Российскому бизнесу придется привыкать к новой реальности и присоединяться к работе государства над целью по повышению благосостояния граждан страны. Для бизнеса это, конечно, работа над повышением качества жизни своих же сотрудников, что отразится на повышении потребительского спроса. Иначе дальше «машина не поедет» — демографическая яма образовалась в том числе по причине смелого отказа предприятий от соцполитики. Тогда, в 90-х, понятно, не до соцпрограмм было — экономику ставили на новые рельсы. Однако сегодняшний отказ от соцполитики может привести к тому, что ставить «рельсы» будет некому. Сегодняшнее некоторое снижение внутреннего потребительского спроса — лишь часть айсберга, в долгосрочной перспективе — снижение численности населения, в частности, трудоспособного, не сулит ничего хорошего. Хотя эксперты не склонны драматизировать ситуацию. В своем докладе «Социальная политика в России: проблемы и решения» ученые ИНП РАН вскользь упоминают об аналогичных трендах, существовавших в 1960—1980-х годах, когда страна уже сталкивалась со значительным ростом общего коэффициента демографической нагрузки. Но эти аналогии и настораживают, во-первых, потому, что позднее произошел распад СССР, во-вторых, потому, что как такового анализа воздействия проводимых в 1980—1990-х годах экономических реформ, которые, как подмечают в своем докладе ученые, привели к снижению уровня жизни значительной части населения, не приводится. Ученые указывают, что произошедшее в те годы перераспределение собственности привело к существенному расслоению общества и формированию экономики, устойчиво воспроизводящей уровень дифференциации по доходам.

Авраам Виллемсенс. Нищета у входа. 1660
Авраам Виллемсенс. Нищета у входа. 1660

Однако, заметим, что огромный разрыв между бедными и богатыми произошел во всем мире, в частности, в тех самых развитых капиталистических странах, по указке которых Россию ставили на капиталистические рельсы. В январе прошлого года издание «Ведомости» со ссылкой на данные доклада о неравенстве, подготовленного благотворительной организацией Oxfam к Всемирному экономическому форуму в Давосе, сообщало, что неравенство вышло из-под контроля: 1% самых состоятельных людей богаче остальных 6,9 млрд человек. И одной из причин такого сверхбогатства эксперты Oxfam называли снижение налоговых ставок для богачей и крупнейших корпораций и их уклонение от уплаты налогов: с 1945 года максимальная ставка подоходного налога в США достигала 90%, уже к 1980 г. она снизилась до 70%, а сейчас не превышает 40%. Богачи обеспечивают только 4% мировых налоговых поступлений, уклоняясь от 30% своих налоговых обязательств. Эксперты Oxfam заявляли, что чрезвычайно мягкое корпоративное налогообложение помогает акционерам увеличивать дивиденды, но на благосостояние рядовых граждан никак не влияет: за 2011−2017 гг. средняя зарплата в странах G7 выросла только на 3%, а дивиденды — на 31%. А главный экономист Renaissance Capital Чарльз Робертсон отмечал, что в среднем цикл роста или сокращения неравенства доходов длится 40 лет, и нынешний цикл может закончиться только в 2050 году.

Оговоримся, судя по всему, таким образом международные эксперты подводили разговор к появлению того самого корпоративного налога для транснациональных компаний. Возвращаясь же к публикации «Ведомостей», напомним, что издание также приводило оценку Всемирного банка, согласно которой, если бы страны ежегодно сокращали неравенство в доходах на 1%, то удалось бы вывести из крайней нищеты 100 млн человек к 2030 г. Например, страны могут повысить ставки налогов: если собирать с 1% богачей лишние 0,5% налогов следующие десять лет, то это позволит создать 117 млн рабочих мест в сфере образования, здравоохранения и помощи пожилым людям. Цель как декларируемая задача, в общем-то, несомненно, благородная. И возможно, показалось, но, похоже, ученые ИНП РАН взяли этот пример как универсальный рецепт или подход за основу своих предложений по изменению вектора социальной политики в России. И хотя в России, как и в целом в мире, существует разрыв между бедными и богатыми, что видно невооруженным глазом и периодически подтверждается сводками Forbes по росту состояния российских богачей, но всё же возникает один вопрос: подходит ли тот самый универсальный рецепт абсолютно всем странам мира, ведь одни государства экономически сильнее (они как раз и выращивали очень много лет подряд транснациональных гигантов) и привлекательней для инвестиций, как и численность населения в них гораздо выше, чем в постсоветских странах, в том числе России, а другие — это, в частности, те самые собственно постсоветские государства? Но, безусловно, декларируемые цели, которые должны быть достигнуты в результате предлагаемых мер по борьбе с неравенством, вполне справедливы, тем более, если на практике они скажутся на росте инвестиций и в целом экономики России, а, главное, позволят повысить благосостояние граждан страны.

