Общественно-политическая ситуация в США, складывающаяся в стране под воздействием расовых и культурных протестов, формирует условия для прихода к власти чуть ли не фашиста, пишет бывший дипломат Питер Ван Бурен в статье, вышедшей 3 мая в The American Conservative.

Флаг США
Флаг США
U.S. Marine Corps
«К чему они нас готовят, обучая небелых людей бояться и ненавидеть белых?» — задается вопросом один из авторов издания Род Дреер.

По словам Ван Бурена, это хороший вопрос, и ответ на него крайне тревожен. Если раньше призывы убивать белых людей, «отменить» их или маргинализовать появлялись исключительно в социальных сетях, то теперь они стали обычным делом в традиционных СМИ. Белый друг, который много лет назад женился на представительнице азиатской этнической группы и с тех пор жил с ней, был проклят перед своими внуками как фетишист.

На разного рода вечерних «юмористических» шоу открыто обсуждается то, с какой жестокостью в тюрьме столкнется Дерек Шовен. Один из инструкторов Колледжа Барнард рассуждал о возможности отправки белых после начала будущей расовой войны в газовые камеры. Иными словами, в американском публичном дискурсе стало чем-то вполне приемлемым говорить такие вещи, которые стали почти что модой в рамках «теологии недовольства».

Марш солидарности BLM в США
Марш солидарности BLM в США
(сс) Becker1999

Помимо подобных настроений по отношению к белым людям, наблюдается схожая ситуация с мужчинами в целом. Время от времени Twitter изрыгает хэштеги вроде #WorldWithoutMen (мир без мужчин). Эти сообщения варьируются от смешных и не очень шуток о том, как женщины могут обойтись, если просто запасутся «батарейками», до откровенных призывов к насилию. Поделать с этим ничего нельзя, раз страну заверили, что «все мужчины являются частью патриархальной системы, которая распространяется на всех женщин», — прям сюжет антиутопичного сериала «Рассказы служанки» (Handmaid's Tale). И сделать-то с этим мало что возможно — не так, как прежде, когда мужчин просили помочь с посудой.

Конечно, правила как СМИ, так и социальных или «антисоциальных» сетей, говорят, что это нормально, даже если их руководство наказывает тех, кто говорит то же самое, но меняет белых на черных — их называют расистами — или мужчин на женщин — женоненавистники. По мере того как одно издание или телеканал за другим отсекают все больше и больше несогласных, все больше становятся направленных против белых и мужчин материалов, и они во все большей степени становятся нормой.

Читайте также: Что делать белым гражданам США на фоне нынешних протестов? — Nation

Не сумев ввести понятие «языка вражды» в юриспруденцию, «прогрессисты» экономическими методами создают подобный рычаг давления вне рамок закона и истерично потешаются над американской конституцией, которая не может запретить неправительственные мегакорпорации. Однако их цензура против ненавистничества, кажется, направлена в одну сторону.

Республиканская партия, которую по многим причинам поддерживают миллионы граждан США, считается «фасадом американского неофашизма». Из этого следует, что, если вы пользуетесь определенными правами — например, поддерживаете свободу слова, владеете легальным оружием, читаете The American Conservative, — по своей сути неправы и злы вы, а не только ваши взгляды. Таких людей нельзя переубедить, их нет смысла слушать — только бить. Даже двое самых «белых пап» Америки, Брюс Спрингстин и Барак Обама, занимаются демонизацией большого числа американских граждан, называя их в своих подкастах «токсичными».

Брюс Спрингстин
Брюс Спрингстин
Bill Ebbesen

То есть тот или иной человек не прав уже потому, что у него определенный цвет кожи и пол. Это ведь как-то должно называться.

Многие люди достаточно сообразительны, чтобы понимать, что Twitter и другие попросту играют на настроениях, а ежедневный поток угроз не имеет под собой никаких оснований. Желание шокировать своих конкурентов такими заявлениями, вроде того, что «белые — это кризис общественного здравоохранения» и тому подобное, понятно. Мало для кого является секретом и то, что это в основном полнейший бред от псевдожурналистов, называющих себя випипологами — юмористическое обозначение тех, кто «изучает белых людей».

Однако все чаще получается так, что из-за этих гневных и ненавистнических заявлений люди — из-за неправильно понятого сообщения в Facebook или ложных показаний о домогательствах, подтвержденных #BelieveWomen (верьте женщинам), — лишаются средств к существованию. Из чего-то, что существует исключительно в сети, эти вещи могут перейти в реальный мир и иметь вполне себе реальные последствия. Подобное развитие событий тревожит даже стойких людей, готовых отбросить многое как риторику. От слов всегда можно перейти к действиям.

Отбрасывая мечту доктора Мартина Лютера Кинга о мире, где цвет кожи не имеет значения, прогрессивная Америка целенаправленно стремится вернуться к 1950 году, когда цвет кожи играл огромнейшую роль. Американских граждан поощряют ненавидеть друг друга. Прогрессисты уверены, что смогут управлять монстром таким образом, что предпочтение определенному цвету кожи — или конкретному полу, или политической позиции — будет давать преимущества на работе и в школе для чернокожих и всех тех, кого они смогут привлечь с горы под названием «цветные люди», которые во многих случаях не видят смысла участвовать в афроамериканском активизме.

Мартин Лютер Кинг
Мартин Лютер Кинг
Nobel Foundation

Совершенно очевидно, что в этом новом, прогрессивном мире огромное внимание намерены уделить цвету кожи и полагаться на наиболее грубое определение расизма: если процент чернокожих — среди держателей ипотечных кредитов, выпускников Гарварда, заключенных в тюрьме — отличается от процента черных американцев в обществе, то это расизм.

