«Манифест Коммунистической партии», по сути, это был программный идеологический документ, который стал итогом размышлений молодого Маркса ещё со времени «Экономическо-философских рукописей 1844 года» и «Принципов коммунизма» Энгельса 1847 года.

Карл Маркс
Карл Маркс
Иван Шилов © ИА REGNUM

Упомянутый термин до того времени больше соотносился с идеями утопического социализма, представляя из себя аморфный посыл «за всё хорошее, против всего плохого». Постепенно он наполнился внятным содержанием как теоретического, так и практического свойства. Вобрал в себя и полёт мысли, и заскорузлую догматику, и смерть на баррикадах, и попытки приспособить великую идею к интересам лавочников. А уже за полтора века коммунизм как понятие настолько перегрузился смыслами, настолько был заболтан — и сознательно, и по глупости, — что самое главное — модель коммунистического общества перестала существовать как ориентир для народов Земли. Так мы потеряли своё будущее, возможно, единственное, способное продлить существование человечества и дать развитие человеку.

Читайте также: Революция «плюс»: будущее переливание крови или кровопускание?

Если на время забыть похороненный под грудой домыслов термин, оставить его в покое, то появится возможность оттолкнуться от простого утверждения: так или иначе, люди всегда метались в пространстве между гуманизмом и жестокой прагматикой, альтруистичными порывами и эгоистическими страстями. И XXI век не привнёс ничего нового ни в области гуманитарных наук, ни в организации социального пространства в плане создания новых общественных моделей. При этом возможности человека созидать и разрушать достигли небывалых пределов, его присутствие на Земле стало повсеместным, а его осознание себя в мире, в обществе и в природе во многом осталось на уровне цивилизованного «дикаря» XIX столетия.

Советский плакат «Страну индустрии, державу науки построили наши рабочие руки»
Советский плакат «Страну индустрии, державу науки построили наши рабочие руки»

Миры цифровых платформ, эпоха дигитализации, прорывы в биотехнологиях, коммуникационный взрыв по-прежнему вмещают в себя человечество, привыкшее мыслить общество как набор убогих операций «ты мне, я тебе» в планетарном масштабе. Индивидуумов, видящих свободу как тотальную возможность торговых операций, как бездумное потребление. Человеческое существо, ставшее придатком вещного мира, который, словно искусственный паразит, черпает силы из нашего душевного бессилия.

Возможно, в силу этого попытки заговорить об ином типе человеческих и общественных отношений рождают непонимание, неприятие, а то и прямую враждебность со стороны адептов свободного рынка. Такого рода персонажи наотрез отказываются понимать: нелепость — это утверждение о том, что люди слишком эгоистичны, жадны и устремлены к простейшим наслаждениям. Но если человек живёт среди воров и грабителей, он, скорее всего, придёт к преступному мировоззрению и соответствующему ремеслу. И наоборот, если личность растёт в обществе, где царит взаимопонимание, стремление к образованию, то естественно, что человек имеет все возможности раскрыть свой потенциал и стать неким большим по отношению к себе. Поэтому не стоит удивляться словам Владимира Ленина, который утверждал о невозможности стать коммунистом, не вобрав в себя весь опыт мировой культуры. Только тогда личность начнёт не столько конкурировать с окружающими, сколько соревноваться, то есть не «озлокачествлять» состязательные отношения. Тогда население Земли задумается о сохранении окружающей среды и бережном природопользовании. Только в этом случае творческое созидание будет восприниматься как главная потребность человека, а вещь будет не столько знаком статуса, сколько синонимом целесообразности и не более.

Выступает Владимир Ленин
Выступает Владимир Ленин

Читайте также: Революция «ноль»: зажиточное рабство и сытая бедность

Конечно, сложно говорить о подобном, когда «Беспрепятственные перевороты в производстве, непрерывное потрясение всех общественных отношений, вечная неуверенность и движение», о которых писали Маркс и Энгельс в 1848 году достигают своего апогея в первой половине 21 столетия. То, что постмарксист Зигмунт Бауман назвал «текучей современностью», рвёт и кромсает структуры цивилизации. В одних обществах этот процесс идёт более интенсивно, в других с меньшей скоростью, но в любом случае текущее ускорение становится всё разрушительнее с каждым годом.

Ускорение общественных процессов, помноженное на взрывное действие современных технологий, постепенно оставляет ограниченный вид производств и отношений — цифровые. «Идиотизм деревенской жизни» времён Маркса, сменился идиотизмом атомарных индивидов-потребителей. Мир со времени «Манифеста Коммунистической партии» разительно поменялся. Однако то, что мы видим сегодня, является квинтэссенцией утверждения основателей марксизма.

В. Поляков. Карл Маркс и Фридрих Энгельс за работой над «Манифестом Коммунистической партии»
В. Поляков. Карл Маркс и Фридрих Энгельс за работой над «Манифестом Коммунистической партии»

«Производительные силы … не служат более развитию буржуазных отношений собственности; напротив, они стали непомерно велики для этих отношений, буржуазные отношения задерживают их развитие; и когда производительные силы начинают преодолевать эти преграды, они приводят в расстройство всё буржуазное общество, ставят под угрозу существование буржуазной собственности».

Читайте также: Революция «минус»: тотальность бездумия

Всё это подытоживают современные учёные-марксисты и социально ориентированные исследователи. Атонио Негри говорит об «империи», довлеющей над человеком, Джоди Дин — о «капиталистическом феодализме», Шошана Зубофф — о «надзирающем капитализме». Подобным концепциям несть числа. Но уже в настоящем они находят своё подтверждение и дают возможность представить черты ещё более мрачного будущего. Рассматривая современное американское общество, Роб Ури, автор левацкого журнала «Контрудар» (The Counterpunch), пишет в 2021 году следующее:

«Это фашизм. Милитаризация полиции, выстроенное надзирающее государство, богатейшие семьи и карцер для остального мира. Передача суверенных прав федерации корпоративному сектору».

