В первую очередь белорусский майдан стал уникальным явлением в истории майданов («цветных революций») на постсоветском пространстве и не только, по той причине, что он не смог победить. Он пока ещё и не проиграл окончательно, тем более, что свою задачу-минимум он всё-таки выполнил достаточно успешно — разделил доселе казавшееся вполне монолитным белорусское общество на два непримиримых лагеря, и в настоящее время в латентной форме этот майданный процесс продолжается, так как участники майдана и им сочувствующие в основной своей массе никуда из Белоруссии не делись, от своих взглядов и намерений не отказались, а внешние «кураторы» от своих планов довести белорусский майдан до победы тоже не отказались.

Тихановская
Тихановская
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Но тем не менее, в отличие от других майданов, белорусский майдан и не победил, поскольку он не смог добиться решения главной цели майдана — свержения действующего президента Белоруссии Александра Лукашенко и смены власти, а на данном этапе активные публичные протестные акции подавлены, сами протестующие в настоящий момент дезорганизованы, разочарованы и особой угрозы стабильности действующей власти пока не представляют. Более того, сейчас даже нет видимых сил, средств и способов для возобновления активных массовых протестных акций в ближайшее время, не говоря уже об их радикализации, без чего невозможна победа ни одного майдана. К тому же белорусские правоохранительные органы активно анализируют огромный массив видеозаписей майданных протестов, которые в основном сделаны самими протестующими, устанавливают участников стычек с ОМОНом и заводят на них уголовные дела. В прошлом году таких дел было около 350, а в этом — уже более 700. Как результат, наиболее активные участники майданных протестов вынуждены во избежание арестов Белоруссию покидать.

Но самой главной особенностью белорусского майдана является то, что он был грубо подавлен исключительно силовыми полицейскими действиями, — жёстко, тупо, зачастую с применением излишнего насилия, включая нарушения белорусского законодательства, но… в конечном итоге эффективно, хотя и затянуто по времени, поскольку в сочетании с другими методами — юридическими и финансовыми — это можно было сделать на порядок быстрее и без чрезмерного насилия. Например, во вступивших в силу с 1 марта 2021 года изменениях в Кодексе об административных правонарушениях (КоАП) за участие в несанкционированных акциях штраф увеличился с 30 до 100 базовых величин, т. е. с 870 до 2900 белорусских рублей (примерно с $350 до $1160). А за повторное нарушение в течение года в КоАП предусмотрели штраф в размере от 20 до 200 базовых величин, т. е. от 580 до 5800 белорусских рублей (примерно с $230 до $2320). Безусловно, для предотвращения майданных протестов мера разумная и эффективная, но… последняя немногочисленная акция протеста до введения в действие изменений в КоАП состоялась в Белоруссии 15 февраля и как раз против вступления в силу этого КоАП?!

Штраф
Штраф
Uriston.com

А ведь такая мера профилактики майданных процессов напрашивалась с самого их начала в августе 2020 года, и на целесообразность введения такой меры указывалось ещё в том же августе 2020 года, — «уже через неделю таких «мирных протестов» в статью 23.34. «Нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий» Кодекса об административных правонарушениях РБ, которая в ч. 1 предусматривает ответственность за нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, уличного шествия, демонстрации, пикетирования и т.д. в виде штрафа до 30 базовых величин (1 БВ — Br27, — в н. в. около $10) или административного ареста, следовало бы внести изменения, предусматривающие, например, что штраф за первое нарушение увеличивается до 100 БВ, а за повторное нарушение в течение месяца со дня совершения предыдущего, устанавливается штраф до 300 БВ, для фиксации нарушения задержание не обязательно, достаточно установления личности на месте нарушения либо фото-, видеофиксации нарушения с последующим установлением личности для наложения штрафа и админареста.» Т. е. для того, чтобы понять очевидное, белорусским властям понадобилось… аж полгода?!

