Русофобия на постсоветском пространстве давно приковывает внимание учёных, анализирующих причины, по которым ни один из вычлененных из России лимитрофов так и не стал «второй Швейцарией». Украина, Белоруссия, Литва, Молдавия — везде были громкие заявки на неизбежный успех, обусловленный встраиванием в западную модель однополярного мира и предполагавший отдаление от России. О феномене русофобии в современной европейской практике корреспонденту ИА REGNUM рассказал известный белорусский учёный, доктор философских наук, профессор Лев Криштапович.

Русофобия
Русофобия
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Лев Евстафьевич, насколько допустимо считать русофобию европейской традицией или своеобразной «европейской ценностью», учитывая также опыт предыдущих веков?

Западные политики и их агенты (иноагенты) в постсоветских образованиях любят распространяться о европейских экзистенциальных ценностях. Обычно под этими ценностями подразумеваются ценности свободы, прав человека и демократии. Но это камуфляж или, другими словами, избитое европейское фарисейство. На самом деле главная европейская ценность — это русофобия. В этом легко убедиться на примере новых членов Европейского союза — Польши, прибалтийских квазигосударств, а также бандеровцев на Украине, которые выставляют себя ярыми приверженцами европейских ценностей и на полном серьезе трактуют о том, что «Украина — це Европа». Ценности эти, может быть, и европейские, но, к сожалению, ничего общего не имеющие со свободой, правами человека и демократией.

Возможно, «новые европейцы» копнули глубже и обратились к Античности, когда демократия сочеталась с рабовладением?

Прибалтийские квазигосударства на основании «закона о негражданах», правильнее сказать, «закона о русофобии» исповедуют чисто рабовладельческие ценности с разделением граждан на полноправных и неполноправных. Последние даже находятся в худшем положении по сравнению с метеками — то есть неполноправными гражданами античных рабовладельческих полисов. Если так будет идти дело с европейскими ценностями в Латвии и Эстонии, то скоро мы услышим, что мир делится на европейцев и варваров, и что только европейцы достойны свободы, а варварам, то есть русским, белорусам, китайцам предназначено рабство. Точь-в-точь как утверждали идеологи рабовладения, что только эллины являются свободными людьми, а варвары могут быть только рабами («андроподонами»).

Ничем не отличается в этом плане и политика нынешнего польского правительства, которое настолько пронизано русофобской ментальностью, что всерьёз мечтает о войне с Россией, не отдавая себе отчета в том, что это приведет к гибели всю Европу. Говоря словами Уинстона Черчилля, нынешние польские власти — это сборище умалишенных, которых надо поскорее посадить в сумасшедший дом, чтобы они не развязали войны на Европейском континенте.

Что касается бандеровцев на Украине, то здесь мы имеем дело с запредельной русофобией. Нынешняя украинская власть — это самые настоящие маньяки с топорами в руках.

Эстонские солдаты
Эстонские солдаты
Mil.ee

Какой резон США и Евросоюзу поддерживать такие режимы в Прибалтике и Польше, на Украине?

Ларчик открывается просто. Дело в том, что всё это направлено против России. А всё, что направлено против России, для западных политиков как бальзам на душу. Русофобия — это и есть западная ценность и навязывание такой ценности другим странам.

Дело в том, что русофобия давным-давно укоренена в ментальных структурах господствующего класса Запада. Его альянс с прибалтийскими неонацистами, сумасшедшей польской шляхтой, маниакальными бандеровцами не случаен, а закономерен, обусловлен общей русофобской природой как нынешних властей в Прибалтике, Польше, на Украине, так и их западных покровителей. Для последних, в соответствии с их русофобской ментальностью, профашистские, бесчеловечные организации в Прибалтике, Польше и на Украине являются именно демократическими структурами. Такова логика всех русофобов как на Западе, так и в постсоветских республиках. Своей русофобской политикой западные фарисеи ведут свои народы к катастрофе.

При этом они апеллируют к необходимости защиты территориальной целостности, «суверенитета и независимости» новых членов ЕС и «восточных партнёров» ЕС — насколько эти доводы рационально обоснованы?