Причём слова, написанные про США, зримо обретают реальность по всему миру. И Россия не обладает иммунитетом против этого бедствия.

Создатель советского государства Владимир Ленин в начале XX века без обиняков утверждал: «В дверь богатых можно достучаться только прикладами винтовок».

Александр Герасимов. Ленин. 1929
Александр Герасимов. Ленин. 1929

Но хочется верить, что опыт предыдущих революций не прошёл даром как для освободительных движений, так и для представителей крупного капитала. С одной стороны, существует широкая практика борьбы за права трудящихся, как бы их ни классифицировали в текущем столетии. С другой, операторы капитала отдают себе отчёт в следующем: то, что является для них издержками (прогрессивное налогообложение, ограничения монополизации рынков, налог на роскошь и прочее), может быть страховым полисом в условиях нарастающего социального расслоения и последующей радикализации общества. Отсюда постоянные разговоры в общественном пространстве о посткапитализме, капитализме «инклюзивном», капитализме платформ и других паллиативных формах, призванных оттенить социальное людоедство.

Читайте также: Гений Индии и Советская Россия: другие страны так не волновали воображение

Вероятно поэтому в настоящее время, говоря об изменении общества, активисты употребляют термин «социализм» и, как правило, избегают оперировать понятием «коммунизм». Последний многие безоговорочно относят к разряду утопий. Он «не моден» на уровне интеллектуального болота case study (тематических исследований). И это неудивительно, ведь любая половинчатая реформаторская деятельность выглядит чрезвычайно «реалистичной» в сравнении с глобальной перестройкой человечества. Даже среди представителей коммунистических партий муссируется неновая идея о том, что, мол, коммунизм, конечно, недостижим, но должно быть «стремление» к нему как к некому морально-ценностному ориентиру. Вполне естественно, что после деконструкции советского проекта коммунизм даже как утопия перестал быть предметом дискуссии среди политиков, представителей науки и гражданского общества. Следствием этого стало постепенное уничтожение самой возможности иного грядущего.

Советский плакат «Моральный кодекс строителя коммунизма «Человек человеку — друг, товарищ и брат!»
Советский плакат «Моральный кодекс строителя коммунизма «Человек человеку — друг, товарищ и брат!»

И, соответственно, оглядываясь на последние десятилетия, уместно задаться вопросом: «Не пора ли вернуть это будущее?».

Конечно, на его пути стоят различного рода квазиулучшатели, сторонники механистического переноса ретроидей типа Союза 2.0 в абсолютно иной мир и, естественно, сами держатели капиталов и их прислуга. Тем не менее построение нового общества возможно. Причём его построение необходимо начинать с себя. Для начала стоит задуматься о том, чтобы не перенимать воровские привычки, отказаться от лакейства перед теми, кого называют «элитами» в современном мире, не вгонять себя в скудоумие фантомами визуализации, открыть в себе новое осознание реальности и найти единомышленников. В этом ключе следует вспомнить, что ленинская фраза «учиться коммунизму» предполагает и понимание революционной теории, и развитие культуры и социальную борьбу.

Следует увидеть возможности справедливого общества уже в сегодняшнем дне. Те или иные социальные практики — от каршеринга до сетевых платформ, от волонтёрских движений до гражданской активности — так или иначе, рождаются как вероятностные альтернативы уходящему миру в виде буйства капитала, в котором свобода не для всех и неравенство для большинства, а также приходящему миру воинствующей архаики, неоварварства и нового рабства.

Читайте также: Обновления ждёт народ России от государства и Путин от общества

Движение в сторону распада цивилизационной общности является очевидным настолько же, насколько существуют тенденции для осознанного развития гуманистических путей развития общества. Распад человечности — это лишь одна сторона нашего социального движения. Идеи для разрешения кризиса явно должны превосходить по своим масштабам «17 целей устойчивого развития» (17 Goals of Sustainable Development), предлагаемых ООН и апологетами «капитализма с человеческим лицом». Те, кто осмысленно или бездумно повторяют мантру о том, что Sustainable Development — безальтернативный рецепт для разрешения накопившихся проблем, забывает о главном. О том, о чём афористично утверждал Эйнштейн:

«Невозможно решить проблему на том же уровне, на котором она возникла. Нужно стать выше этой проблемы, поднявшись на следующий уровень».

Альберт Эйнштейн. 1920-е
Альберт Эйнштейн. 1920-е

Коммунистическая идея, предложенная в «Манифесте Коммунистической партии», и её дальнейшее развитие, как раз и становятся тем самым «следующим уровнем» и, возможно, последней надеждой человечества.

Читайте также: К полудню XXI века, или Мир ртути — рассыпанная цивилизация?

Достижение нового состояния общества — это огромная работа. Само появление коммунистического общества сравнимо с разумной жизнью на Земле. В нашей галактике существуют миллионы планет. Меньшая часть из них имеет условия, сопоставимые с земными, для того, чтобы на них появились живые организмы. И, очевидно, на единицах из всего множества небесных тел жизнь имеет возможность развиться до разумного состояния: необходимо сочетание достаточно многих факторов. В случае с социальным прогрессом ситуация схожая, кроме самого главного: выстроить общественную среду, основанную на иных принципах взаимодействия, способно только единое человечество.