Ещё абсурднее ситуация с признанием редакции Telegram-каналов NEXTA в качестве иностранной экстремистской организации (ИЭО) и её запрета на территории страны, которое Следственный комитет (СК) Белоруссии инициировал… 27 марта 2021 года: «Исходя из всех собранных объективных данных, следователями в их деятельности установлены признаки иностранной экстремисткой организации. В настоящее время УСК по городу Минску инициировано признание редакции, фактически созданной Степаном Путило и иными лицами, иностранной экстремистской организацией и запрещение ее деятельности на территории Республики Беларусь»?! И абсурдность ситуации с запретом заключается даже не в том, что попытка участниками майданного движения провести протестную акцию в «день воли» 25 марта с. г. оглушительно провалилась, причём не в последнюю очередь именно вследствие вступления в силу изменений в КоАП, а в том, что ещё 10 марта с. г. один из организаторов Telegram-каналов NEXTA Степан Путило заявил в интервью Deutsche Welle об отказе от координации майданных протестов в Белоруссии: «Мы сменили тактику. Мы больше не помогаем людям в координации протестов. В августе из-за блокировки интернета они просили нас помогать немного координировать их действия, рассказывать, где кто собирается. Сейчас мы уже отошли от этого, потому что люди организуются сами».

Как минимум, это означает три момента, — во-первых, координация майданных протестов перестала финансироваться, во-вторых, как показал провал майданных протестов 25 марта с. г., без их координации из-за рубежа массовые майданные протесты в Белоруссии пока невозможны и, в-третьих, желающих платить по $1000 — $2000 за участие в майданных акциях крайне мало, даже несмотря на их весьма негативное отношение к Лукашенко. Так это стоило лукашенковским властям с августа 2020 до марта 2021 года ожидать того, чтобы организаторы, руководители и спонсоры Telegram-каналов NEXTA сами отказались от координации майданных протестов на территории Белоруссии, чтобы объявить их ИЭО?! Т. е. в период активных майданных протестов белорусские власти не расценивали координирующие их Telegram-каналы NEXTA как ИЭО, что позволяло другим информационным ресурсам спокойно и без последствий распространять материалы Telegram-каналов NEXTA, способствуя таким образом расширению и радикализации майданных протестов, а как только организаторы, руководители и спонсоры Telegram-каналов NEXTA сами отказались от координации майданных протестов на территории Белоруссии, их сразу же объявили ИЭО?! Тут «своевременность» этого решения даже нет смысла комментировать.

Степан Путило
Степан Путило
facebook.com stepanexta

Ещё одним совершенно неадекватным ситуации решением Лукашенко является отправка участников майданных протестов на 10−15 суток административного ареста, который они отбывали сначала в изоляторах временного содержания (ИВС), а затем в центрах изоляции правонарушителей (ЦИП). Как следствие, в одни камеры попадали как активные убеждённые и к тому же радикально настроенные участники майданных протестов, так и колеблющиеся или вовсе нейтральные люди, которые пришли на эти протестные акции либо по принципу «посмотреть», либо «за компанию» со своими знакомыми. К тому же следует отметить, что среди получивших «сутки» было немало и тех, кто попал «под раздачу» совершенно случайно. Но надо ли удивляться тому, что после 10−15 суток пребывания в ИВС все эти ранее колеблющиеся или вовсе нейтральные люди выходили убеждёнными противниками лукашенковской власти? Не говоря о том, что незнакомые до ареста люди из разных городов Белоруссии в ИВС и ЦИП в условиях заключения поддерживали друг друга, сплачивались и обменивались контактами для поддержания отношений в дальнейшем, что способствовало расширению и структурированию майданного движения.

Кроме того, в одни камеры попадали и те, кто в силу своего разного социального положения в обычной жизни никогда бы не пересеклись, что в результате также немало поспособствовало не только расширению майданного движения и вовлечению в него первоначально нейтральных людей, но и структурированию майданного движения, как по горизонтали, так и по вертикали, а также расширению медийного освещения майданных протестов в положительном плане на основании личного опыта лиц, прошедших «арестантскую школу Лукашенко», что у большинства их читателей снимает вопрос о достоверности полученной информации. Пожалуй, одним из наиболее показательных в этом плане является пример самой титулованной и одной из лучших баскетболисток в истории Белоруссии, лучшей центровой чемпионата мира — 2010 Елены Левченко, играющей в н. в. в греческом «Панатинаикосе», — абсолютно аполитичной до майдана и ставшей убеждённой противницей лукашенковской власти после 15 суток, проведённых в ИВС, о чём после своих «суток» она рассказала уже не в одном десятке интервью в СМИ разных стран.

