Президент России Владимир Путин и президент США Джо Байден давно лично знакомы и знают друг о друге если не всё, то почти всё. Спецслужбы обеих стран давно составили психологические портреты каждого из них, определили модели возможного хода переговоров и варианты действий в каждой из них. Стороны изучили стенограммы протоколов прошлых переговоров с их участием, знают личную переговорную манеру друг друга, определяют сильные и слабые качества, создают заготовки для воздействия на каждое из них.

Россия и США
Россия и США
Иван Шилов © ИА REGNUM

Любые переговоры готовятся в трёх сценариях: минимум, оптимум, максимум. Это кухня, в которую никогда не заглядывают журналисты. Но модель переговоров строится с применением определённого алгоритма. Если его изучить, можно понять если не всё, то очень многое из того, что на самом деле происходит, и как с этим бороться.

Одна из главных проблем участников переговоров — это иллюзии и степень их осознания. Менее опытный переговорщик пребывает во власти своих иллюзий, более опытный видит это и использует к своей выгоде. Для устранения иллюзий профессионалы применяют некоторые проверочные вопросы, без ответа на которые импровизации ведут к провалу, как действия профессора Плейшнера, слишком поздно понявшего свою ошибку.

Вот эти вопросы и ответы на них за каждую из сторон.

1. Какого результата Байден и Путин хотят достичь на данной встрече?

Байден: договориться с Путиным о правилах поведения России в интересах США.

Путин: дать понять Байдену, что Россия готова к разменам, которые ещё должны быть обсуждены, но не к односторонним уступкам.

Вспомогательные цели: затягивание в переговорный процесс, знакомство в новом качестве, прощупывание позиций сторон, знакомство с аргументами, оценка вариантов и прогноз реакций оппонента на предложения.

Владимир Путин и Джо Байден на встрече в 2011 году
Владимир Путин и Джо Байден на встрече в 2011 году
(сс) The White House

2. Как стороны видят переговорный процесс?

Байден: несколько этапов. На первом — знакомство и формирование будущей повестки, на втором — выдвижение предложений, на третьем — заключение соглашений. Стратегия — чередование переходов от силовых к манипулятивным методам и обратно.

Путин: определение намерений Байдена, выберет он срыв переговорного процесса или продолжение. Стратегия — контрманипуляция.

3. Чего они боятся?

Байден: показаться слабым, не добиться согласия Путина по тем малым вопросам, которые надо показать как победу.

Путин: соглашаясь с Байденом в важных для него общих вопросах, не допустить ненароком пересечение красной черты и не дать повода думать, что он уступил в главном.

4. Каковы слабости и болевые точки сторон?

Байден: опасается неадекватных формулировок, после которых Путин выйдет из переговоров, а также возможности быть раскрытым. Опасается критики в США за мягкость.

Путин: опасается неадекватных формулировок Байдена, в частности ультиматумов, ответ на которые придётся давать в жёсткой форме и потом выходить из переговоров. Опасается критики в России как за мягкость, так и за жёсткость.

Президент России Владимир Путин
Президент России Владимир Путин
Дарья Антонова © ИА REGNUM

5. Чего боятся команды переговоров сторон?

Команда Байдена: путинских заготовок и козырей, к которым не успели подготовиться.

Команда Путина: ошибки в понимании того, кто в команде Байдена играет главную роль и какова его главная цель.

6. Каковы пределы уступок и компромиссов сторон?

Байден: обмен снижения атаки на Путина в трансфере на введение в его команду пула влиятельных прозападных представителей. Риск слишком сильно снизить давление и недополучить в ответ нужное возвышение сторонников в России.

Путин: обмен снижения атаки на Путина в трансфере на приостановку дальнейшего устранения из власти прозападных представителей. Риск: слишком большой ресурс «людей Байдена» и слишком слабое снижение давления США на российский трансфер.

Президент США Джо Байден
Президент США Джо Байден
(сс) D. Myles Cullen. defense.gov

Разумеется, это далеко не подробный перечень вопросов из возможного чек-листа, помогающего подготовиться к переговорам Байдена и Путина. Но даже примерные ответы на эти вопросы могут показать рамочные условия, влияющие на ход переговоров и их итог.

Ждать от этих переговоров прорывов не приходится, слишком много противоречий в интересах сторон, но каждой из них переговоры нужны для снижения темпа эскалации конфликта. Появляется время как следует обдумать возможные решения и не допустить превращения двух президентов в заложников истерии, нагнетаемой вокруг двусторонних отношений. Если хотя бы этого удастся добиться, то можно сказать, что переговоры окончились успешно для обеих сторон, и это уже немало.