В статье «Повышение уровня моря не является поводом тревоги об изменении климата» научный обозреватель информационного портала Asia Times Джонатан Тенненбаум продолжает разговор о проблемах климатологии со Стивеном Куниным, автором книги «Не понятно: Что климатическая наука нам говорит? Что с этим не так? Почему это важно?». В предыдущих статьях «Взгляд «красной команды» на климатологию» и «Плохие климатические модели не могут быть основанием политических решений» разъясняется, почему радикальные меры по сокращению выбросов парниковых газов стоимостью в триллионы долларов, которые предлагаются в рамках Парижского соглашения, не базируются на данных научных отчетов Межправительственной группы экспертов ООН по изменению климата и Американского экологического агентства, а имеют чисто политическую подоплёку.

Климат
Климат
Иван Шилов © ИА REGNUM

Джонатан Тенненбаум: Средства массовой информации и неправительственные организации пропагандируют идею о том, что мы сталкиваемся с климатической катастрофой апокалиптического масштаба, время уходит и нам необходимо объявить глобальное чрезвычайное положение. Что бы вы сказали тем, кто считает, что нас ждет апокалипсис?

Стивен Кунин: Я бы сказал, что на математических моделях нет никаких признаков приближающегося апокалипсиса. Многие плохие вещи, которые обсуждают люди, просто никогда не происходили, а количественные прогнозы, содержащиеся в отчетах, прямо говорят, что наблюдающиеся изменения не имеют большого значения.

Фактически, один из ключевых выводов состоит в том, что климат является лишь одним из многих и относительно второстепенным фактором, определяющим экономическое благополучие. Это прямо написано в отчете. Поэтому я не понимаю, почему люди думают, что будет климатическая катастрофа.

Джонатан Тенненбаум: Один из эффектов, о котором много говорят в средствах массовой информации и который будоражит умы людей, — это повышение уровня моря. Люди привыкли видеть по телевизору картинки, на которых огромные ледяные глыбы отламываются от ледников и падают в океан. Это действительно ужасно. Что вы скажете по этому поводу?

Стивен Кунин: В этом вопросе есть количественная и качественная стороны. Позвольте мне сначала начать с количественного вопроса. Как я показываю в книге, глобальное повышение уровня моря измерить непросто. Данные о местном подъеме моря намного лучше поддаются измерению. Но если вы посмотрите на скорость изменение уровня мирового океана, которое мы смогли измерить за п6оследнее столетие, то увидите, что у неё были взлеты и падения.

Джонатан Тенненбаум: Для многих обычных людей достаточно просто услышать, что уровень моря вообще поднимается, чтобы напугать их. Популярные СМИ, освещающие глобальное потепление, часто создают впечатление, что повышение уровня моря само по себе является чем-то новым и что оно вызвано людьми.

И все же хорошо известно, что уровень моря повышался более или менее непрерывно в течение последних 20 000 лет, начиная с последнего ледникового периода. В подъеме моря нет ничего нового, как и в крупномасштабном таянии континентальных и полярных льдов.

Все должны были этому научиться в школе. В своей книге вы отмечаете, что скорость повышения уровня моря довольно сильно варьирует. Что происходило в последнее время? Есть ли признаки того, что повышение уровня моря ускоряется?

Стивен Кунин: Если вернуться к 1940 году или около того, то уровень мирового океана тогда поднимался на 2,5 мм в год. А если перейти к 1960 году, то он рос всего на 1 мм в год. Скорость сильно упала. А потом снова поднялась — в настоящее время годовой рост составляет около трех миллиметров в год, что немного выше, чем в 1940 году.

Изменение скорости повышения среднего глобального уровня моря с 1900 года. Показаны графики по результатам трех океанографических анализов, а также график, полученный при помощи спутниковой альтиметрии (предоставлено Стивом Кунином)
Изменение скорости повышения среднего глобального уровня моря с 1900 года. Показаны графики по результатам трех океанографических анализов, а также график, полученный при помощи спутниковой альтиметрии (предоставлено Стивом Кунином)

У нас есть много естественных вариаций в имеющихся данных, и мы только начинаем понимать, из-за чего они получились. Гренландский лёд 70—80 лет назад таял примерно с той же скоростью или даже быстрее, чем сейчас. Поэтому нам нужно разобраться с естественными изменениями, прежде чем начать волноваться по поводу того, что мы видели за последние 30 лет.