И она ведь не одна такая — «Мисс Беларусь — 2008», модель, лицо колготок всемирно известной белорусской компании Conte и экс-пресс-секретарь брестского «Динамо» Ольга Хижинкова провела в ИВС и ЦИП 42 дня, получив за участие в майданных акциях сначала 12, а потом ещё два раза по 15 суток админареста. Естественно, что после освобождения Хижинкова не скупится на интервью, поскольку она в силу своей популярности, как модель, была и продолжает быть востребованной в медийном пространстве, к тому же ей, как и Левченко, действительно есть, что рассказать об условиях своего 42-дневного пребывания в ИВС и ЦИП. Если учитывать, что только в первые два дня майданных протестов было задержано порядка 7 тысяч человек, то Лукашенко явно заслужил какую-нибудь награду от фонда Сороса, поскольку ещё никому из активистов этого фонда не удавалось провести такой массовый практический антиправительственный тренинг за такое короткое время да ещё полностью за государственный счёт! А какой вывод, — типично лукашенковский, — во вступивших с 1 марта 2021 года изменениях в КоАП максимальный срок админареста увеличен с 15 до 30 суток?! Видимо, специально для того, чтобы дать больше времени не только для обучения майданных активистов, но и для закрепления полученных ими знаний и навыков от более опытных сокамерников-единомышленников.

Протестующие и ОМОН.
Протестующие и ОМОН.
Цитата из видео «Минск протесты Сейчас в центре Бреста Стычки с ОМОНом 11.08.2020» пользователя Енот Брю Анет. youtube.com

Подобных примеров «оперативности и продуманности» решений белорусской власти во время активных майданных протестов в государстве и после них можно привести не один десяток, вследствие чего Белоруссия была на несколько месяцев ввергнута в хаос, но зато эксперты занимающиеся изучением организации государственных переворотов и их локализации должны быть благодарны Лукашенко за наглядный практический пример успешного подавления антиправительственных выступлений исключительно примитивными полицейскими методами в чистом виде, чем он в очередной раз подтвердил справедливость известного банальнейшего выражения, что «против лома нет приёма, — только ещё больший лом». В Ливии и Сирии, например, в качестве такого «большего лома» внешним организаторам майдана пришлось применить фактическую иностранную агрессию, правда, в Сирии практически в самый последний момент перед окончательным свержением Президента Башара Асада нашёлся и ещё «больший лом» в виде российского вмешательства и Асад устоял.

В принципе, стратегически белорусский майдан был спланирован практически идеально — после окончания президентских выборов в пятницу 9 августа 2020 года должна была начаться раскачка ситуации, затем за выходные дни «стихийные» протесты должны были набрать массовость, наиболее радикальная и организованная часть участников майдана должна была создать «укреплённые очаги сопротивления», утром в понедельник к этим «очагам сопротивления» должны были присоединиться сочувствующие студенты, рабочие и служащие, а со вторника 11 августа должна была начаться «всебелорусская общенациональная забастовка» и… «конец режиму Лукашенко». Но, как гласит известная пословица, — «гладко было на бумаге…», а в реальности, вместо того, чтобы создавать «укреплённые очаги сопротивления» ближе к утру понедельника, с таким расчётом, чтобы относительно мирные протесты набрали массовость, и ОМОН не успел ликвидировать эти «очаги» к появлению идущих на работу людей, часть которых могла присоединиться к протестующим и своей массовостью заблокировать действия ОМОНА по ликвидации «очагов», пик майдана пришёлся на субботу-воскресенье за которые ОМОН сумел и успел к понедельнику воспрепятствовать закреплению протестующих в каких-либо «очагах».

