За считанные дни перед намеченным на 9−10 декабря «саммитом за демократию» американская дипломатия предпринимает беспрецедентные усилия для того, чтобы разрушить единый фронт России, Китая и наших союзников и помешать дальнейшему сближению Москвы и Пекина в военно-политической сфере. В Вашингтоне ясно отдают себе отчет в том, что в отличие от первой холодной войны ситуация все более походит на действительно глобальный, мировой раскол, и предстоящий саммит его оформляет в невыгодной для США конфигурации. Ибо сжигает мосты, разделяя страны на «своих» и «чужих», и вовлечь последних в сети своих альянсов будет куда сложнее, чем сейчас: выбор для них становится ответственнее. Подобно советско-китайскому блоку в 50-е годы прошлого века, совместную мощь которого агрессоры из США испытали на себе в ходе Корейской войны, нынешний альянс России и КНР способен поломать очень многие гегемонистские планы. Самое главное. Сосредотачивая основные усилия на разных театрах военных действий (ТВД), соответственно в Европе и на Дальнем Востоке, в АТР, наша страна и дружественный Китай подпирают друг друга на самой протяженной в мире сухопутной границе. Для обеих стран она превратилась в надежный стратегический тыл, прикрывающий возможность масштабных маневров силами и средствами. При том, что протяженные сухопутные коммуникации Большой Евразии практически недоступны США и их сателлитам и находятся под надежной защитой не только вооруженных сил, но и геополитического пространства, которое, как учил один из основоположников нацистской и в целом западной геополитики, Карл Хаусхофер, — само есть «фактор силы».

Россия и Китай
Россия и Китай
Иван Шилов © ИА REGNUM
Сталин и Мао Цзэдун. Почтовая марка КНР 1950 г
Сталин и Мао Цзэдун. Почтовая марка КНР 1950 г

В глобальном мировом расколе, в отличие от событий полувековой давности, США лишены возможности спекуляций на бывших разногласиях Москвы и Пекина, а общая стратегическая ситуация в мире приобретает большую определенность. Рекрутирование новых союзников по новым блокам, типа AUKUS, как и «размораживание» старых альянсов, вроде Quad, возможно только по морской евразийской периферии, и больших дивидендов это не принесет: какие союзники, такие и «дивиденды». Максимум, дополнительные точки базирования, вроде рассматриваемого Пентагоном проекта расширения сети военных баз в Австралии. Отсюда и попытки концептуальных «инноваций», вроде «Индо-Тихокеанского» региона; с одной стороны, втягивание в американскую орбиту Индии, с другой — попытка убедить общественность в неких «правах» США на свободу рук в Южно-Китайском море (ЮКМ) и Малаккском проливе, прикрывающая стремление контролировать китайский морской импортный энерготранзит. Но есть и третий резон. Та мощная и разветвленная трансъевразийская система коммуникаций, которую Россия и Китай легко строят на континентальном, сухопутном фундаменте по кратчайшим маршрутам, у США получается только по островной периферии и вокруг континента. Эти коммуникации между ТВД у американцев гораздо более растянуты и хуже защищены. Понимая эти слабости, Вашингтон видит важнейшей частью стратегии как максимум вносить раскол между Москвой и Пекином, а как минимум откалывать от них союзников. Разными способами: в случае с Индией, например, эксплуатируют ее территориальные разногласия с Китаем и Пакистаном; в АСЕАН вбивают клин, пытаясь перетянуть на свою сторону страны, имеющие территориальные разногласия с Пекином уже не на суше, а в акватории — Вьетнам, Филиппины, Бруней. Пока получается не очень, а вопрос для США очень важный, связанный с ситуацией в Тайваньском проливе, где США регулярно устраивают провокации с проходами военных кораблей — своих и сателлитов по НАТО. То, что они втягивают в подобные действия ту же Францию и Германию, как раз и говорит о поиске международной поддержки своему авантюризму. И если посмотреть на положение дел под этим углом, особо важным становится корейский вопрос, оказывающийся по сути в центре всей этой американской геополитической конструкции.

