Чем меньше остается времени до Климатического саммита ООН в Глазго (СОР26), тем ярче становится «зелёная» упаковка, в которой крупные компании прячут свой углеродоёмкий бизнес, рассчитывая на получение инвестиций в рамках развернутой глобальной финансовой олигархией борьбы с изменением климата.

Автобус на биогазе
Автобус на биогазе
Geof Sheppard

Возьмем, к примеру, ExxonMobil, в рекламе которой рассказывается об экспериментальном биотопливе из водорослей, которое может существенно сократить выбросы СО2 транспортных средств, в то время как в расчётах цели компании по сокращению выбросов на 2025 год каким-то образом не была учтена большая часть выбросов, связанных с её традиционной продукцией.

Компания Nespresso также прикладывает огромные усилия для того, чтобы сделать свой кофе углеродно-нейтральным, для чего сокращает выбросы углекислого газа с помощью использования 100% возобновляемой энергии во всех своих бутиках, применения биогаза в процессе производства и высаживания деревьев на своих кофейных плантациях.

Банки и инвестиционные фонды также вынуждены соответствовать климатической повестке для того, чтобы привлечь как можно больше потенциальных партнёров и сформировать лояльность у клиентов. Barclays обещает стать банком с нулевым углеродным следом к 2050 году, но только в 2021 году банк уже предоставил €3,75 млрд в виде кредитов и облигаций компаниям, работающим на ископаемом топливе.

Производство биогаза
Производство биогаза
Volker Thies (Asdrubal)

Аналитический центр по изменению климата Influence Map опубликовал отчет, в котором обвиняет большинство «зеленых» инвестиционных фондов в провале. Influence Map провел оценку 723 фондов акционерного капитала с совокупными чистыми активами на сумму более $330 млрд, которые были проданы организациям, раскрывающим ESG-отчетность о соответствии экологическим, социальным и корпоративным принципам управления и декларирующим приверженность климатической повестке. Вывод таков: более половины фондов, связанных с климатом, которые описывают свои активы как «низкоуглеродные», имеющие отношение к «зеленому энергетическому переходу» и «чистой энергии», не соответствуют положениям Парижского соглашения.

Западные учёные уже выражают скептическое отношение к ESG-отчетности, которую предоставляют компании, желающие идти в ногу со временем, то есть отвоёвывать рыночное пространство, увеличивая свой гудвил.

Профессор финансов Нью-Йоркского университета Асвата Дамодарана, назвал ESG «ошибкой, которая будет стоить компаниям и инвесторам денег, в то же время делая мир хуже, так как это приносит больше вреда, чем пользы для общества». Правда, дальнейшие рассуждения профессора сводятся к тому, что требования ESG должны стать еще более детализированными и прозрачными, но основная мысль звучит верно — бизнес, построенный на ESG декларациях и притянутой за уши отчётности, и клиентов обманывает, и не приносит никакой пользы защите окружающей среды.

С гринвошингом климатические активисты пробуют бороться правовыми методами. В Австралии Управление по защите окружающей среды подало иск в федеральный суд против крупнейшего производителя газа Австралии, компании Santos. В иске утверждается, что позиционирование нефтегазового гиганта как поставщика «чистой энергии» на пути к нулевому показателю к 2040 году не соответствует действительности и представляет собой обман потребителей.

АЗС с биотопливом
АЗС с биотопливом
Mariordo Mario Roberto Duran Ortiz

Борьба с «зеленым» мошенничеством превращается в сражение с ветряными мельницами. Дело в том, что не существует единого индикатора ESG. Каждое рейтинговое агентство использует свой собственный набор показателей для измерения уровня соответствия требованиям ESG. Так в ЕС, заявляющем о себе как о мировом лидере борьбы с глобальным потеплением и собирающемся вводить углеродные санкции против отстающих, Регламент о раскрытии информации об устойчивом финансировании (SFDR) принят только в марте 2021 года.

Но даже при наличии более или менее чёткого регулирования расходы на выполнение всех правил могут стать роковыми для средних и мелких компаний, а гигантам бизнеса придется значительно сократить иные издержки. Как правило, первыми под режим экономии попадают затраты на труд с помощью технологий цифровизации умственного и автоматизации ручного труда. И вот они — широкие объятия очередного витка социальной напряженности и экономического кризиса.

Как ни крути зеленой повесткой, всюду её идеологи натыкаются на противоречия заявленных климатических целей и целей национальных экономик. Поэтому не удивительно, что в преддверии саммита они пытаются оказать беспрецедентное давление на лидеров государств, защищающих своих граждан от снижения уровня жизни в результате ускоренного «зелёного» перехода. Активное участие в переговорах с 90 странами во главе с Китаем и Индией, не соглашающимися переносить сроки достижения углеродной нейтральности с 2060 на 2050 год, принимает Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш. Недавно он заявил, что без повышения климатических целей всеми странами Парижского соглашения саммита в Глазго, скорее всего, провалится, а выбросы парниковых газов продолжат расти. Народы мира замерли в ожидании своей «зелёной участи», которая будет ей уготована на СОР26: