В то время как в ЕС уже несколько лет растет евроскептицизм, страны Западных Балкан счастливы попасть в европейскую ловушку и крайне расстроены тем, что «старая» Европа стремится дистанцироваться от региона.

Евросоюз. Выхлоп
Евросоюз. Выхлоп
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Декларация саммита ЕС — Западные Балканы (6 октября 2021 г.) подтвердила поддержку европейской перспективы региона. Но энтузиазм уже явно не такой, какой был обозначен в Стратегии ЕС от 2018 года. Центральным элементом этой стратегии была «безоговорочная ориентация Западных Балкан на Брюссель в наиболее чувствительных областях», таких, как внешняя политика и энергетическая независимость, в обмен на обещания быстрой евроинтеграции региона.

Кстати, в период 2017—2018 гг. такие стратегии разрабатывали и Атлантический совет (признан в России нежелательной организацией), и Великобритания. Конечно, для их реализации необходимы «лояльные и наиболее предсказуемые политические элиты».

В системе приоритетов Атлантического совета для Балкан особо выделяются следующие моменты:

— постоянное военное присутствие США в регионе;

— «историческое» сближение с Сербией;

— восстановление репутации США как лояльного партнера.

Каким образом эта репутация должна быть восстановлена? Через растущее давление на страны, проявляющие признаки многовекторности, в первую очередь, на Сербию, которая должна проявить «больше интереса» к вступлению в ЕС и НАТО.

В июле 2018 года в Великобритании прошел саммит, по итогам которого была выработана концепция «Британия и будущее Западных Балкан». Из текста видно, что Великобритания рассматривает возможность своего «развертывания» в качестве арбитра в регионе. Лейтмотив документа примерно таков: Великобритания должна продолжать продвигать ценности и институциональные стандарты ЕС как в самом союзе, так и в двусторонних форматах. Кроме того, ЕС и Великобритания не должны позволять местным элитам использовать разногласия между Лондоном и Брюсселем. Второй долгосрочный императив для США и ЕС заключается в том, чтобы с помощью своей «мягкой силы» «усилить поддержку будущих региональных лидеров».

Иными словами, «мы не правим Египтом. Мы правим теми, кто правит Египтом».

В парламенте Великобритании.
В парламенте Великобритании.
©UK Parliament. Jessica Taylor. Stephen Pike

Согласно отчету Атлантического совета, это «новый общественный договор», в котором правительства гарантируют безопасность инвестиций самых могущественных корпораций, называемых «гигантами» или «транснациональной властной элитой», в обмен на право управлять.

Именно это и происходит в Болгарии в течение последних 32 лет. Чередующиеся несамостоятельные режимы служат корпоративным интересам в обмен на право управлять и участвовать в общем грабеже. При этом население Болгарии резко уменьшается по сравнению с девятью миллионами, которые жили в ней в 1989 году. Мы понесли огромные потери, и большинство из них пришлось на время правления «партийного государства» ГЕРБ (политическая партия «Граждане за европейское развитие Болгарии» — ИА REGNUM) Бойко Борисова.

Ущерб, нанесенный Болгарии правлением Борисова (2009−2020 г.), беспрецедентен по своим масштабам. Но он почувствовал себя некомфортно только тогда, когда попытался лавировать между Брюсселем, Вашингтоном и Москвой, выступая с одной стороны (по крайней мере формально) за «мир, стабильность и процветание» на Балканах и занимая очень уклончивую позицию по так называемой Инициативе трех морей. С другой стороны, он (все-таки) способствовал строительству «Балканского («Турецкого») потока» после того, как провалилось участие Болгарии в «Южном потоке». Между тем под давлением народного недовольства ему не удалось протолкнуть Стамбульскую конвенцию (международное соглашение Совета Европы, направленное против насилия в семье — ИА REGNUM), и летом 2020 года, используя начавшиеся протесты, Вашингтон и Брюссель отказались от поддержки партии ГЕРБ, чтобы поддержать по-настоящему лояльную и наиболее предсказуемую элиту. Задача этой элиты — вести губительную для страны русофобскую политику. Она будет и впредь подписывать (не спрашивая население) новые соглашения с американскими оружейными корпорациями, расширять военное присутствие США в стране, участвовать в зеленой сделке, поддерживать вступление Болгарии в еврозону, проводить приватизацию всего, что осталось в собственности государства, превращая страну в пороховой погреб.

