События, произошедшие в июле 1995 года в городке Сребренице в восточной Боснии, в последние годы вспоминают всё чаще. Хотя с тех пор прошло более четверти века, одно из серии военных преступлений в злополучной войне в бывшей Югославии прошло ребрендинг и превратилось в «геноцид», а затем послужило политическим средством давления на сербов в Боснии и Герцеговине и Сербию в целом.

Никола Пуссен. Избиение младенцев. 1628
Никола Пуссен. Избиение младенцев. 1628

Что именно произошло в Сребренице?

В начале войны в БиГ это место, населенное в основном мусульманами, оставалось окруженным сербскими войсками. Анклав Сребреница вскоре был передан под защиту Организации Объединенных Наций, несмотря на то, что в нём находилась вся печально известная 28-я дивизия армии БиГ, которая насчитывала около десяти тысяч вооруженных людей. Мусульманские силы использовали защиту ООН, чтобы превратить анклав в базу для нападений на сербов в прилегающих районах: даже по оценкам изначально предвзятого Гаагского трибунала, в период с 1992 по 1995 год около 50 сербских деревень в этом районе были стерты с лица земли в результате осуществляемых из Сребреницы нападений. Ассоциация заключенных Республики Сербской в 2005 году опубликовала книгу с именами 3287 сербов, убитых мусульманскими силами в этом районе. Одно из самых ужасных преступлений произошло в день православного Рождества, 7 января 1993 года. Бошняки под командованием военного лидера Сребреницы Насера Орича вошли в сербскую деревню Кравица, убили 49 мирных жителей, часть которых только что покинула рождественскую литургию в деревенской церкви, около 1000 жителей изгнали, а вся деревня была разграблена, а затем сожжена.

Насер Орич был арестован в 2003 году и предан суду за эти преступления. Гаагский трибунал снял с него всякую ответственность. Сегодня он свободно гуляет по Сараево.

Вернемся в 1995 год. В июле сербские силы вошли в анклав Сребреница. В последовавший за этим период хаоса произошло несколько событий. Около шести тысяч вооруженных членов 28-й мусульманской дивизии начали прорыв через территорию, контролируемую сербами, многие из которых пострадали в предыдущих столкновениях. Несомненно, часть пленных из мусульманских формирований была ликвидирована на месте. Кроме того, некоторые из жертв являются гражданскими лицами мужского пола, оставшимися в Сребренице, которых сербские силы подозревали в принадлежности к мусульманской армии, терроризировавшей окрестности в течение предыдущих трёх лет. Казни военнопленных и гражданских лиц, безусловно, являются преступлением в соответствии с принципами международного права, и это преступление должно преследоваться по закону.

Насер Орич
Насер Орич
(сс) ICTY staff

Но это не геноцид.

Что проблематичного в определении преступления в Сребренице как геноцида? Во-первых, большинство жертв — члены мусульманских вооруженных формирований. Не было намерения «уничтожить всю нацию», убивали только солдат или способных воевать людей. Более того, сама идея геноцида на территории лишь одного муниципалитета не укладывается в определение такого преступления как попытки искоренить определенную нацию. Кроме того, говоря о числе упомянутых сегодня жертв (более восьми тысяч), бошняцко-мусульманские политики и активисты умело умалчивают о том, что большая часть из них погибла с оружием в колонне, прорывавшейся сквозь сербские позиции, а также о том, что на самом кладбище в Мемориальном центре Поточари, где покоятся жертвы Сребреницы, похоронено и множество солдат 28-й дивизии, погибших в первые годы войны (1993 или 1994) в боях с сербской армией. Наконец, игнорируется весь контекст войны в этой части БиГ, где мусульманские силы терроризировали сербское население в течение многих лет, что, безусловно, является одной из важных причин преступлений в Сребренице.

Моя личная позиция, а также позиция движения «Освобождение», лидером которого я являюсь, и большинства сербского народа заключается в том, что единственный геноцид на территории Боснии и Герцеговины произошел во время Второй мировой войны, когда хорваты и мусульмане в форме фашистского Независимого государства Хорватия совершили геноцид сербов, евреев и цыган. Этот геноцид, а также страх сербов перед новыми преступлениями упорно игнорируются, когда речь идет о последних конфликтах в Югославии.

И всё же двадцать шесть лет спустя от сербов и Сербии постоянно требуют высказать свое мнение о Сребренице и извиниться за предполагаемый геноцид.

Еще в 2015 году Великобритания пыталась принять через Совет Безопасности ООН резолюцию, осуждающую «геноцид» в Сребренице и объявляющую о коллективной вине сербов в этом преступлении. К счастью, Российская Федерация тогда наложила вето на данную резолюцию, несмотря на давление со стороны Запада. Сербский народ бесконечно благодарен России за это решение.