Манифестация в Белоруссия
Манифестация в Белоруссия
© ИА REGNUM

Как результат, в понедельник присоединяться было некуда и не к кому, а в отсутствие «очагов сопротивления» не заладилась и «всебелорусская общенациональная забастовка», ни с первой попытки, ни со второй, ни вообще. Не было организовано должным образом и создание этих «укреплённых очаги сопротивления», хотя изначально было понятно, что просто на ровном месте их создать невозможно и по сути ничего не мешало предварительно заказать, например, 5−7 МАЗов стройматериалов, типа бетонных блоков и тротуарной плитки, которые ближе к утру в ночь с понедельника на вторник могли вывалить эти стройматериалы по кругу в месте создания «укреплённого очага сопротивления». В сочетании с «коктейлями Молотова» и ноу-хау белорусского майдана — применением мощных фейерверков, летящих на 100−150 метров, положенных плашмя и направленных против омоновцев, такой «укреплённый очаг сопротивления» вполне мог просуществовать несколько часов до подхода идущих на работу людей. Да и место для такого «укреплённого очага сопротивления» с учётом ситуации надо было выбирать не центре города, где ОМОН сносил его буквально моментально, а перед проходной завода, куда утром должны были прийти сотни рабочих и где его ликвидировать при массовом скоплении народа было почти невозможно. Но ничего из этого не получилось, и в результате майдан перешёл в практически пассивную фазу без никаких попыток создания «укреплённых очагов сопротивления», несмотря на участие в массовых майданных акциях десятков тысяч человек.

Но следует отметить, что даже такой майданный протест подавить исключительно грубыми полицейскими методами стало возможно только при выстроенной Лукашенко жёсткой президентской вертикали, основанной на беспрекословном подчинении президенту всех ветвей власти, войск и правоохранительных органов. Таким образом, можно сделать вывод, что при такой авторитарной модели власти, президенте, не боящемся отдавать приказы на применение силы против протестующих и игнорирующем международные санкции, хорошо оснащённом ОМОНе, способном действовать жёстко и решительно, при необходимости выходя за рамки правового поля, а также судов и прокуратуры, руководствующихся не столько законами, сколько «интересами государства» в понимании президента, информационная составляющая не имеет решающего значения для успеха майданных протестов в противостоянии власть — майдан.

И это тоже наглядно демонстрирует пример белорусского майдана, в ходе которого провластные СМИ проигрывали в оперативности подачи информации и охвате аудитории майданным информационным ресурсам в соотношении примерно 1 к 20, если не больше. Правда, не всегда такое преимущество приносило пользу самому майдану. Конечно, бесспорно, что главенствующая роль в подавлении майданных протестов принадлежит белорусскому ОМОНу, но справедливости ради, следует отметить и роль в профилактике радикализации майдана со стороны Telegram-каналов NEXTA и самого популярного белорусского оппозиционного издания TUT. by, которые с первых дней майдана весьма оперативно стали публиковать фотографии последствий воздействия омоновских дубинок на некоторые части тела участников майданных протестов и рассказы переживших «ужасы задержания» с целью вызвать в белорусском обществе и за рубежом негодование действиями ОМОНа. Своей цели эти и другие оппозиционные издания, безусловно, добились, но гораздо эффективнее был обратный результат, поскольку, судя по резкому спаду активного жёсткого силового противостояния после первых же столкновений, как минимум процентов 70 тех, кто намеревался продолжить участие в стычках с милицией, после такой наглядной рекламы последствий столкновений с ОМОНом от своих намерений отказались.