Владимир Путин на пленарном заседании съезда Российского союза промышленников и предпринимателей
Владимир Путин на пленарном заседании съезда Российского союза промышленников и предпринимателей
Kremlin.ru

В целом же, если исключить описанные учеными ИНП РАН способы перераспределения нагрузки имеющихся трудовых ресурсов, очевидные риски, а также очевидную необходимость технической модернизации производств, что должно повысить производительность труда, их предложения сводятся к необходимости перераспределения государством части доходов экономики в пользу бюджетной системы, увеличивая, таким образом, объем социальной поддержки населения и обеспечивая постепенное снижение ограничений развития, связанных с низким уровнем и качеством жизни значительной части населения. А одним из способов такого перераспределения, как указывают ученые, может стать модернизация системы налогообложения доходов физических лиц.

Правда, повышение налогов для наиболее богатых граждан, по мнению ученых, должно частично компенсироваться расширенной системой налоговых вычетов, стимулирующих расходы на недвижимость, товары длительного пользования, высокотехнологичные виды услуг и т. д.

«В 2020 г. были сделаны первые шаги по увеличению налога на доходы наиболее обеспеченных граждан (с уровнем годового дохода свыше 5 млн. руб.). Наши оценки показывают, что у 20% наиболее богатых граждан норма сбережения в настоящее время достигает 25%. В этих условиях, например, увеличение ставки налога на НДФЛ для 20% наиболее богатых граждан до 25% способно привести к такому перераспределению доходов, которое увеличит спрос, а соответственно и ВВП как минимум на 2%. Конечно, в данном случае речь должна идти не просто о росте налоговой нагрузки, но и о модернизации всей бюджетной системы, обеспечивающей не только рост ее доходов, но и формирование каналов использования этих средств в пользу решения задач социальной политики», — говорится в докладе.

Налоговый кодекс
Налоговый кодекс
Nalog.ru

На фоне оценок международных экспертов по уходу бизнеса от справедливого налогообложения, что мешает государствам проводить эффективную социальную политику, в частности, по сокращению неравенства доходов, ученые ИНП РАН говорят о том, что в 2016—2019 годах динамика чистого финансового потока от государства в пользу населения была достаточно высокой, но ниже динамики потока от бизнеса к государству. Таким образом, потенциал наращивания поддержки населения в условиях значимого восстановления нефтяных цен и нефтегазовых доходов бюджета был использован не в полной мере. При этом наиболее стабильно наращивался объем финансирования социальных выплат домохозяйствам, тогда как для выплат заработной платы и трансфертов в натуральной форме прирост финансирования произошел только в 2018 году.

Поскольку считается, что наиболее обеспеченные слои населения потребляют больше импортных товаров, как и могут расходовать средства за рубежом, очевидно, что предлагаемая модернизация налоговой системы позволит нарастить внутренний потребспрос на российские товары, следовательно, в теории повлечь развитие, расширение промпроизводства таких товаров, став точкой роста для экономики. Собственно, на это ученые указывают напрямую. Но опять же, судя по ежемесячному анализу центробанка отраслевых финансовых потоков, в отличие от добычи нефти и газа, ряд отраслей, являющиеся основными драйверами экономической активности, поддерживают ту самую активность за счет кредитных ресурсов, в том числе субсидируемых государством, а также в ход шли сбережения. Возможно, не стоит брать в пример данные пандемийного периода, но тем не менее его последствия для экономики до конца еще не ясны, особенно с учетом повторяющихся волн, взывающих те или иные ограничения, как и не ясно, когда государства с развитой экономикой прекратят оказывать поддержку своей экономике, экспортируя инфляцию по миру. Непонятно и то, каким образом введение международного корпоративного налога, которым, как предполагается, будет облагаться прибыль компаний, полученная от экспорта, следовательно, для национальных бюджетов, полученная от импорта, скажется на российской экономике. Более того, технологическое развитие или техническая модернизация — та, которая позволит в условиях демографической ямы повысить производительность труда, частично или в полной мере зависима от импортного оборудования, приобретение которого сдерживается санкциями, и даже если предположить, что покупать его можно в обход санкций через третьи руки, то с введением корпоративного налога возникает еще один большой вопрос: какой ценой обойдется подобный обход санкций.

Вагон-цистерна для нефтепродуктов
Вагон-цистерна для нефтепродуктов
Ural-66

Ну и не менее интересным на этом фоне было бы обратиться к опубликованному изданием «Бизнес Online» в 2015 году интервью академика РАН Абела Аганбегяна, который в то время сетовал на отток капитала из страны из-за внешних долгов, указывая при этом на высокий уровень задолженностей крупных российских нефтегазовых корпораций, которым, заметим, с ростом затрат на добычу трудноизвлекаемых ресурсов требуются инвестиции, а с введением санкций перекредитование в западных банках стало невозможным, в то время как развиваться за счет внутренних источников инвестирования, как констатировал академик, невозможно. Однако по сути предлагаемая сейчас в докладе ИНП РАН модернизация налоговой системы как раз и предполагает образование новых точек роста экономики за счет внутренних инвестиционных источников. Вопрос только в том, откуда уверенность, что рост промпроизводства в результате перераспределения доходов, которое должно повлечь рост спроса на товары российского производства, обернется ростом доходов граждан. Напомним, что в своем квартальном прогнозе экономики от 10 июня специалисты ИНП РАН указывали, что рост финансово-экономических показателей предприятий пока не трансформировался в рост заработных плат. Когда ждать «трансформации» и при каких условиях?