На сегодняшний день в Европе наблюдается глубокое обострение ситуации с безопасностью, которого не наблюдалось на протяжении последних трех десятилетий. С 2014 года сухопутные, военно-морские и военно-воздушные силы НАТО и России стали действовать в гораздо большей близости друг к другу, что иногда приводит к опасным «соприкосновениям». Режим контроля над вооружениями и укрепления доверия, установленный в конце 1980-х и 1990-х годах, переживает глубокий кризис, тогда как прежние линии связи между НАТО и Россией больше не работают.

НАТО
НАТО
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Подобное развитие событий приводит к подрыву доверия и увеличивает вероятность того или иного инцидента, который может привести к вооруженному конфликту, чего не хотят ни в НАТО, ни в Кремле. Именно поэтому альянсу и Москве необходимо в первую очередь найти пути снижения риска военной конфронтации, и волновать это должно как Москву, так и Вашингтон с европейскими столицами, пишут директор Института исследований США и Канады Российской академии наук Сергей Рогов, бывший посол Великобритании в НАТО Адам Томсон и заместитель генерального секретаря НАТО и посол США в России Александр Вершбоу в статье, вышедшей 7 декабря в The National Interest.

«В течение последних четырех месяцев мы приняли участие вместе с более чем тридцатью другими экспертами по безопасности, включая дипломатов в отставке и военных из США, России и других европейских стран, в детальном обсуждении того, как НАТО и Россия могут снизить риск непреднамеренного конфликта», — подчеркнули авторы.
«Мы собрались, потому что опасались, что риск такого столкновения стал тревожно высоким», — добавили они.
Американские солдаты на учениях НАТО
Американские солдаты на учениях НАТО
U.S. Army

Участники экспертной группы существенно разошлись по ключевым вопросам того, что именно стало причинами нынешней нестабильной ситуации. Однако все они согласились с тем, что вместо того, чтобы обсуждать, кто виноват, необходимо сосредоточить внимание на практических мерах, которые могут помочь ослабить военную напряженность и предотвратить кризис, который может перерасти в нечто гораздо худшее.

Ситуация требует расширения диалога и восстановления политических и военных контактов. Например, в рамках более частых встреч между начальником Генштаба России, председателем Объединенного комитета начальников штабов США, Верховным главнокомандующим ОВС НАТО в Европе и председателем Военного комитета НАТО можно было бы обсудить способы снижения напряженности и возможности недопонимания в военной сфере.

Благодаря подобным дискуссия есть возможность заключить новые договоренности, развивающие положения Соглашения между СССР (Россия) и США 1972 года о предотвращении инцидентов на море, которые будут регулировать действия военных кораблей и самолетов России и НАТО в условиях близости друг к другу. Моряки и летчики обеих сторон являются профессионалами и будут следовать процедурам, призванным избегать действий, которые другая сторона может ошибочно воспринять как враждебные.

В Прибалтике сухопутные войска НАТО и России противостоят друг другу. Меры, основанные на Соглашении между СССР и США 1989 года о предотвращении опасной военной деятельности, могут повысить доверие, потребовав от воинских частей проявлять особую осторожность в приграничных районах. Могут существовать положения, устанавливающие линии соприкосновения на случай, если двусмысленные движения одной стороны будут угрожать другой.

Войска НАТО преодолевают реку на учениях в Литве
Войска НАТО преодолевают реку на учениях в Литве
Army.mil

Необходимо не только помнить старые правила конкуренции, но и разрабатывать новые меры по снижению рисков. Например, НАТО и Россия должны рассмотреть вопрос о дополнительной прозрачности в отношении учений, включая снижение пороговых значений для предварительного уведомления и наблюдения. Внезапные учения, предназначенные для проверки способности военных к быстрой мобилизации, не подлежат предварительному уведомлению и могут выглядеть как подготовка к войне. Стороны могут договориться о «тихом уведомлении» другой стороны на высшем уровне, чтобы, когда Россия начнет учения без уведомления, высшее военное руководство НАТО узнало бы об этом заранее и не истолковало его неправильно. То же самое может относиться к опасениям России по поводу необъявленных перемещений многонациональных сил НАТО.

НАТО и Россия должны изучить меры по обеспечению большей прозрачности в отношении новых вооружений, в частности обычных ударных систем средней дальности. Сюда могут входить системы морского и воздушного базирования, а также ракеты наземного базирования, на которые не распространяется договор СНВ. Стороны могли бы пойти дальше и рассмотреть вопрос о взаимных ограничениях на дополнительное постоянное размещение боевых сил в районах, близких друг к другу.

НАТО и Россия давно обсуждают тему противоракетной обороны. Им следует возобновить консультации по этому вопросу и рассмотреть возможность проведения ежегодного обмена информацией о текущих средствах противоракетной обороны в Европе, а также о планах их развития на ближайшие десять лет в духе «без сюрпризов».

Американская система ПРО MIM-104 Patriot
Американская система ПРО MIM-104 Patriot
.defense.gov]

Это лишь некоторые из идей, которые возникли в ходе обсуждений, в которых приняли участие авторы. Не все из них могут быть предметом переговоров, по крайней мере, в ближайшем будущем, но они предлагают набор шагов, которые могут способствовать большей безопасности в Европе. Обнадеживает то, что эти предложения поддержали более ста экспертов и бывших высокопоставленных правительственных чиновников.

Это не план «перезагрузки» или возврата к «тому, как было раньше». Отношения между странами — членами НАТО и Россией сложные и напряженные. Потребуются согласованные усилия с обеих сторон, чтобы перевести их взаимодействие в более позитивную плоскость. Тем временем, призывают Рогов, Томсон и Вершбоу, политикам и военным лидерам следует изучить предлагаемые шаги навстречу друг другу. Никто не заинтересован в том, чтобы случайно или непреднамеренно начать войну. Точно так же эти шаги могут способствовать созданию атмосферы, в которой решение фундаментальных проблем, разделяющих стороны, в конечном счете станет более достижимым.