Таким образом, в реальном мире такие учреждения, как клиника «Бригем энд уименс» (Brigham and Women's) будут брать с черных пациентов меньше, чем с белых, и распределять медицинские ресурсы на основе расовой принадлежности, чтобы исправить любые различия, которые, по их мнению, восходят к 1619 году. Они могли бы не медлить и сразу установить отдельные фонтанчики для питья.

Если в защиту этого и будут выдвигаться аргументы, то все они будут походить на аргументы в защиту так называемого «подтверждающего действия» (affirmative action) и заключаться в том, что «хорошая» дискриминация является горьким лекарством, необходимым для исправления более значительной проблемы. При этом для большего блага в сторону откладывается пункт о равной защите законом четырнадцатой поправки к конституции США. И что, дало это свои результаты? Кажется, что если бы это было так, то страна не оказалась бы в той ситуации, в которой она находится.

США как страна на протяжении 160 лет боролись против того, чтобы цвет кожи считался важной идентичностью человека. То, что теперь прогрессисты отказываются от этой идеи, почти равносильно признанию, что сама эта идея и в том числе движения за гражданские права, и Мартин Лютер Кинг, и прочие провалились. Их решение проблемы заключается в том, что огромное число американских граждан нужно принизить, если и не уничтожить напрямую, чтобы другие смогли развиваться. В противном случае, говорят они, никогда не получится добиться того, чтобы чернокожие составляли 13,4% в той или иной группе — так, как будто речь идет о полете на Луну.

Уличные беспорядки в США
Уличные беспорядки в США
Lorie Shaull

В рамках подобного подхода справедливыми признаются наихудшие расистские импульсы — цвет имеет значение — и реальной становится худшая версия общества, в котором возможностей на всех не хватает, поэтому для достижения успеха одна группа должна отобрать их у другой. По сути, это версия расистской теории замещения белых. И достаточно понаблюдать за малышами или щенками, борющимися из-за ограниченных игрушек, чтобы понять, чем это должно закончиться.

Вот это и пугает: первые проблески того, что ждет США, стали видны после избрания Дональда Трампа. Демократы хотят представить его победу как нечто единичное, за чем стояло иностранное вмешательство. Победа же Джо Байдена должна была стать новым началом, однако, вместо этого, новый президент-демократ разжигает пламя рабского долга перед людьми, которые неохотно голосовали за него как за меньшее из двух зол.

«Открой границы! Установи контроль над огнестрельным оружием! Введи больше квот и полномочий! Заплати репарации!» — требуют они.

Байден в лучшем случае пассивно следует заранее написанной программе социальной справедливости — кто знает, во что он сам верит или вообще осознает, — и рассчитывает на манипулирование сложностью того, как люди голосуют, чтобы переизбрать свою партию (отсюда и борьба из-за законодательства штата Джорджия о голосовании). Он не хочет признавать то, что, хотя Трамп был паршивым кандидатом и неуклюжим президентом, он по-прежнему, несмотря на поражение, пользуется популярностью.

Правильнее всего смотреть на Трампа не как на аномалию, а как на версию 1.0 того, кого американские граждане когда-нибудь выберут. Трамп говорил правильные слова американцам, которые чувствовали себя обделенными, и преуспел со многими другими, несмотря на то, что часто и попадал впросак. Его репутация была слишком подпорчена десятилетиями общественной жизни, а сам он так и не научился добиваться своих целей в Вашингтоне. Между тем противодействие ему было комичным: его противники на протяжении трех лет цеплялись, как Джек на плоту в «Титанике», за полностью ложную версию о вмешательстве России.

Дональд Трамп
Дональд Трамп
Max Goldberg

Однако если учесть, в каком направлении ситуация развивалась в странах Европы, следует подумать о «следующем парне», который сможет выражать свои мысли ясно, будет умен и сведущ в том, как теми или иными тонкими действиями наращивать или ослаблять — по необходимости — накал настроений разгневанных безработных граждан или нетерпеливых жителей пригородов, чьи дети не могут попасть в хорошую школу из-за квот, или представителей обеих групп, которые устали от введенных демократами налогов, или которые страдают от роста преступности на фоне призывов руководства страны к лишению полиции финансирования. Речь о ком-нибудь, вроде «Киану, а не Помпео».

Если поставить этого ловкого мальчика-кандидата в мир, где СМИ, которые поддерживали Байдена, еще больше теряют актуальность, где китам вроде CNN уже почти не верят и где появляются новые платформы, лишая Twitter и Facebook их роли. Авторитет СМИ в любом случае падает. Около 58% американских граждан уже думают, что «большинство новостных организаций больше озабочены поддержкой идеологии или политической позиции, чем информированием общественности». Они по-прежнему будут зарабатывать деньги на посещениях своей обращенной клерикальной аудитории, но не будут так сильно влиять на других.

Джо Байден
Джо Байден
Phil Roeder

Подобный кандидат, который, вероятно, выйдет из всего этого, пообещает взять на себя ответственность откатить нежелательные изменения назад и будет манипулировать недавно принятыми законами, в которых говорится, что дискриминация по расе — это то, чего хотят люди. Он обнаружит, что аудитория увеличилась из-за неуклюжих попыток навязать сугубо узкий и грубый круг социальных изменений вопреки воле большинства.

Его будут называть фашистом или автократом, и он может быть таковым, но он также будет считаться наименее негативным ответом системе, которая уже слишком далеко ушла от центра.