Грозный, 1996
Грозный, 1996
© Антон Николаев

«В основном все ездили под Красным знаменем. Единственное — в ГУОШ висел триколор. А так — всё под Красным знаменем. В Гудермесе ребята когда на ж/д вокзале бились, мой товарищ поднял знамя спартаковское. Другого не было — было знамя «Спартака». Ну вот, его подняли — красное же знамя. Не триколор почему-то, а красное. Все же ещё грезили тем, что Советский Союз. БТРы ездили в основном с красными знамёнами».

— Антон Николаев

Вторая командировка Антона Николаева, ветерана челябинского СОБР, который поделился с ИА REGNUM воспоминаниями о Первой чеченской войне, состоялась в феврале — марте 1996 года. На этот раз челябинские СОБРы попали на мартовские события, в ходе которых боевики в очередной раз очень ожесточённо атаковали Грозный.

Пётр Кузьмин и Антон Николаев, челябинский СОБР, ГУОШ, Грозный, 1996
Пётр Кузьмин и Антон Николаев, челябинский СОБР, ГУОШ, Грозный, 1996
© Антон Николаев

К тому моменту у Объединённой группировки войск (ОГВ, части Минобороны РФ и Внутренних войск МВД) позади были такие атаки боевиков, как теракт в городе Будённовске (Ставропольский край), организованный Шамилем Басаевым (14 июля 1995 г.), попытка захвата Гудермеса, теракт в городе Кизляре (Дагестан) — дело рук радуевцев — и последовавший за ним штурм села Первомайское в середине января 1996 г.

«Нас хотели отправить в Октябрьскую комендатуру, но там стояли пермяки. Нас оставили в ГУОШе».
Антон Николаев

В эту командировку челябинских СОБРов привезли в «Северный» — международный аэропорт в Грозном. СОБРы (30 человек) прилетели вместе с ОМОНом (50 человек), группу которого возглавлял Владимир Захарович Усцлемов. Здесь челябинцы повстречали своих старых знакомых — питерских СОБРов, с которыми год назад вместе стояли в городе Аргуне. Первую ночь ночевали в Северном.

«Утром заехали мы в ГУОШ (Главное управление оперативного штаба), мы там вещи оставили и поехали на 15-й контроль».
Антон Николаев

Боевики пытались прорвать 15-й блокпост, находившийся на выезде из Грозного на дороге на Аргун. Для этого «мирные граждане» каждый день проводили у блокпоста акции, пытаясь показать, что народ хочет отвода федеральных войск.

«Ходили митинговали местные граждане — жители. Им надо было прорвать этот блокпост, и они [митинговали] с 9 утра до 4 вечера. Стоят, митингуют, проволоку топчут, женщины танцуют».
Антон Николаев
15-й блокпост, дорога на Аргун, 1996
15-й блокпост, дорога на Аргун, 1996
© Антон Николаев

Так оказалось и в день приезда группы, в составе которой были челябинцы. Чтобы обеспечить порядок на этом участке, бойцы расположились в два ряда: в первом ОМОН, во втором — СОБРы. Когда пляски и митинг завершились, подъехали бортовые КамАЗы. Обычно после этих мирных номеров начинались «пострелушки». Так произошло и на этот раз.

«Там ночь быстро приходит. Начались выстрелы в направлении блокпоста. По дороге со стороны Аргуна ехал «Урал». ОМОН ещё не успел выставить заграждения с колючей проволокой, чтобы никто не ехал».
Антон Николаев

Грузовик промчался через блокпост на большой скорости.

«У меня был РПК — ручной пулемёт — и трассирующе заряженный. Я ему вдогонку начал стрелять по кабине. Борта деревянные, и дымок такой пошёл. Мужики тоже стреляли — не то что я один. Я почему видел, что я попал, потому что пули были трассирующие. Попало в деревяшку. Он задымился и пошёл в сторону Минутки».
Антон Николаев
Грозный, март 1996
Грозный, март 1996
© Антон Николаев

Пока всё это происходило, БТР, на котором приехали СОБРы, начал сдавать задним ходом и намотал проволоку — путанку.

«Мы тут расположились, круговую оборону заняли. Пётр Перович Кузьмин под БТР залез с молотком, с зубилом. Впоследствии он был командиром отряда — после 2000 года уже. Он перерубил проволоку, мы сели на БТР и уехали. Уже в темноте мы добрались в Старые Промыслы».
Антон Николаев

В Старопромысловском районе Грозного, в здании бывшей пожарной части, находился ГУОШ (ул. Ладожская, 14). Этот объект охранялся ОМОНом, а СОБРы, ночевавшие в этом здании, ежедневно отправлялись из него на зачистки.

Антон рассказал о ещё одном случае, касающемся взаимодействия с «мирным населением». У «Дворца Дудаева» сторонники «независимой Ичкерии» разбили палаточный лагерь. В это время в направлении блокпостов «постреливали снайперы».

«Мирные граждане» создавали такую дестабилизацию. Они там плясали и митинговали».
Антон Николаев

В один из таких дней, 23 февраля, митингующие выдвинулись с площади к зданиям ФСБ и МВД: с виду это была колонна мирных граждан, включая женщин и стариков. При этом, как выяснилось, внутри колонны находились вооружённые боевики. Не доходя квартал, колонна повернула в другую сторону.

Одним словом, обстановка в Грозном была очень напряжённая. Перестрелки шли постоянно.

Грозный, 1996
Грозный, 1996

Наконец, начались те самые мартовские события: 6 марта боевики под командованием Басаева напали на Грозный с нескольких направлений. В город вошли более пяти тысяч боевиков. По официальным данным, потери федеральных сил в тех боях составили 70 человек убитыми и 259 раненым.