Процесс деградации Болгарии начался в 90-х годах прошлого века и продолжился с нашим вступлением в НАТО в 2004 году и в ЕС в 2007 году.

В 1991—1992 годах сельское хозяйство, считавшееся одним из самых современных в Европе, было уничтожено. Правительство Ивана Костова (1997−2001) разгромило армию, промышленность, здравоохранение, систему социального обеспечения. Было ликвидировало 2200 предприятий и тысячи малых площадок в сфере торговли и услуг.

Резко подскакивает безработица, так же резко падают доходы населения — на 90%. Наркомания и проституция становятся повсеместными явлениями. Криминал зашкаливает. Образование находится в упадке. Традиционные национальные ценности также деградируют. Население охвачено экономической и социальной безнадежностью. Люди в активном возрасте массово эмигрируют.

Давно искорененные болезни возрождаются до масштабов эпидемий. Резко растет младенческая смертность. Продолжительность жизни резко падает.

Спустя десять лет после начала переходного периода не только в Болгарии, но и во всей группе стран, готовящихся к вступлению в ЕС, восстановить реальный ВВП уровня 1989 года было все еще невозможно.

Болгария и Евросоюз
Болгария и Евросоюз
Novinite.com

В рамках Совета экономической взаимопомощи наиболее развитыми странами были ГДР и Болгария (уровень промышленности которой в 1970-х годах был выше, чем у Греции и Турции вместе взятых). В отличие от прежней позиции по отношению к СССР, который доминировал в политическом смысле, но с точки зрения экономических отношений и уровня жизни у нас была высокая степень равенства, теперь страна стала глубокой периферией ЕС. Компрадорско-мафиозная олигархия, принадлежащая к транснациональному анонимному классу капиталистов и использующая регион для простой добычи ресурсов, взяла верх.

Каков баланс первых десяти лет членства Болгарии в ЕС? Я изложу по пунктам позицию Института экономических исследований БАН по этому вопросу:

  • Ограниченный суверенитет — экономический и политический (принудительное участие в санкциях против других стран; ограниченные возможности внутренней экономической политики; ограниченные возможности принятия решений о строительстве АЭС «Белене», об участии в проекте «Южный поток» и т. д.);
  • Принудительная остановка Козлодуйской атомной электростанции, несмотря на поддержку Международного агентства по атомной энергии, которое подтвердило безопасность АЭС. Общие потери только от преждевременного закрытия атомных блоков составляют около 10−12 миллиардов евро. Позволю себе добавить, что случай с АЭС Козлодуй (январь 2008 г.) — одна из немногих попыток Болгарии не согласиться на навязанные ей условия. Но, несмотря на все использованные инструменты (юридические, экспертные, международные), комиссар ЕС по энергетике Андрис Пиебалгс отреагировал на пересмотр соглашений с ЕС и перезапуск реакторов категорично: «Я бы не хотел, чтобы тема Козлодуя снова была на повестке дня!»;
  • Болгария платит членский взнос (1% ВВП или около 600 миллионов левов в год). Надо уточнить, что членские взносы выплачиваются сразу в начале каждого года наличными, в то время как транши из фондов ЕС подлежат ряду условий, определенных в одностороннем порядке Еврокомиссией, и жесткому администрированию. Что касается здравоохранения и высоких технологий, то на это Болгарии денег из фондов ЕС не дают. Я не буду говорить о порочности самой практики выделения средств, на которую Брюссель закрывает глаза;
  • Страна тратит больше средств на контроль миграционных потоков — на пограничные ограждения, персонал, на текущее содержание мигрантов (от 600 до 1000 левов в месяц при среднемесячной пенсии 330 левов); мигранты создают религиозные, криминальные, моральные и другие проблемы;
  • Резкая потеря человеческого капитала — эмигрировало около двух миллионов человек, в том числе сотни тысяч с высшим и средним специальным образованием, на образование которых Болгария потратила миллиарды;
  • Принудительное открытие границ для импорта и экспорта с разрушительными последствиями для нашей неконкурентоспособной экономики. Даже в странах, переживших военную катастрофу, не было столь драматических экономических коллапсов.

Тридцать лет назад структура нашего экспорта была типичной для умеренно развитой европейской страны. Сейчас она близка к структуре экспорта многих африканских стран. У некоторых африканских стран она даже лучше, чем у нас.

Можно резюмировать, что болгарский народ от пребывания в ЕС потерял намного больше, чем приобрел. На самом деле выгод от этого пребывания фактически не существует.