В начале декабря Черногория может получить новое правительство, сформированное по итогам парламентских выборов 30 августа. На основании договоренности, которой представители политических сил, победивших на выборах, достигли еще до начала голосования, это будет экспертное правительство, в котором не будет лидеров самых многочисленных партий правящей коалиции.

Черногория
Черногория
Иван Шилов © ИА REGNUM

О компромиссах, на которые должны были пойти лидеры просербских партий в процессе формирования кабинета министров, о будущем статусе Сербской православной церкви в Черногории, о перспективах объединения сербского народа в единое союзное государство ИА REGNUM рассказывает сербский историк, высший научный сотрудник Института новейшей истории Сербии (Белград) Александр Ракович.

Как Вы оцениваете процесс формирования правительства в Черногории? Можно ли говорить об окончательной победе оппозиции, прежде всего, той ее части, которая выступает за улучшение сотрудничества с Сербией?

Несомненно, на последних парламентских выборах в Черногории победил сербский народ. Но эту победу ему не удалось подтвердить в ожидаемой форме (участием в составе правительства). Однако вопреки всему из 13 членов нового народного правительства восемь будут сербами. У Черногории не будет другого пути, кроме как выстраивать лучшие из возможных отношений с Сербией. Когда будет сформировано такое, я бы сказал, экспериментальное, а не экспертное правительство, тогда «Демократический фронт» как самая сильная и подчеркнуто просербская политическая коалиция в Черногории станет хозяином ситуации. Сейчас Здравко Кривокапич, кандидат на должность премьера, который формирует правительство, ставит условия «Демократическому фронту». Это привело к тому, что ни одного лидера данного политического объединения в новом кабинете не будет. Но после того, как оно будет сформировано, одного голоса депутата от «Демократического фронта» будет достаточно, чтобы правительство Кривокапича ушло в отставку. Так что Кривокапич просто обречен на сотрудничество с «Демократическим фронтом», и они также обречены на сотрудничество с ним.

Здравко Кривокапич
Здравко Кривокапич
espreso.rs

Главная задача нового правительства состоит в том, чтобы подготовить условия к новым выборам. В следующем году необходимо провести перепись населения, упорядочить избирательные списки, и в какой-то разумный срок нужно провести новые выборы, на которых Демократическая партия социалистов президента Мило Джукановича потерпит еще более сильное поражение.

Когда у вас парламент из 81 места, в котором 37 мест принадлежит депутатам сербской национальности, нельзя ожидать, что сотрудничество с Сербией и Республикой Сербской не будет находиться на должном уровне. Это невозможно. Надо быть оптимистом, несмотря на трудности в процессе формирования правительства.

Непосредственно по окончании выборов между коалиционными партнерами начались дискуссии о том, нужно ли включать лидеров «Демократического фронта» Андрию Мандича, Милана Кнежевича и Небойшу Медоевича в состав правительства или следует составить кабинет из одних экспертов. Как был решен этот спор?

К сожалению, он был решен таким образом, что никто из лидеров «Демократического фронта» не окажется в будущем правительстве, и я считаю это плохим решением. Но так как главная цель здесь демонтаж Демократической партии социалистов, то «Демократическому фронту» пришлось смириться с этим. Они нашли способ преодолеть эту ситуацию, и теперь они станут ключевым звеном в планировании будущих шагов правительства, так как, контролируя парламент, они смогут влиять и на работу министров. При этом Кривокапич протянул руку «Демократическому фронту», заявив, что в глубине государственного аппарата будут приниматься на работу служащие из рядов коалиции «За будущее Черногории» и «Мир — это наша нация». «Демократический фронт» и остальные партии, чьих лидеров нет в правительстве, смогут влиять на его работу через государственных служащих. Это очень важный слой управленцев, который называется «глубинное государство». Этот аппарат важен, так как функционеры приходят и уходят, а «глубинное государство» остается.

Результат парламентских выборов в Черногории в значительное степени предопределил народный бунт против закона о свободе вероисповедания, ущемляющего интересы Сербской православной церкви. Отменит ли новое правительство в итоге этот закон?

Сербская православная церковь, без всякого сомнения, победила в Черногории, но не только церковь, но и сербский народ. Церковь не может существовать без сербского народа. К сожалению, меньшинство в будущем коалиционном правительстве, которое возглавляет лидер партии УРА Дритан Абазович, выступает не за полную отмену закона, а за изменение его спорных статей. Для сербского народа в Черногории лучше всего было бы, если бы закон был отменен, так как народу нужна символическая победа над Демократической партией социалистов Мило Джукановича, которая в основном и продвигала спорный закон. Но если это нельзя сделать, так как УРА, будучи самой немногочисленной партией в будущей правящей коалиции, имеет при этом огромные возможности для шантажа, тогда нет другой возможности, кроме как изменить спорные статьи закона и закрепить за Сербской православной церковью право пребывания на ее канонических территориях, на которых она присутствует уже 800 лет.

Дритан Абазович
Дритан Абазович

Сербские партии в Черногории годами выступали сначала против вступления страны в НАТО, а затем за выход из этого военного блока. Насколько такая перспектива реальна?

