Спустя десять лет после того, как пришел конец в некоторой степени успешной «перезагрузке» администрации Барака Обамы отношений с Россией, ни о каком объективном обсуждении российского курса Вашингтона из-за рефлекторной воинственности и нетерпимости к инакомыслию не может быть и речи, пишет Дэниел Ларисон в статье, вышедшей 20 апреля в Responsible Statecraft.

Волк
Волк
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Антироссийская истерия времен правления Дональда Трампа создала атмосферу, в которой антироссийские ястребы стали не стесняясь выступать с нападками даже на самые умеренные предложения о конструктивном взаимодействии с Москвой и запускать клеветнические кампании против высококвалифицированных ученых с целью запугать их и создать узкие рамки обсуждения политики США в отношении России. Подобные тенденции делают невозможным нормальное обсуждение внешнеполитических вопросов и затрудняют выработку самой разумной политики, которая служит интересам США и их союзников.

Придя к власти, администрация Байдена впервые после окончания Холодной войны даже на словах не заявила о желании попытаться улучшить американо-российские отношения. За исключением продления администрацией Байдена нового Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-III) в начале 2021 года, можно говорить о том, что отношения между Вашингтоном и Москвой находятся на самом низком уровне за все последние тридцать лет. После же недавнего очередного раунда контрпродуктивных санкций США эти отношения практически гарантировано будут ухудшаться и дальше.

США отчаянно нуждаются в более сбалансированных и разумных дебатах о политике в отношении России, но из-за наихудших тенденций во внешнеполитическом истеблишменте — группового мышления и нетерпимости к инакомыслию — добиться этого становится крайне трудно, если не невозможно. Мало какие аспекты американской стратегии нуждаются в свежем мышлении и иных точках зрения больше, чем политика Вашингтона в отношении России, но антироссийские ястребы в «Пузыре» полны решимости не допустить этого.

Джо Байден
Джо Байден
Gage Skidmore

Последний пример — это клеветническая кампания, развернутая против Мэтью Рожански, директора Института Кеннана при Центре Вильсона и уважаемого эксперта по России и политике в отношении Москвы. По всем параметрам она дала свои плоды. Администрация Байдена рассматривала Рожанского в качестве директора по России в Совете национальной безопасности, который выполняет координирующую и организующую роль, помогающую в процессе разработки политики. Поскольку Рожанский поддерживал конструктивное взаимодействие с Россией в прошлом и выступал за «перезагрузку», антироссийские ястребы решили заклеймить его как «мягкого» по отношению к России человека, а некоторые зашли так далеко, что намекали, что он работает на Кремль.

Поскольку никто не может оспаривать то, что по своей квалификации Рожанский имеет право занимать на эту должность, антироссийские ястребы вместо этого решили поставить под сомнение его честность и даже открыто бросить тень на его лояльность. К сожалению, атаки возымели намеченный эффект и напугали администрацию Байдена, заставив ее отказаться от назначения Рожанского. Успех клеветнической кампании стал сигналом молодым специалистам о том, что им следует придерживаться стандартной воинственной линии, если они хотят избежать подобных на себя нападок.

Подобный разворот событий также привлек новое внимание к проблеме, которая выходит за рамки политики России и затрагивает все дискуссии о внешней политике США. Всякий раз, когда кто-то приводит доводы в пользу дипломатического взаимодействия с конкурирующим режимом или режимом-изгоем, стандартная реакция в Вашингтоне заключается в инсинуациях, согласно которым стремление к дипломатии подразумевает некоторую симпатию или сговор с властями другого государства. Подобные утверждения всегда были далеки от истины, что тем не менее не мешает хулителям выдвигать подобные ненавистнические обвинения.

На практике дипломатия ценится настолько мало, что про любого, кто к ней призывает, называют слишком «слабым» в своем курсе по отношению к соответствующему правительству. Байден утверждает, что он хочет деэскалации отношений с Россией и что «путь вперед лежит через вдумчивый диалог и дипломатический процесс», однако его администрация быстро пошла на поводу у ястребов и отвергла выдающегося эксперта. Пытаясь избежать обвинений в слабости по отношению к Москве, администрация Байдена эту же слабость и проявила.

