Доминирование Байдена вызвало онемение в Анкаре. Показательно, что Эрдоган даже поздравил нового президента Гвинеи, но не поспешил делать это с Байденом. У турецкого руководства есть три основных опасения, две тактики и одна стратегия. На тактическом уровне — благодаря особым отношениям Трампа и Эрдогана первый пользовался определенным иммунитетом в личных и национальных вопросах. В случае с турецким банком Halkbank, который беспокоит правосудие США с момента обнаружения нарушения санкций, введенных Вашингтоном в отношении Тегерана (фактически в результате этого процесса несколько руководителей, связанных с окружением Эрдогана, обогатились), Трамп затруднял судебное расследование.

Таип Эрдоган
Таип Эрдоган
Иван Шилов © ИА REGNUM

Также по вопросу о российской зенитной системе С-400 Белый дом не только прислушался к призывам Конгресса о введении санкций в отношении Анкары, но и изменил американскую позицию таким образом, что вместо принятия мер по поводу приобретения С-400 красной чертой стала активация этого оружия. Однако, даже когда Анкара проводила тесты, Трамп, поглощенный избирательной кампанией, вообще не занимался этим делом.

ЗРК С-400 Триумф
ЗРК С-400 Триумф
Mil.ru

Однако есть стратегическое измерение того, как относится новое руководство США к Эрдогану и Турции. Турецкий президент нашел способ иметь прямой доступ к президенту, который не только придавал большое значение межличностным отношениям (и в особенности привлечению авторитарных лидеров), но и игнорировал внешнюю политику.

Таким образом, опытный Эрдоган получил возможность обойти американскую бюрократию и убедить Трампа в законности своих взглядов, взяв на себя аналогичные обязательства. С другой стороны, крайне сомнительно, что при Байдене могут быть построены доверительные отношения (между ним и Эрдоганом не было особой симпатии, когда первый был вице-президентом США, и есть информация, что его даже обвиняют в соорганизации неудавшегося переворота), зато есть расчет на то, что новый президент Белого дома будет действовать более институционально, прислушиваясь к предложениям соответствующих министерств, — хотя, похоже, у него нет причин блокировать решения Конгресса о введении санкций.

Однако самая большая проблема для президента Турции возникнет, если новое руководство США решительно установит рамки и условия для сближения с Анкарой, которое оно рано или поздно предпримет. В этом случае Анкара, усилив свое присутствие в ряде ситуаций, которые более или менее интересуют Вашингтон, попытается «продать» это присутствие, чтобы выручить как можно больше на следующих переговорах. Положительным моментом для Турции является то, что из-за удаленности США от нескольких региональных событий, у неё «есть карты на руках», а отрицательным является то, что их интересы расходятся в различных областях, поэтому не исключено, что США могут потребовать — или попытаться — поставить Турцию таким образом, чтобы та более не затрагивала их интересы.

Джо Байден
Джо Байден
(сс) Gage Skidmore

Греция, со своей стороны, должна своевременно сформулировать свой собственный всеобъемлющий и дальновидный план для более широкого региона (Юго-Восточной Европы и Восточного Средиземноморья), представить его и согласовать с новым руководством США. Конечно, греческая повестка должна иметь положительный знак, быть мультидисциплинарной (с акцентом на то, что Афины могут предложить больше), не исключать какое-либо государство, включая Турцию (но ее включение должно быть основано на общепринятых правилах и поведении), должна стремиться к тому, чтобы действительно разбираться с проблемами, предлагая решения и США, — в одном регионе и в период возрастающей конкуренции со стороны России и Китая. Тем более что степень сложности для Вашингтона в случае, если он захочет частично или полностью восстановиться, важна, — поскольку слишком многое изменилось даже по сравнению с 2016 годом.