Однако прессинг продолжается. Кульминация была чуть больше месяца назад. В конце июля 2021 г. уходящий со своего поста верховный представитель международного сообщества в БиГ (практически высшая политическая инстанция в стране) австриец Валентин Инцко самостоятельно принял закон о запрете отрицания «геноцида в Сребренице» с четкой целью дальнейшего давления на сербов.

Этот акт является продолжением политики не только Запада, но и боснийских элит, согласно которой Республика Сербская, то есть сербский субъект в Боснии и Герцеговине, сначала должна быть объявлена «геноцидным образованием», а затем упразднена. Это поставило бы более миллиона сербов в Боснии под политический контроль Сараева. Это также поставило бы Сербию в подчиненное положение, потому что «геноцидная нация» не имеет морального права защищать свои национальные интересы.

Жертвы геноцида сербов, совершенного боснийскими мусульманами в 1992 году
Жертвы геноцида сербов, совершенного боснийскими мусульманами в 1992 году
Crvenrberetke.com

Поэтому реакция сербского народа и политических лидеров как в Белграде, так и в Баня-Луке на этот закон должна быть острой и единой. К сожалению, это не тот случай. Официальный Белград во главе с президентом Александром Вучичем отказывается комментировать закон Инцко.

Новым верховным представителем был «избран» Кристиан Шмидт, немецкий политик и бывший министр сельского хозяйства. Избрание Шмидта было проведено полностью незаконно — его выбрал так называемый Совет по выполнению мира (который состоит в основном из западных посольств в Сараево), а не Совет Безопасности Организации Объединенных Наций, как это было до сих пор. Российская Федерация решительно протестовала против такого развития событий. Сербские политики в Республике Сербской заявили, что не будут сотрудничать с незаконно избранным верховным представителем. Белград, в свою очередь, не заявил ничего, за исключением неуклюжего ответа Александра Вучича на пресс-конференции, в ходе которой он назвал Шмидта «своим хорошим другом».

И побеседует ли Вучич со «своим хорошим другом» Шмидтом, чтобы тот отменил закон, который нанесет огромнейший ущерб сербскому народу? Конечно, нет. Здесь еще раз видно лицемерие режима Вучича.

Ни слова о выборе Шмидта. Ни слова о законе. Хотя это поворотный момент для будущего Республики Сербской.

Вучич использует Республику Сербскую в своих политических целях и в ущерб долгосрочным национальным интересам сербского народа. В течение многих лет он брал с собой сербского лидера Милорада Додика на все мероприятия, рассчитывая на его популярность. Он также частично использует его для получения голосов граждан Республики Сербской, которые в силу своего двойного гражданства могут голосовать на выборах в Сербии. В конце концов, для Вучича Республика Сербская — всего лишь еще одно средство выживания во власти. Он будет торговать ею, как он делает это с Косово. А когда ему это больше не понадобится, он бросит ее.

Сербский народ в Боснии и Герцеговине пережил ужасный исторический опыт в двадцатом веке. Наученные этим опытом, а в 1990-е годы многие люди всё еще помнили, что хорваты и мусульмане сделали с ними во время Второй мировой войны, эти люди организовались и сумели сохранить себя — несмотря на многочисленные жертвы и попытки давления, Республика Сербская была создана и сохранена. Она уже на протяжении тридцати лет является основой выживания сербов в Боснии. Александр Вучич сейчас пытается разрушить этот фундамент из-за своих мелких интересов.

Несколько недель назад Вучич принял большинство так называемых патриотических оппозиционных лидеров из Сербии якобы для консультации по ситуации в Боснии и Герцеговине. На встречу прибыли лидеры партий «Двери», «Доста је било» («Хватит»), Демократической партии Сербии, Сербской радикальной партии и «Заветников». Все эти политические партии и движения представляют «лояльную» оппозицию, которая подтвердит позицию Вучича по каждому вопросу, касающемуся ключевых национальных интересов Сербии. И в тот день они пришли к Вучичу, чтобы продемонстрировать ему послушание. Никто из них не выступил против Вучича или хотя бы за более сильную позицию. Все послушно кивали.

В то время я был в Республике Сербской. Буквально на следующий день я посетил сербов в Сребренице, Братунаце (место, которое сильно пострадало от рук мусульман во время войны), а также в Требине — политическом и культурном центре южной части Республики Сербской. Сила и решимость проживающего там сербского народа вселили в меня надежду и оптимизм.

Эта борьба будет продолжаться, и для этого Сербии нужны ответственные политики — те, кто знает, как защищать национальные интересы, и с помощью каких заграничных друзей и союзников они могут лучше всего защитить их.