В Белоруссии в этом плане вообще сложилась уникальная ситуация — министерство информации есть, а качественного информационного продукта, способного конкурировать с оппозиционными СМИ — не было, нет и не предвидится, на что указывают выступления штатных пропагандистов из государственных СМИ в н. в. Например, «политический обозреватель» государственного телеканала ОНТ (Общенациональное телевидение) Игорь Тур в одном из интервью заявил, что «протест сдулся окончательно», что не удивительно, поскольку это такой, как сейчас модно говорить «нарратив», усердно продвигаемый в «массы» государственной пропагандой Белоруссии. Но, во-первых, протест не «сдулся», а его жёстко подавили, поэтому этот «политический обозреватель» и иже с ним либо врут, либо не понимают разницы, что, пожалуй, ещё хуже. Для госпропаганды гораздо логичнее и полезнее было бы признавать жёсткое подавление майдана и объяснять его интересами государства, но, естественно, это гораздо сложнее, чем врать, поскольку для такого обоснования надо включать мозги, а с умственной деятельностью у лукашенковских госпропагандистов, видно, совсем плохо, иначе бы они так разгромно не проигрывали оппозиционным СМИ.

Манифестация. Белоруссия
Манифестация. Белоруссия
© ИА REGNUM

Во-вторых, ещё глупее выглядит утверждение об «окончательности» протеста, поскольку, как уже упоминалось, участники майдана и им сочувствующие в основной своей массе, к тому же весьма значительной, никуда из Белоруссии не делись, от своих взглядов не отказались, внешние «кураторы» от планов довести майдан до победы также не отказались, а разделение белорусского общества на два уже совершенно непримиримых лагеря и колеблющуюся прослойку между ними, готовую в любой момент присоединиться к тому лагерю, который покажется убедительнее, привлекательнее, а во многих случаях и просто к тому, кто больше пообещает, это свершившийся факт. И в этом информационном противостоянии преимущество изначально уже на стороне пропагандистов майдана, поскольку госпропагандисты могут говорить только о реалиях современной Белоруссии, а пропагандисты майдана ничем, кроме собственной фантазии, не ограничены в обещаниях «радужных перспектив», которые имеют обыкновение не сбываться, но в момент обещания выглядят очень привлекательно.

На Украине в результате победы майдана в 2004 году и прихода к власти Виктора Ющенко, украинское общество в результате его руководства достаточно быстро утратило «майданные иллюзии» и получило хорошую «антимайданную прививку», которая через пять лет позволила прийти к власти Виктору Януковичу, но тем не менее надолго её не хватило и уже в 2014 году начался, а в 2015 году отпраздновал победу следующий майдан. В Белоруссии, вследствие того, что майдан не победил и, как следствие, белорусское общество не получило никакой «антимайданной прививки», а на чужом опыте сторонники майдана учиться патологически не способны, достаточно значительная часть белорусского общества даже из числа колеблющихся, вполне допускает мысль, что в результате победы майдана жизнь в Белоруссии стала бы гораздо лучше, и, самое главное, — «свободнее», а это означает, что следующий майдан в Белоруссии, это только дело ближайшего времени. Тем более, что этому немало способствует и бездарная госпропаганда, игнорирующая реальную ситуацию в государстве, чем, кроме собственной дискредитации, внушает среди сторонников Лукашенко благодушные шапкозакидательские настроения.

Манифестация. Белоруссия
Манифестация. Белоруссия
© ИА REGNUM

И, наконец, эти госпропагандисты дискредитируют самого Лукашенко, поскольку если протест действительно «сдулся окончательно», то весьма глупо выглядит подписание Лукашенко 17 мая с. г. закона «Об изменении законов по вопросам обеспечения национальной безопасности Республики Беларусь», согласно которому милиция, например, получит право применять боевую и специальную технику к участникам массовых беспорядков?! А 11 июня с. г. Лукашенко во время встречи с управляющим делами Президента Белоруссии Виктором Шейманом по поводу его отставки и вовсе заявил: «Видишь, какая ситуация вокруг Беларуси. Не дай бог нам с тобой еще взять автомат в руки и защищать страну. Ситуация непростая». Такое впечатление, что Лукашенко не смотрит госпропагандистов, госпропагандисты понятия не имеют, что делает и о чём говорит Лукашенко?! В результате, в то время, когда государственная власть серьёзно готовится к очередному майдану, о чём свидетельствуют принимаемые изменения в законодательство и заявления Лукашенко, государственные пропагандисты утверждают, что «протест сдулся окончательно»?! И при этом, ни представители лукашенковской власти, ни её пропагандисты, видимо, совсем не понимают, что своими действиями подрывают доверие и к власти, и к госпропаганде, чем множат ряды своих противников.