Если вы посмотрите приведенный в книге пример измерения уровня моря, полученного датчиком уровня в Бэттери-парк (оконечность оконечности о. Манхэттен), — у него есть очень четкие колебания скорости подъема.

Тридцатилетняя динамика повышения уровня моря в Бэттери на Манхэттене с 1923 по 2020 год. Горизонтальная линия показывает среднюю скорость 3,02 мм в год (предоставлено Стивеном Кунином)
Тридцатилетняя динамика повышения уровня моря в Бэттери на Манхэттене с 1923 по 2020 год. Горизонтальная линия показывает среднюю скорость 3,02 мм в год (предоставлено Стивеном Кунином)

Действительно, трудно судить, в чём причина, потому что, хотя человеческое влияние усиливалось за это время, вы видите это очень сильное колебательное поведение, которое говорит о том, что естественная изменчивость играет здесь важную роль.

При этом ясно, что потепление планеты приведет к уменьшению количества льда и, следовательно, к более высокому уровню моря. Но, согласно прогнозам МГЭИК, какой будет скорость роста — в разных местах она разная — мы можем увидеть и повышение на 30 сантиметров к концу века, для чего скорость повышения уровня моря должна вырасти с нынешних средних 3 мм до 4 мм в год. Но мы пока этого не видим.

Вы должны понимать, что это действительно неопределенно, потому что многое зависит от динамики ледникового покрова. Но даже при норме в 5 мм в год, то есть пяти сантиметров за десятилетие, или 50 см за столетие, мы, безусловно, сможем адаптироваться к этому.

Джонатан Тенненбаум: Однако у людей сложилось впечатление, что люди впервые создали ситуацию, когда лед тает, а полюса исчезают.

Стивен Кунин: Мы должны различать морской лед в Арктическом регионе, ледяной покров суши в Гренландии, морской лед вокруг Антарктики, который приходит и уходит в зависимости от времени года, и многочисленные ледяные щиты в Антарктике.

Мы теряем морской лед в Арктике, но это очень изменчивая система, потому что в неё входят ветры и течения, а также температура и солнечный свет. И я думаю, что нужно глубоко оглянуться на исторические и недавние геологические записи, чтобы действительно понять, необычно это или нет.

Степень серьезности засух в США с 1895 г. по настоящее время, оцениваемая по так называемому индексу суровости засухи Палмера. (NOAA)
Степень серьезности засух в США с 1895 г. по настоящее время, оцениваемая по так называемому индексу суровости засухи Палмера. (NOAA)

Джонатан Тенненбаум: Помимо уровня моря, в вашей книге вы посвятили отдельные главы штормам, наводнениям и засухе. Прочитав книгу, я решил сам быстро взглянуть на некоторые статистические данные по США, которые легко доступны на веб-сайте Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA).

Здесь можно получить временные ряды и графики для различных климатических параметров с 1895 года по настоящее время. Я должен сказать, что, кроме температуры, где вы можете увидеть четкую тенденцию к повышению, я не мог вообще различить четкую тенденцию в засухах, ураганах и осадках.

Активность ураганов в Северной Атлантике в 1851—2020 годах, измеренная с помощью комбинированного индекса количества, силы и продолжительности (NOAA, Wikimedia)
Активность ураганов в Северной Атлантике в 1851—2020 годах, измеренная с помощью комбинированного индекса количества, силы и продолжительности (NOAA, Wikimedia)

Стивен Кунин: Вы ничего не видите. Вы видите немного за последние пару десятилетий в Калифорнии, где стало немного суше, но за пару столетий в этом нет ничего необычного.

Продолжение следует…