Эсминец USS Milius (DDG 69), проследовавший через Тайваньский пролив
Эсминец USS Milius (DDG 69), проследовавший через Тайваньский пролив
United States Navy

Вне этой общей диспозиции нельзя рассматривать и оперативные действия Вашингтона, в частности, состоявшийся визит в Сеул главы Пентагона Ллойда Остина, где он со своим южнокорейским коллегой генералом армии Со Уком провели 53-ю консультативную встречу по вопросам совместной безопасности. Напомним, что это не первое появление американского министра на юге Корейского полуострова; в марте он сюда наведывался вместе с госсекретарем Энтони Блинкеном, проездом из Токио. Итогом нынешнего вояжа стали два документа — совместное заявление министров и новое совместное руководство по стратегическому планированию. У переговоров два среза, причем, один тщательно прикрывает другой. На словах — главным и единственным объектом внимания Остина и Со Ука стало обзаведение КНДР новыми видами стратегических вооружений, успешно испытанных в течение осени — гиперзвука, баллистических ракет железнодорожного и морского базирования и т.д. На деле традиционной «обеспокоенностью» Пентагона успешной реализацией Пхеньяном программ вооружений дело не обошлось. СМИ осветили как минимум три дополнительных вопроса, два из которых даже попали в совместное заявление. Это прежде всего тема воинского контингента США на юге Корейского полуострова численностью в 52 тыс. человек; количественные показатели решили сохранить в неизменности. Однако при этом Вашингтон уступил Сеулу такой щепетильный вопрос, как порядок командования южнокорейскими вооруженными силами в случае войны. История вопроса такова, что изначально командование принадлежало США и в мирное, и военное время. Затем южнокорейцы отспорили право командовать своей армией в мирных условиях, и вот сейчас — состоялось! В военных условиях тоже. С одной стороны все понятно: страна не только держит на своей территории чужие, пусть и союзные войска, но и передает чужакам свою армию; помимо политических и военных факторов, это просто унизительно. С другой стороны, такое положение дел сохранялось с 1953 года, с окончания военных действий на Корейском полуострове. Прошло почти семь десятилетий, и только сейчас Вашингтон уступил, дав задний ход. Два вопроса: почему не уступал раньше, и почему сделал это именно сейчас? Первый для ответа не сложен: США не доверяют южнокорейским союзникам потому, что понимают: в элите страны — при нынешнем президенте Мун Чжэ Ине это проявляется особенно ярко — сильны настроения в пользу воссоединения родины; Юг и Север не скрывают, что посматривают на эту перспективу с воодушевленным интересом. Только вот американцам она «не улыбается», ибо в этом случае они теряют насиженный военный плацдарм: Пхеньян терпеть врагов на общей территории не станет, к тому же объединенная Корея становится экономической и военной — ядерной — сверхдержавой. «Вырвать ядерные зубы» у противника — у Вашингтона это в крови, и кому как не нам, в России, помнить об этих разговорах в 90-е годы вокруг нас самих. Ответить на второй вопрос сложнее. Чтобы понять, почему США уступили Сеулу именно сейчас, нужно внимательно вчитаться в содержание итогового совместного заявления, где имеется вопрос, не имеющий отношения ни корейской теме, ни к двусторонним отношениям США и Южной Кореи. Это тема «стабильности и безопасности» в Тайваньском проливе или, иначе говоря, признание за Вашингтоном некоего «права» и дальше эту стабильность подрывать, нагнетая в акватории вокруг мятежного Тайваня военную истерию и милитаристский психоз — клише советской пропаганды, которое очень точно характеризует происходящее. Что касается Вашингтона — все понятно, а вот почему Сеул под этим подписался — большой вопрос. Президент Мун Чжэ Ин и южнокорейский МИД неоднократно и подчеркнуто корректно обсуждали тайваньскую тему с представителями КНР, всякий раз однозначно подчеркивая, что принцип одного Китая для Сеула незыблем. Президент Байден же, напротив, в разговоре с китайским лидером Си Цзиньпин приверженность принципу одного Китая подтвердил, а спустя сутки сделал по сути противоположное заявление. И зачем тогда Сеулу участвовать в этих сомнительных играх, если США от Тайваня и от региона в целом далеко, а в Сеул, если что, запросто может прилететь боеприпас даже не оперативно-тактической, а тактической дальности? Очень похоже, что передача командования южнокорейской армией в руки сами южных корейцев — разумеется, как мы понимаем весьма условная, особенно в случае войны — и есть та «цена», которую США уплатили, а Южная Корея приняла в обмен за обязательство, пусть и высказанное в «общей» декларативной форме, «впрячься» за США против Китая на Тайване. Заметим: Сеул — не участник ни Quad, ни AUKUS, так надо же его хоть чем-то повязать общим, чтобы получить над ним еще один рычаг контроля. Так, на всякий случай, чтобы ограничить возможный геополитический «люфт» в преддверие президентских выборов на Юге полуострова, которые пройдут предстоящей весной.