Западные политики особенно любят прикрывать мракобесие своих марионеток необходимостью защиты территориальной целостности, суверенитета и демократии на Украине, в Польше, Прибалтике, которым, по их мнению, угрожает «имперская Россия». Но это политический камуфляж. Ибо никакой угрозы независимости Украины, Польши, Прибалтики со стороны России не существует по той простой причине, что эти квазигосударства нисколько не являются независимыми, а находятся под полным внешним управлением США.

Правда в том, что угрозу Украине, Польше, Латвии, Литве, Эстонии представляют сами их квазивласти, которые стремятся к тому, чтобы разжечь пламя войны между Россией и Западом. При этом они рассчитывают не на собственные силы, а на вмешательство США в эту геополитическую войну против России. Отсюда и стремление бандеровцев побыстрее вступить в НАТО.

В истории всё это уже было. Напомню, что после победы советского народа в Великой Отечественной войне против немецко-фашистских захватчиков бандеровцы, АКовцы, прибалтийские эсэсовцы продолжили фашистскую политику на части территории Украины, Польши, Прибалтики, рассчитывая как раз на поддержку их политического безумия со стороны США и Англии. Недобитые главари убеждали своих головорезов в том, что на помощь им придут США и Англия, которые начнут войну против СССР.

То есть нынешние безответственные заявления украинских и других восточноевропейских политиканов в духе «въехать в Москву на танках с союзниками» — это своеобразная традиция?

Следует признать, что современным западным наполеончикам очень импонируют воинственные клики бандеровской, польско-шляхетской, прибалтийской нечисти о походе на Москву, о разрушении Кремля. Поскольку Россию под предлогом её «демократизации» не удалось расчленить на отдельные квазиреспублики, на что, несомненно, рассчитывали западные стратеги в ельцинские времена (напомню, что на столе у Бориса Ельцина лежал план раздела России на семь государств), постольку они в своем натовском походе на Москву не гнушаются использовать даже русофобское политическое отребье.

Разумеется, если речь идет о походе на Москву, то тут как тут современная польская шляхта, т. е. дуды, качиньские, моравецкие и тому подобные проамериканские камердинеры. В разгоряченном сознании нынешних польских шляхтичей всплывают сцены, когда их предки мародерствовали в Москве и претендовали на управление русским государством. Как тут не впасть в воинственный раж! Ведь польская шляхта в прошлом — это передовой отряд западного рыцарства, носитель свободы и цивилизации для восточных варваров! Кто может усомниться в особой миссии Польши на Востоке? Ведь это её историческое право распространять культуру и цивилизацию?

На самом деле, ничего не только цивилизованного, но просто элементарно порядочного польская шляхта не могла предложить в прошлом и не может предложить в настоящем нашим народам.

Наверное, с вами не согласятся коллеги с исторического факультета Белгосуниверситета, минского педуниверситета и других белорусских вузов. Ведь именно они ещё с перестроечных времён фактически продвигают идею польского «прометеизма», утверждая, что Белоруссия якобы не знала закрепощения крестьян именно благодаря пребыванию Белой Руси вне России, что Тадеуш Костюшко якобы «белорусский герой» и так далее.

Если говорить о Белоруссии, то фактически польская шляхта создавала на наших землях систему кастового строя, где белорусские крестьяне занимали положение, аналогичное индийским шудрам. Уже само расселение шляхты выстраивало непроницаемую стену между польским обществом и белорусским населением. Не случайно околицей или застенком называли поселения шляхты, чтобы отличить их от белорусских деревень, где жили крестьяне. Взять, к примеру, польских шляхтичей Огинских, которых недалекие наши культурологи причисляют к белорусским знатным родам. Вот что писал об этом «белорусе» известный Гавриил Державин, который по поручению императора Павла I инспектировал белорусские земли в голодном 1798 году: «Проезжая деревни графа Огинского, под Витебском находящиеся, зашел в избы крестьянские, и увидев, что они едят пареную траву и так тощи и бледны, как мертвые, призвал приказчика и спросил, для чего крестьяне доведены до такого жалостного состояния, что им не ссужают хлеба. Он, вместо ответа, показал мне повеление господина (Огинского), в котором повелевалось непременно с них собрать, вместо подвод в Ригу, всякий год посылаемых, по два рубля серебром».