А вместо попыток если не примирения, то, хотя бы, снижения напряжённости в белорусском обществе после подавления майдана, госпропаганда разжигает вражду в самых уродливых формах, как, например, ещё один штатный лукашенковский пропагандист из государственных СМИ, «журналист» телеканала СТВ (Столичное телевидение) Григорий Азаренок: «Наш герой — Ольга Хижинкова. Витрина змагарства. За длинными ногами этой панночки и прячется трупного вида ведьма». Досталось от него и трёхкратному призёру Олимпийских игр, экс-чемпионке мира и Европы пловчихе Александре Герасимене, которую он назвал «главным омерзением»?! Правда, в этом случае подобные высказывания как раз в стиле Лукашенко, который 23 августа прошлого года назвал протестующих «крысами», но следует учитывать, что эти «крысы», «мартышки», (ещё один перл Азаренка), «омерзения» и «трупного вида ведьмы», являются их соотечественниками, с которыми им волей-неволей надо жить в одном государстве и строить будущее своего государства, а после таких оскорблений в адрес оппонентов власти никакой мирный диалог уже невозможен, что только приближает дату очередного майдана и множит число его сторонников, да и заодно заметно снижает число приверженцев самого Лукашенко, поскольку к таким «откровениям» азарёнков с госканалов без омерзения сложно относиться.

Митинг. Белоруссия
Митинг. Белоруссия
© ИА REGNUM

Леонардо да Винчи ещё 500 лет назад сформулировал правило спора, которое для нормальных людей остаётся незыблемым до сих пор: «Критикуя, критикуй мнение, а не его автора». А когда «автора мнения», к тому же, как Александру Герасименю, награждённую тем же Лукашенко Орденом Отечества III степени и Орденом Почёта, не просто критикуют, а оскорбляют, то вполне логично возникает вопрос о адекватности такого критикана, не способного понять, что навешивание подобных оскорблений в первую очередь бьёт по авторитету Лукашенко, который этому «главному омерзению» вручал государственные награды. При этом следует учесть, что основная масса протестующих находится в возрасте от 40 лет и младше, т. е., это та часть белорусского общества, гражданское и общественно-политическое становление которого происходило во время руководства государством именно Лукашенко, а протестующие от 27 лет и младше даже и родились во время его президентства, и потому он, как президент, в первую очередь должен нести ответственность за их нынешнюю позицию, поскольку как он их воспитал или позволял воспитывать другим за 27 лет своего президентства, так они себя сейчас и ведут, в том числе и те, на кого так усердно навешивает оскорбительные ярлыки Азаренок.

Глядя на действия Лукашенко и его подчинённых, создаётся впечатление, что передышку между майданами, вместо того чтобы проанализировать произошедшие в государстве события и принять эффективные меры для укрепления собственных позиций, они целенаправленно используют для расширения в обществе протестной базы и сокращения сферы влияния госСМИ и, соответственно, ослабления своих позиций в борьбе за умы и политические настроения белорусского общества. На это указывают и подписанные Лукашенко 24 мая с. г. изменения в законы о массовых мероприятиях и о СМИ, которыми, например, исключается уведомительный порядок организации массовых мероприятий и после вступления закона в силу все массовые мероприятия должны проводиться только на основании разрешения местных органов, вводится запрет освещения в режиме реального времени массовых мероприятий, проводимых с нарушением установленного порядка, в целях их популяризации или пропаганды, в т. ч., журналистами СМИ, а также вводится запрет на размещение результатов опросов общественного мнения, относящихся к общественно-политической ситуации, проведенных без получения необходимой аккредитации, и не допускается размещение гиперссылок на сообщения и материалы, содержащие информацию, распространение которой запрещено.

