаева вызывали немало вопросов, особенно когда говорили о возможности создания альтернативного Евразийскому союзу альянса, вплоть до военно-политического союза.

Саммит Организации тюркских государств
Саммит Организации тюркских государств
President.az

Так что заявленные геополитические амбиции Турции на азиатском направлении входят в объективное противоречие с ее реальными возможностями. Поэтому даже Баку, максимально близкий Анкаре, продолжает маневрировать между ней и Москвой. Казахстан же является членом ОДКБ, Шанхайской организации сотрудничества, Евразийского экономического союза и активно участвует в интеграционных процессах на постсоветском пространстве. Вместе с тем он находится чуть ли не в авангарде интеграционных процессов в СТГ. Такое двойственное положение требует проведения тонкой внешней политики, так как перекос в ту или иную сторону грозит спровоцировать серьезную геополитическую и внутриполитическую турбулентность. В этом контексте Назарбаеву с трудом удавалось балансировать, чтобы сохранить геополитическую и внутриполитическую устойчивость. Но и Турции было невозможно провести «игру на выезде» и по своим правилам. Собственно, в этом суть политических нюансов, которые стараются соблюдать Россия и Турция. И самое неожиданное для экспертов в этой схеме то, что ожидания некоторых сил на конфликт между Москвой и Анкарой обнуляются интересами текущего стратегического взаимодействия.