Подобный инцидент не единственный за последнее время. Так, в Атлантическом совете имел место еще один необычный пример этого агрессивного группового мышления. Атлантический совет опубликовал разумный отчет о политике в отношении России, написанный Эммой Эшфорд и Мэтью Берроуз, а через несколько дней почти два десятка их коллег из того же аналитического центра выступили с коротким и резким осуждением их работы. Письмо, подписанное сотрудниками аналитического центра, содержало неточности, в нем искажались аргументы оригинальной статьи. Однако, по сути, цель материала заключалась в том, чтобы публично откреститься от публикации собственного же их учреждения, в которой содержались очень скромные рекомендации по корректировке политики в отношении России в будущем.

Владимир Путин и Барак Обама
Владимир Путин и Барак Обама
Kremlin.ru

Судя по реакции ястребов на доклад, можно было подумать, что авторы призывают к новому разделу Польши, но в нем не было ничего, что заслуживало бы такой атаки. Эшфорд и Берроуз выступили за признание ограниченности влияния США на внутреннюю политику России и за сосредоточение внимания на общих интересах, а также призвали администрацию Байдена признать, что дополнительные санкции будут бесполезными в свете полного провала существующих санкций.

Эшфорд и Берроуз не говорили, что права человека следует игнорировать или отвергать, эксперты все лишь предположили, что они не должны становиться центральным элементом будущей политики США. За эти свои спокойные и разумные наблюдения их, по сути, заклеймили кремлевскими марионетками.

Более того, их коллеги сначала публично высмеяли их, а затем, приводя анонимные цитаты в еще одной статье, вышедшей позднее, снова выставили их в негативном свете. Этот эпизод был необычным во многих отношениях. Однако, к сожалению, своим насаждением холодной ортодоксальности он носил слишком типичный для внешнеполитических дебатов в Вашингтоне характер. В вопросе политики в отношении России ортодоксальность стала настолько удушающей, что простое предположение о том, что дальнейшие санкции в отношении Москвы ни к чему не приведут, вызывает гневное осуждение.

Не случайно, что «мягкие» сторонники взаимодействия обычно понимают другую страну и ее правительство намного лучше, чем сторонники жесткой линии, потому что сторонники жесткой линии довольствуются тем, что предполагают худшее о противнике, даже не проверяя, правда ли это. Сторонники жесткой линии исходят из предпосылки, что дипломатия бесполезна, и они не хотят признавать, что взаимодействие и компромисс часто приносят США больше выгод, чем морализаторство и санкции.

Вместо того, чтобы смотреть на американских аналитиков и политиков с точки зрения их «мягкости» или «жесткости», хотелось бы, чтобы они были умными и прагматичными, а не бездумными и идеологическими ангажированными. После окончания Холодной войны негативные черты были гораздо более присущи политике США в отношении России, чем позитивные. Некоторые ограниченные успехи в политике в отношении России были достигнуты благодаря поиску способов конструктивного разрешения нерешенных споров, но в отсутствие такого взаимодействия американо-российские отношения останутся глубоко замороженными.

Падение Берлинской стены. Бранденбургские ворота, ноябрь 1989 года
Падение Берлинской стены. Бранденбургские ворота, ноябрь 1989 года
Lear 21

Одна из главных причин, почему внешняя политика США была столь неудачной в течение последних тридцати лет, заключается в том, что мнения различных людей, ставящих под сомнение мудрость и необходимость нынешней политики, — например, Рожански, Эшфорд и Берроуз — обычно высмеивались, маргинализировались или полностью игнорировались. Из-за этого невозможно добиться ответа за провалы выбранного курса, а также учиться на своих ошибках. США на протяжении большей части последних трех десятилетий игнорировали озабоченность и недовольство России и слепо выполняли все, что требовали антироссийские ястребы.

Это пошло во вред США, России и российским соседям. Если две страны хотят наладить свои отношения и снизить напряженность, политика США в отношении России должна будет существенно измениться и стать более гибкой и умеренной, чем это было раньше. Пока этого не произойдет, следует ожидать, что связи будут и дальше ухудшаться в ущерб безопасности стран Европы и интересам США.