Неоднозначные новости приходят из Ирана, а те, что приходят, демонстрируют специфичность процесса передачи президентского поста от одного лица другому. С 1979 года, когда произошла исламская революция, в Иране было семь президентов, некоторые из них избирались на два срока, а кто-то правил только считаные дни. Хотя духовный лидер Ирана сменился только один раз за это время. Причем третьему президенту Ирана Али Хаменеи после смерти аятоллы Хомейни удалось пробиться в духовные лидеры и сосредоточить всю власть в стране в своих руках. Именно этот фактор сегодня во многом определяет специфику ситуации в республике.

Иран
Иран
Иван Шилов © ИА REGNUM

Дело в том, что политическая система Ирана основана на выдвинутом ее основателем, аятоллой Рухоллой Хомейни принципе «велаят-е факих»: правление наиболее авторитетного шиитского правоведа. Это подразумевает, что последнее слово в принятии решений в стране принадлежит духовенству, а точнее — исламским правоведам. Высшим руководящим лицом страны является не президент, а верховный лидер, пожизненно избранное духовное лицо, контролирующее деятельность трех ветвей власти. Но если Хомейни занял этот пост в силу своей харизмы и по праву «революционной законности» как основатель Исламской Республики, то Хаменеи — это результат компромисса состоящей из множества кланов и группировок иранской элиты. Из чего следует, что потенциально между двумя «центрами силы, верховным лидером и президентом, есть проблема негласной борьбы за верховную власть и конкуренция. Сейчас это становится маркером для экспертов, которые оценивают то, что стало происходить в Иране вокруг экс-президента Хасана Рухани.

Рухолла Мусави Хомейни  в Ираке
Рухолла Мусави Хомейни в Ираке

Седьмой президент Ирана попрощался со своим постом 2 августа сего года и ушел в тень. Вопреки ожиданиям, Хаменеи до сих пор не назначил его на какую-то новую должность. Хотя обычно бывшие президенты достаточно быстро занимают кресла в Совете по определению политической целесообразности, консультативном органе при духовном лидере. Ранее иранская пресса сообщала, что Рухани может возглавить эту структуру. Сам же бывший президент говорил о желании «вернуться к академической и культурной деятельности», что многими экспертами воспринималось символическим жестом, означающим, что Рухани ожидает и, возможно, готовится к периоду изоляции внутри иранского истеблишмента. В Иране открыто говорят о том, что он пытался реализовать сценарий по налаживанию отношений с Западом, решить «ядерный вопрос» и, как следствие, укрепить национальную экономику. Кстати, Рухани является единственным из иранских президентов, кто после революции хоть и по телефону, но напрямую пообщался с президентом США.

Любопытно и то, что президент США Дональд Трамп не исключал возможность встречи с Рухани во время 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Тогда в Тегеране проводились закулисные консультации. Проживающий ныне в Германии иранский журналист Мехди Махдави Азад, который несколько лет работал помощником президента, рассказывает, что «как главный иранский переговорщик по ядерным вопросам Рухани координировал свои действия с духовным лидером, но была проблема: Хаменеи — идеолог, а президент идеологии внимания практически не уделял и был склонен к тому, чтобы заставить верховного лидера принять международные реалии и улучшить отношения Ирана с западным миром». Это еще раз доказывает, что Рухани действовал, возможно, не всегда с разрешения Хаменеи, но и не демонстрировал публично свои с ним разногласия.

Хасан Рухани
Хасан Рухани
President.ir

Если оценивать ситуацию в треугольнике Хаменеи — Рухани — США, то тут присутствует немало загадочных сюжетов, связанных с нежеланием Вашингтона укрепить позиции в Иране так называемых либерал-реформаторов, что привело к усилению позиций «ястребов» в ближайшем окружении Хаменеи. Когда в феврале они одержали победу на парламентских выборах, стало ясно, что в высших эшелонах власти страны произошел переворот: устраняются те силы, которые, по мнению «консерваторов», смогут обеспечивать влияние США на политику Тегерана. На днях иранскому парламенту были представлены итоги расследования деятельности администрации Рухани, в котором говорится о «неправомерном его поведении в период исполнения им обязанностей президента Ирана». И приложена «коллективная жалоба», которую подписали более полумиллиона студентов, ученых и людей из разных слоев общества.