Такое впечатление, что ни Лукашенко, ни депутаты Палаты представителей и Совета Республики Белоруссии не понимают, что в настоящее время невозможно запретить человеку получение интересующей его информации или даже серьёзно ограничить это получение, а введение этих запретов, в первую очередь, ограничивает возможность оперативной публикации материалов о происходящих в стране событиях именно госСМИ, которые, естественно, будут эти запреты неукоснительно соблюдать, а в результате, это будет способствовать появлению массы всевозможных слухов, подтвердить или опровергнуть которые можно будет только регулярно читая альтернативные СМИ и блогеров. ГосСМИ, как источник оперативной информации о текущих в стране событиях, этими изменениями просто убиты.

Протест. Белоруссия
Протест. Белоруссия
© ИА REGNUM

И самое опасное для лукашенковской власти — это то, что для того, чтобы быть в курсе событий в стране этими альтернативными СМИ будут пользоваться представители власти и журналисты госСМИ, неизбежно в большей или меньшей степени попадая под их влияние. В качестве примера можно привести председателя правления ЗАО «Второй национальный телеканал» (телеканал ОНТ) Марата Маркова, бравшего в рамках его персональной программы «Марков. Ничего личного» интервью у Романа Протасевича и признавшегося в этом интервью, что он тоже был подписан на Телеграм-канал NEXTA Live, правда, подчеркнув, что «это профессиональная обязанность». А результат влияния альтернативных СМИ продемонстрировал директор Минского завода колесных тягачей (МЗКТ) Алексей Римашевский, который 15 августа прошлого года во время встречи с сотрудниками вверенного ему государственного завода заявил: «Я в эту избирательную кампанию абсолютно осознанно проголосовал за главу государства. Я это сделал, проголосовал, но я признаю, что он их не выиграл»?! Если ни лукашенковская пропаганда, ни сам Лукашенко лично не смогли убедить в победе Лукашенко на президентских выборах даже директора одного из важнейших белорусских оборонных заводов, кстати, назначенного на эту должность только 30 января 2020 года, то что говорить об остальных?

Таким образом, отсутствие грамотного анализа произошедших в стране событий и, соответственно, принятия именно адекватных мер, а не механическое усиление репрессивных, к тому же без надлежащего их разъяснения белорусскому обществу, нынешнее подавление майдана может стать для Лукашенко и его команды пирровой победой, поскольку в результате жёстких силовых действий по подавлению майдана не просто без надлежащей информационной разъяснительной работы, а при тотальном превосходстве негативной информации о действиях белорусских властей и, особенно, омоновцев, весьма значительно увеличилось число не только принципиальных противников Лукашенко, но и тех, кто, не отрицая его заслуг в строительстве государства, считают, что он должен уйти. Да и с поддержкой Лукашенко внутри его собственной команды, видимо, не всё в порядке, особенно учитывая уже упоминавшуюся отставку Виктора Шеймана, которая, учитывая значимость фигуры Шеймана в белорусской структуре власти, весьма значительно ослабит позицию самого Лукашенко, даже без учёта реальных мотивов этой отставки.

Поэтому исключительно белорусским полицейским «ломом» следующий майдан подавить будет уже невозможно, тем более что к следующему майдану его организаторы будут более подготовлены. Придётся уповать разве что на ещё больший «лом» в виде прямой поддержки России, которая в скором времени будет гораздо более свободна в выборе сил и средств влияния на внешние события. Во время выступления на Петербургском международном экономическом форуме 4 июня с. г. Путин заявил, что укладка труб первой нитки газопровода «Северный поток — 2» завершена, а вторая нитка будет уложена в течение полутора-двух месяцев. И это последний политико-экономический проект, в реализации которого российской руководство было крайне заинтересовано, блокировки которого опасалось и поэтому максимально старалось не дать повод США и Евросоюзу заблокировать его санкциями. После завершения укладки труб второй нитки, надо полагать, Россия будет гораздо жёстче реагировать на внешние вызовы, особенно в отношении своих соседей, и не в последнюю очередь это будет касаться Белоруссии.