Ллойд Остин и Со Ук во время пресс-конференции
Ллойд Остин и Со Ук во время пресс-конференции
Defense.gov

Что же касается Пхеньяна, то в его адрес министр Остин рассыпался веером угроз, обвинив в «дестабилизации» региональной обстановки северокорейские продвинутые образцы вооружений. То есть, с удовлетворением считают в Вашингтоне, новый клин между Пхеньяном и Сеулом вбит, и итогом американского визита станет более пристальное внимание Севера к Югу, чем к обстановке вокруг. Может быть, в США считают, что этот «шажок» приближает их к тому, что безнаказанно заступить на мятежном острове за прочерченную Пекином «красную линию»?

Почему, находясь в Южной Корее, Остин начал потрясать кулаками и в адрес России, требуя от Москвы на границе с Украиной «снизить температуру», которую усиленно загоняет вверх сам Вашингтон, подогревая амбиции Киева играми вокруг НАТО и поставок новых американских вооружений? Подрывая на Дальнем Востоке стратегическую ситуацию, стабильностью это уже не назовешь, Вашингтон не забывает и о западном потенциальном «фронте». И если Пхеньян отвлекают от обстановки вокруг Тайваня, где США практически открыто поддерживают махровый сепаратизм островных демократов из местного филиала Демпартии США, то Москву от Китая одновременно пытаются отвлечь в другую сторону. Провалившись в попытках просунуть «черного кота» между Москвой и Пекином непосредственно, США затевают многоходовку, рассчитанную на разрыв двух главных евразийских государств по факту растаскивания нашего стратегического внимания по разным ТВД. Вашингтон откровенно нервничает, и его можно понять. Российско-китайская «дорожная карта», утвержденная министрами обороны Сергеем Шойгу и Вэй Фэнхэ. Недавние сухопутные и морские учения двух армий и флотов, совместное патрулирование территорий в АТР силами дальней авиации России и Китая. Четырехдневный (!) визит главы российского военного ведомства в Иран, на южный фланг так называемого «Индо-Тихоокеанского» региона, как он мыслится пентагоновским стратегам. Только вчера завершившиеся военно-морские учения Россия — АСЕАН, дополнившие недавний юбилейный «саммит тридцатилетия» Китай — АСЕАН. Все это изрядно портит нервы Вашингтону тем, что ясно демонстрирует тщетность надежд достичь над Москвой и Пекином некоего «стратегического преимущества», пусть и регионального, чтобы попытаться затем развязать такой военный конфликт который был бы ограничен рамками региона. Благодаря российско-китайской координации, эта «голубая мечта» разрушается буквально на глазах. И сейчас США поменяли тактику, приступив к попыткам «кошмарить» не только Москву и Пекин, но и наших действующих и потенциальных союзников по всему периметру «Большой Евразии». Авось, где-нибудь найдется слабое звено, которое порвется. И поскольку пока такого звена не отыскивается, такая линия поведения США будет продолжаться. Хотя бы потому, что никаких иных возможностей закрепиться в Евразии так, чтобы сохранить старые и приобрести новые плацдармы, у них не существует. А без евразийского присутствия США, а с ними и весь Запад, — мировая периферия, удаленная от центров глобального развития в XXI веке. На эти выводы и наводят итоги поездки в Сеул американского министра обороны.

Военно-морские учения стран АСЕАН и ВМФ России «ARNEX-2021»
Военно-морские учения стран АСЕАН и ВМФ России «ARNEX-2021»
Mil.ru