Маневры — это естественное состояние любой армии в условиях отсутствия боевых действий. Однако «сезон маневров 2020/21» демонстрирует какое-то неестественное оживление действий, связать которое проще всего с ожиданием реальных военных действий в Центральной Европе.

Адольф Гебенс. Песенники лейб-гвардии Семёновского полка
Адольф Гебенс. Песенники лейб-гвардии Семёновского полка

Хотя порой простота хуже воровства. Если внимательно присмотреться к содержанию военных маневров зимы-весны 2021 года, то возникает ощущение, что это не более чем серия теоретических демонстраций.

Так, учения «Умка-2021», деликатно названные россиянами «комплексной арктической экспедицией», были призваны теоретически продемонстрировать, что могут сделать три атомные подводные лодки из-подо льда Северного Ледовитого океана. Имеющий ум — поймет.

Российская атомная ракетная подводная лодка всплывает из-подо льда в Арктике
Российская атомная ракетная подводная лодка всплывает из-подо льда в Арктике
Mil.ru

Или польские учения «Зима-20» (Zima-20) призваны были показать польское видение решения проблем на восточных рубежах страны, в районе Кенигсберга/Калининграда. В отличие от «Умки» там получился конфуз. В военно-штабной игре в аудиториях Военно-художественной академии в Рембертове было доказано, что в условиях реального конфликта Польша продержится не более пяти дней. И это при том, что польская «сторона» была снабжена техникой, пока только заказанной министерством обороны у американцев: комплексами противовоздушной обороны MIM-104 °F Patriot, РСЗО M142 HIMARS и многоцелевыми самолетами Lockheed Martin F-35A.

Но Калининград с его Балтийским морем — это пусть и старая, но всего лишь одна проблема европейской безопасности. Для моей страны куда более актуально другое море, Черное. Как, впрочем, и для многих, поскольку, по мнению «Вашингтон Таймс», оно является «линиями разлома между основными кластерами глобальной силы: Европа на западе, Китай и Россия на востоке, а также Иран и Сирия на юге», и, главное, «проецировать силу на Восточное Средиземноморье и другие страны Леванта».

20 марта в западном секторе Черного моря стартовали военно-морские маневры Sea Shield 2021 с участием 2400 военнослужащих из восьми стран — Болгарии, Испании, Нидерландов, Польши, Румынии, США, Турции и Греции. 18 боевых кораблей и судов обеспечения включали в свой состав американские крейсер Monterey и эсминец Thomas Hudner, которые в совокупности способны дать залп из 212 крылатых ракет «Томагавк». Прикрытие с воздуха осуществляли 10 самолетов: F-16 «Fighting Falcon» и МиГ-21 из Румынии, а также истребители Eurofighter Typhoon из Испании.

Корабль ВМС США в Чёрном море вблизи от берегов Украины
Корабль ВМС США в Чёрном море вблизи от берегов Украины
Mil.gov.ua

Трудно сказать, насколько эти учения НАТО «испугали» российский Черноморский флот, но отреагировать заставили достаточно нервно. Действия кораблей Альянса круглосуточно мониторились, основной флотский «козырь» русских — шесть подводных лодок «Варшавянка» — был выведен в море, более 50 самолетов морской и оперативно-тактической авиации (Су-27СМ, Су-30СМ, Су-24М, Су-34) сопровождали маневры корабельных ударных групп. В целом учения Альянса стали «хорошим фоном» для отработки русскими флотских учебно-боевых задач в условиях реальной обстановки.

Довольны и в НАТО: «Наши операции в Черном море демонстрируют нашу приверженность партнерам по НАТО и поддерживают обеспечение стабильности в морской среде за счет уверенного присутствия активных военно-морских сил для сдерживания дестабилизирующей деятельности» (Джозеф А. Баггетт, командир «Монтерей»). В этой оргии удовлетворения остается задаться патриотическим вопросом: а где здесь удовольствие Украины?

Прошлый «Морской щит», 2019 года, откровенно работал на интересы Киева, рассматривая в качестве сценария боевые действия в районе Крымского моста. Спустя два года в фокусе, скорее, интересы Румынии — в контексте поглощения ею Молдавии. Румыния осуществляла общее руководство учениями. Да и вообще, сами учения Sea Shield включены в Совместную расширенную программу подготовки НАТО (CJET) комплексной концепцией подготовки сил союзников, предложенной именно Румынией во время «Встречи на высшем уровне» НАТО в Варшаве в 2016 году: для усиления безопасности на юго-восточном фланге Европы. «Морской щит» этого года должен напомнить России и ее приднестровским прокси о том, что существует «надежный и сложный пакет сил, способных провести военно-морскую операцию НАТО в ответ на геополитический кризис региона». И здесь бы следовало напрячься самой Украине, поскольку «геополитический кризис» может быть связан не только с «фактором России», но и самой Украиной. Ведь исторические претензии Будапешта на бессарабские украинские земли никуда не делись. И не только на бессарабские. Румынское губернаторство Транснистрия, существовавшее в 1941−45 годах на территории части оккупированной Одесской, Винницкой и Николаевской областей УССР, граничило с землями «Рейскомиссариата Украина» по Южному Бугу.

Но украинский «патриотический» сегмент интернета «невероятно возбудился» в канун учений, особенно после того, как «Монтерей» прошел Босфор. Хотя непонятно почему. Украина даже для проформы не была приглашена принять участие в учениях. В публичных документах учений нет акцента на украинской проблематике. Корабли Альянса даже не нанесли публичный демонстрационный визит в Одессу. Поэтому на вопрос: «Являются ли учения актом демонстрации военной поддержки Украины?» — пока следует ответить «нет».

НАТО
НАТО
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Как не будет являться таким актом и главное «маневр-шоу» года — учения DEFENDER-Europe (Защитник-Европа), запланированные на весну-лето этого года. Да, там Украина отмечена среди 26 стран, принимающих участие в учениях. Но «быть отмеченной» и «принимать участие» — это всё-таки «две большие разницы», как говорят в Одессе. Украины нет среди 16 стран, «проводящих мероприятия, связанные с учениями». Нет среди 12 стран, «проводящих одновременные боевые стрельбы». Нет в списке используемых портов, аэропортов и логистических центров. Нет всего того, что есть, например, у Албании.