Известный турецкий эксперт Али Чинар опубликовал в газете Milliyet любопытную полемическую статью «Что США будут делать на Кавказе?» (ABD Kafkasya’da ne yapacak?), в которой высказываются предположения о контурах кавказской политики президента США Джо Байдена. Эта статья навеяна попытками найти ответы на вопрос, какое место этот регион будет занимать в американской внешней политике, ведь еще недавно в Анкаре заявляли, что на так называемом Большом Ближнем Востоке, куда включался и Кавказ, «творится мировая историю и определяется будущий миропорядок».

США и Турция
США и Турция
Иван Шилов © ИА REGNUM

Однако Чинар с некоторым удивлением констатирует, что госсекретарь Энтони Блинкен и министр обороны Ллойд Остин отправились в турне по Азиатско-Тихоокеанскому региону. 16−17 марта оба министра в Токио, 17−18 марта — в Сеуле. А 18 марта Блинкен и советник по национальной безопасности Джейк Салливан встретятся со своими китайскими коллегами. То есть американская дипломатия, вопреки предположениям, что Байден как знаток Ближнего Востока и Кавказа предпримет свои первые внешнеполитические шаги именно на этом направлении с шансами на реализацию своего политического потенциала, пока обходит Большой Ближний Восток. Попытки завязать диалог с Ираном по его ядерной программе и заявления о выводе войск США из Афганистана и Ирака, прекращение поддержки «возглавляемой Саудовской Аравией войны в Йемене», а также твердая приверженность безопасности Израиля в расчет Чинаром не берутся. Он предлагает методологические основы общего характера по кавказской политике, вокруг которых вертится сейчас вся экспертиза, с претензиями на более широкие обобщения. При этом логика рассуждений строится по схеме «что было, что есть и что будет», а также вводятся тезисы о том, какую кавказскую политику Вашингтона предпочли бы видеть определенные политические круги в Анкаре. Такой последовательности будем придерживаться и мы.

Энтони Блинкен
Энтони Блинкен
U.S. Department of State

Что же было? Как пишет американское издание EurasiaNet, «в 2010 году США были на Южном Кавказе силой, с которой приходилось считаться: они добивались для Грузии членства в НАТО, продвигали проекты по созданию энергетических коридоров между Азербайджаном и Европой в обход России и принимали активное участие в работе Минской группы ОБСЕ по урегулированию армяно-азербайджанского конфликта». Во всех трех столицах региона — Баку, Тбилиси и Ереване — видели в созданном Евросоюзом «Восточном партнерстве», построенном на основе либеральной нормативной базы, «перспективы для дальнейшего развития в ситуации, определяемой прямой конкуренцией между Россией, с одной стороны, и Западом (в широком смысле), с другой». В то время иногда казалось, что «еще один решительный шаг Запада в Закавказье» — и влияние России в этом регионе будет надолго утеряно. С тех пор прошло десять лет и ситуация принципиально изменилась. США стали терять интерес к долгосрочным стратегическим интервенциям в Закавказье, и причины такого разворота во внешней политике Вашингтона еще предстоит изучить экспертам. По Чинару, в регионе «образовался вакуум геополитической власти», чем-то напоминающий исход Антанты с Кавказа в 1919 году.

Что есть? США почти не играли никакой роли в переговорах, связанных со второй карабахской войной. «Восточное партнерство» вырождается в серию спонтанных договоренностей с бывшими советскими республиками, которые «теперь уже гораздо менее склонны принимать навязанные в одностороннем порядке пакеты модернизации и выбирают только те инициативы, которые их устраивают». Во время карабахской войны реакция Брюсселя сводилась к неэффективным выражениям «озабоченности». Как считают эксперты, в тот момент американская разведка допустила две серьезные ошибки. Первая: она не просчитала возможности российско-турецкого спарринг-партнерства. Предполагалось, что Москва и Анкара вступят в жесткую, балансирующую на грани вооруженного конфликта конфронтацию. И вторая: в Вашингтоне исключали появление в Нагорном Карабахе российских миротворцев. Эта ситуация также напоминает альянс между Лениным и Ататюрком в 1920-х годах. Теперь, как считают Чинар и многие американские эксперты, «последствия карабахской войны выходят далеко за пределы Южного Кавказа».

Мустафа Кемаль Ататюрк во время перерыва на чай с советскими союзниками. 1922
Мустафа Кемаль Ататюрк во время перерыва на чай с советскими союзниками. 1922

Теперь о том, что будет. По Чинару, Турция на кавказском направлении должна быть готовой к следующим моментам. 1. Политика США на Кавказе окончательно не сформировалась, еще не сделаны назначения на многие критические посты в связи с региональными вопросами. В администрации Байдена есть лица, которые очень хорошо знают Кавказ. Но пока США там не видно. 2. Стратегическая поддержка США «в направлении демократического, процветающего, мирного, безопасного Южного Кавказа и Большого Каспия будет продолжаться. 3. США активизируют свое участие в нагорно-карабахском урегулировании и в Минской группе. 4. Турции может быть предложена роль выступить в Закавказье в качестве уравновешивающего элемента влияния России. 5. США предпримут попытку вклиниться в проблемы, существующие в отношениях с Россией и Турцией на Ближнем Востоке, а в Закавказье — в нагорно-карабахское урегулирование. В широком контексте «арабский момент в регионе прошел», и его будущее будет определять соперничество между неарабскими странами — Турцией, Ираном и Израилем. В этой связи США будут пытаться сделать для себя Турцию предсказуемой в Ближневосточном регионе и на Кавказе. Все это говорит о том, что главной движущей силой на Ближнем Востоке сегодня является уже не идеология или религия, а realpolitik. Но для этого, по Чинару, США должны будут уделять больше времени этому региону и тратить на него больше дипломатических ресурсов.

Наш прогноз. Можно предполагать, что Вашингтон будет пытаться проводить на Кавказе политику, не только направленную на ограничение в этом регионе российского влияния, но и станет налаживать связи с Россией на карабахском направлении. Байден будет восстанавливать либеральную основу американской политики в регионе, выводя на первые позиции демократические принципы, выставляя, в частности Азербайджану, более жесткие требования, не закрывая глаза на автократию и нарушения прав человека в пользу realpolitik. Он уже обозначил некоторые конкретные намерения насчет Турции. В то же время Ближний Восток и Кавказ не оправдали больших ожиданий США, и быстрых решений ждать не следует.