Потери СОБРов начались уже 4 марта: в этот день у здания ГУОШ БТР уфимского СОБР подорвался на противотанковой мине. Боевики установили эту мину в большой луже рядом с ГУОШ. Бронетранспортёр развернуло на 90°, у него оторвало колесо, водитель погиб.

Этим, а также последовавшим за ним 5−11 марта событиям, в которых участвовали СОБРы и омоновцы из Башкирии, Республики Алтай, Пермского края, Челябинской, Курганской, Свердловской, Тюменской, Оренбургской, Нижегородской, Воронежской, Ярославской, Рязанской, Владимирской, Липецкой, Кировской, Ижевской областей, Татарии, Чувашии, Мордовии, Удмуртии, Марий Эл и Москвы, Антон Николаев посвятил свою книгу воспоминаний «В Грозном идёт «дождь», опубликованную в 2018 г., и одноимённый документальный фильм.

5 марта челябинские СОБРы выехали на зачистку. На тот момент в Грозном федеральных войск не было: только подразделения Внутренних войск, сводный отряд СОБР, ОМОН и чеченская милиция. Все ключевые здания в городе, в том числе здание ФСБ, Дворец правительства («Дворец Дудаева»), комендатуры охранялись. Армия находилась на пунктах временной дислокации (в аэропортах «Северный» и «Ханкала»).

"Мы за сутки до начала обстрела (за сутки до 6 марта — прим. ИА REGNUM) проводили зачистку в центре города. Нашли лёжки стрелков».
Антон Николаев

Ветеран вспоминает, что места, откуда боевики вели стрельбу, были обнаружены в центре Грозного, где находились 22-й и 7-й блокпосты. Примечательная ситуация произошла с одним из домов, откуда по ночам боевики вели «беспокоящий огонь».

5 марта группа из служащих внутренних войск и офицеров СОБР отправилась осмотреть этот дом, окружённый высоким трёхметровым забором. Бойцы Внутренних войск собирались стрелять из гранатомёта, но внезапно выбежал мужчина и стал просить не ломать ворота.

«А я ещё обратил внимание, что, когда начали с высотки это здание осматривать, везде одеяла висят, со стороны здания. Когда бойцы собрались стрелять из гранатомёта, выбежал чеченец и говорит: «Пожалуйста, не взрывайте, там ничего нет»».
Антон Николаев

Было принято решение не стрелять.

«Потом уже, когда книгу писал, пришла информация, что в том здании куча боевиков сидела. Если бы мы взорвали ворота, то вся бойня началась бы ещё раньше».
Антон Николаев

Бойня началась на следующий день — 6 марта. Сначала боевики напали на ОМОН Республики Алтай возле старого русского кладбища. Алтайцы, окружённые боевиками, приняли бой.

В это время ехавший на БТРе в ГУОШ пермский СОБР на проспекте Ленина попал в засаду: восемь человек погибли. БТР ехавших на 6-й блокпост курганцев тоже был подбит: погибли три офицера СОБР.

Подбитый БТР уфимского СОБР, Грозный,  4 марта 1996
Подбитый БТР уфимского СОБР, Грозный, 4 марта 1996
© Антон Николаев

Челябинцы тоже приняли участие в эвакуации раненых. Отделение СОБРов у 22-го блокпоста осуществляло огневую поддержку бойцов из Мэрий Эл, Ижевска и Тюмени, эвакуировавших раненых. Это произошло на следующий день, 7 марта.

Офицеру челябинского СОБР Петру Кузьмину дали задание: с отрядом из офицеров тюменского СОБРа и взвода солдат-срочников на трёх БМП выдвигаться по проспекту Ленина, по мосту через реку Сунжу в сторону храма и закрепиться там для эвакуации убитых и раненых. Эта операция проводилась под непрекращающимся обстрелом, но была успешно выполнена.

Затем отряд под командованием Кузьмина отправился в Северный, где было много раненых солдат, СОБРов, омоновцев. Затем пришел приказ оказать помощь блокпостам. В тех боях СОБРы понесли большие потери: погибли 26 человек. Кроме того, погибли пять сотрудников ОМОНа, в том числе командир ОМОН МВД Чеченской Республики Али Вадаев.

Боевики в марте, как отмечает ветеран СОБРа, «проводили репетицию» той августовской операции, как они называли её операция «Джихад», после которой первый президент РФ Борис Ельцин решил завершить войну. Как видно, боевики очень тщательно готовили свои операции.

Из челябинских СОБРов в тех мартовских событиях никто не был ранен и не погиб. А в память о погибших товарищах организация ветеранов СОБРа «Рысь.Челябинск», председателем которой является мой собеседник Антон Николаев, установила в православном храме в Грозном памятную доску. В Челябинской области ветераны СОБРа ежегодно проводят встречи в Карагайском бору: сюда съезжаются участники Первой чеченской войны со всей страны.

Открытие мемориальной доски в память о погибших офицерах СОБР и сотрудниках ОМОН в Грозном
Открытие мемориальной доски в память о погибших офицерах СОБР и сотрудниках ОМОН в Грозном
© Антон Николаев

И хотя такие встречи очень важны и для их участников, и для тех, кто, может быть, смотрит на это из другого «пространства», ветераны заняты и другим важным делом — воспитывают в молодых ребятах любовь к Родине, проводят спортивные мероприятия с участием школьников, занимаются установкой памятных досок в память о подвигах Великой Отечественной войны, восстановлением боевых знамён.

Читайте ранее в этом сюжете: Первой чеченской 26 лет. Как воевал челябинский СОБР

Читайте развитие сюжета: Первая чеченская. Ветераны рассказали, что произошло в марте 25 лет назад