Комментируя ситуацию, глава парламентской комиссии по реализации статьи 90 Конституции Ирана (о жалобах на работу парламента) Насрулла Педжманфар заявил, что против экс-президента может быть запущен судебный процесс. Он уточнил, что ключевые обвинения связаны с Тегеранской фондовой биржей и действиями администрации Рухани на рынке иностранной валюты. Среди обвинений в адрес экс-президента — девальвация иранского риала, уничтожение рабочих мест, назначение «шпионов» и лиц с двойным гражданством на важные государственные посты. Более того, консерваторы заявляют, что «разведывательные службы противника» якобы проникли в переговорную команду администрации Рухани, что в итоге привело к подписанию «унизительной» ядерной сделки 2015 года с мировыми державами, а экс-президент вообще «является разрушителем духовных основ нации». Одновременно проводится и «зачистка» функционеров администрации Рухани.

Тегеранская фондовая биржа
Тегеранская фондовая биржа
FaraM

Экс-глава Центробанка получил десять лет тюрьмы. Его заместителю Ахмаду Арагчи, племяннику переговорщика Рухани в Вене по ядерной сделке Аббаса Арагчи, дали восемь лет. В тюрьме находится и родной брат президента. Не прекращаются попытки привлечь к ответственности бывшего министра иностранных дел Ирана Джавада Зарифа, как и экс-вице-президента страны Эсхака Джахангири. Иранские парламентарии напоминают и о коррупционных скандалах, связанных с администрацией Рухани. Так, в 2020 году депутат Джавад Карими Годооси заявил, что в 2017 году экс-президент отдал распоряжение переправить в Иракский Курдистан несколько миллиардов долларов и еще 80 тонн золота. По словам парламентария, к операции были привлечены три банды, занимавшиеся контрабандой наркотиков, товаров и валюты.

Что дальше? Проблема в том, что Хаменеи вплотную подошел к определенному возрастному рубежу, когда стали циркулировать слухи о его плохом здоровье, а в Иране и за его пределами все чаще слышны разговоры о преемнике. Официальные структуры хранят молчание. Но на Западе, когда на последних президентских выборах победил представитель так называемого консервативного крыла Ибрагим Раиси, заговорили о нем как о возможном новом духовном лидере. В то же время американское издание Project Syndicate, предрекая «дрейф Тегерана к халифату», считает, что Раиси выступает лишь в качестве промежуточной фигуры перед «передачей власти Моджтабе — второму сыну Али Хаменеи». Что касается Рухани, то, возможно, он останется на свободе. В исламском Иране ни один бывший президент еще не был замечен на скамье подсудимых. Но политический ландшафт республики кардинальным образом меняется.

Верховный лидер Ирана Али Хаменеи
Верховный лидер Ирана Али Хаменеи
kremlin.ru

В повестку дня введена проблема транзита верховной власти. «Мы являемся свидетелями чрезвычайно сложных внутри‑ и внешнеполитических игр, которые концентрируются только на одной проблеме — выбора преемника, — пишет британская газета Financial Times со ссылкой на «компетентный» иранский источник. — Расширение прав и возможностей Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) — это продуманная политика, которая направлена на то, чтобы сделать его доминирующей структурой и обеспечить КСИР ведущую роль в процессе транзита власти». Наверное, в таких утверждениях есть доля истины, и все дальнейшие события в Иране необходимо оценивать с точки зрения разворачивающейся в высших эшелонах власти жесткой подковерной борьбы. От ее исхода во многом будут зависеть баланс политических сил и будущее страны.