Уинстон Черчиль во время речи в Вестминстерском колледже в Фултоне. 1946
Уинстон Черчиль во время речи в Вестминстерском колледже в Фултоне. 1946

Таков был бесчеловечный принцип польской шляхты: «умри, белорус, но деньги на мотовство польских шляхтичей вноси без промедления». Пришлось великороссу Державину спасать белорусских крестьян. Как он пишет, «приказал сию деревню графа Огинского взять в опеку по силе данного ему именного повеления».

Для сравнения. При всем социокультурном расколе между «верхами» и «низами» такой кастовости, которая существовала между польской шляхтой и белорусскими крестьянами, в России все-таки не было.

Разве не показательно, что великий русский писатель Александр Сергеевич Пушкин был духовно вскормлен простой русской крестьянкой — Ариной Родионовной. Или, например, шедевр мирового сказочного искусства русского писателя Сергея Аксакова «Аленький цветочек» был вложен в его душу обыкновенной ключницей Пелагеей? И разве не удивительно, что упомянутый выдающийся государственный деятель и поэт Гавриил Державин в своем новгородском имении учил грамоте и молитвам крестьянских ребятишек? Или, скажем, дочь крепостного крестьянина, получившего вольную от графа Шереметева, Надежда Прокофьевна Суслова стала первой русской женщиной-врачом, доктором медицины?

Можно ли себе представить, чтобы Радзивиллы и Огинские воспитывали своих отпрысков у белорусских крестьянок, а сами они учили белорусских детей белорусскому языку и православной вере? Даже в самом фантастическом сне такое присниться не может.

Вот почему глупо предполагать, что нынешняя польская шляхта, пропитанная русофобией и всячески поддерживающая бандеровцев на Украине, может принести украинскому народу мир, благополучие и демократию. Если она что-то и принесёт, то только, как говорили в старину, «грабеж повсюду бессовестный и бесстрашный».

Наверное, поэтому бежавшие из Белоруссии националисты не задержались на Украине, особенно интенсивно «демократизированной» с 2014 года по методичкам западных друзей и партнёров, прежде всего — США?

Важно осознать геополитический и геоэкономический парадокс современности. Он состоит в том, что социально-политическая стабильность внутри США зависит от факта нестабильности в других регионах планеты, в том числе и на постсоветском пространстве. Отсюда американские сценарии продвижения «демократии» и НАТО к границам России, противодействие интеграции постсоветских республик, развертывание противоракетной обороны США в Румынии, Польше, постоянные угрозы в адрес неугодных правительств и заявление министра обороны США о том, что бандеровцы имеют право быть в НАТО.

Смысл этого выражения министра обороны Ллойда Остина в том, что США будут продолжать вести геополитическую войну не только против России, но также против и всего мира. Дело в том, что США нужна не независимая Украина, а бандеровская Украина. Независимая Украина и бандеровская Украина — принципиально разные вещи.

Ведь бандеровщина это не только организации такого толка на Украине. Бандеровщина — это прежде всего ментальная, так сказать, своеобразная этнополитическая общность, формировавшаяся на протяжении длительного исторического периода, начиная от униатских времен и кончая сегодняшними днями. Характерные ее черты: отрицание общерусской истории как основы формирования украинского народа, патологическая ненависть ко всему русскому в самых отталкивающих формах, религиозный фанатизм и террористическое отношение ко всем, кто не согласен с идеологией бандеровщины.

Не случайно интеллектуальные представители бандеровщины всячески фальсифицировали украинскую историю, подменяя ее антиисторическими русофобскими концепциями и сумасбродными политическими проектами. И нынешние западные марионетки на Украине — Зеленский, Кличко, Тимошенко и другие — по своей ментальности, ценностям, убеждениям — не украинцы, а бандеровцы, то есть представители такой этнополитической общности, которая ничего общего не имеет ни с Украиной, ни с украинским народом. США, прикрываясь лицемерными причитаниями о территориальной целостности Украины, используют эту антиукраинскую бандеровщину в своей геополитической войне против многополярного мира.