Мы видели, как трудно было Великобритании выйти из Евросоюза. При этом Британия — это империя. Вы можете себе представить, что творилось бы вокруг Черногории, если бы она попыталась покинуть НАТО? К тому же надо понимать, что весьма сложно определить, после какого периода страна — член альянса имеет право начать процедуру выхода из этого военного союза. Кто-то говорит, что речь идет о каких-то 20 годах, и что соответствующее положение содержит договор о присоединении к НАТО. Кто-то толкует положения этого договора по-другому.

В любом случае для сербов в Черногории не главное, выйдет ли теперь страна из альянса или нет. На некоторое время она точно останется в НАТО, и с этим все сербы должны смириться. Знаете, и в Косово находятся оккупационные войска НАТО, Черногория была втянута в блок против воли народа, в Республике Сербской тоже ведутся споры вокруг вступления в НАТО. Это то, с чем сербы должны научиться жить.

В Сербии, кроме Косово и Метохии, нет сил НАТО, и не будет никогда, но какой-то компромисс в данной ситуации нужен. А Черногория — это шанс достичь этого компромисса, если он возможен. Черногория остается в НАТО, но российский капитал в этой стране будет присутствовать и местами играть важную роль, и Черногория к тому же будет сербской по своему характеру. Это шанс показать, как на небольшом пространстве можно достичь компромисса во благо черногорских граждан. Здесь мы говорим о компромиссе Запада, России, Сербии и сербского народа в целом.

Вы упомянули Косово. Черногория среди первых признала независимость сепаратистского образования на территории Сербии. За последние несколько лет многие государства — члены ООН отменили признание Косово. Реально ли ожидать, что и Подгорица сделает это, учитывая то, что Сербия успела подписать Вашингтонское соглашение, в котором взяла на себя обязательство не требовать от других государств отмены признания сепаратистского Косово?

Это сложный вопрос. После выборов в Черногории лидеры трех коалиций — Здравко Кривокапич, Алекса Бечич и Дритан Абазович — подписали соглашение, в котором среди прочего значится, что Черногория не будет пересматривать решение о признании Косово. Это в некотором смысле был удар ножом в спину сербскому народу и Сербии. В таком соглашении не было надобности. Сербия понимает, с какими проблемами столкнется новое черногорское правительство и какое давление будет на него оказано.

Алекса Бечич
Алекса Бечич
Skupstina.me

Если мы говорим о том, отзовет ли Черногория признание Косово или нет, то следует сказать, что правительство Кривокапича имеет такую возможность — там сербы в большинстве. Само правительство ближе к концу срока может принять решение и отозвать признание Косово. Ему не нужен парламент, так как его никто и не спрашивал, когда было принято решение о признании сепаратистского Косово. Правительство Кривокапича само должно подумать о том, что ему надо делать. Но мне кажется, что они не отменят признание, тут подключатся другие факторы. В конце концов, Кривокапича обязывает и коалиционное соглашение, которое он сам подписал. Механизм существует, признание можно отменить, но произойдет ли это, я не знаю.

С другой стороны, есть то, что Черногория могла бы сделать. Она могла бы вывести свои оккупационные войска с территории Косово и Метохии. Там символическое количество черногорских военных, насколько я знаю, речь идет о двух офицерах. Но они являются частью оккупационного аппарата в Косово и Метохии. Так что Черногория могла бы подобным жестом показать, что она не намерена участвовать в оккупации сербской территории.

Вы часто выступаете в СМИ с тезисом о необходимости объединения Сербии, Черногории и Республики Сербской, так как на этих территориях проживает большинство сербов. Можете ли Вы рассказать более подробно о принципах, на которых должно произойти это объединение?

Когда я примерно десять лет назад начал возвращать в сербский мейнстрим мысль об объединении сербов (а это нам завещали наши предки, объединившись в 1918 году), было не так много людей, которые были готовы это выслушать и принять. Сегодня всё по-другому. Сегодня сотни тысяч, если не миллионы сербов верят в это. Поменялись обстоятельства, и очень важно то, что идея снова вошла в наш мейнстрим.

Идея, согласно которой Сербия, Черногория и Республика Сербская как три государства сербского народа должны быть едины, абсолютно естественна — лучше всего, если это будут части одного союзного государства. Осуществление этой идеи зависит не только от нас, оно зависит и от международных факторов, но мы над этим должны работать. Наши предки двести лет работали над тем, чтобы стало возможным то, что произошло в 1918 году, когда благоприятные международные обстоятельства привели к объединению всех сербов в одно государство. Мы не будем ждать так долго — может, 10 или 20 лет, я не могу сказать точно. Надо дождаться того, чтобы соотношение сил на международной арене было благоприятным для нас. Но мы должны подготовить почву, подготовить общественность и разработать модели этого объединения. Я уверен, что в таком случае мы достигнем данной цели.

На Ваш взгляд, насколько действующее руководство Сербии, Черногории и Республики Сербской готово работать над подготовкой общества к реализации подобной идеи?

Общественное пространство в Сербии и сербские СМИ полностью открыты для обсуждения идеи объединения сербов. Когда у государства нет такой возможности, интеллектуальная элита берет на себя роль носителя подобной идеи. Серьезные народы всегда так делают. Если что-то не может сделать государство, тогда это делает церковь, если не может церковь, тогда это делает интеллектуальная элита. В Республике Сербской Милорад Додик является главным сторонником объединения. В Черногории ситуация была другой, но там народ объединился как раз вокруг сербской идентичности. А Сербская православная церковь, со своей стороны, является единственным связующим звеном, которое объединяет все сербские территории. Так что и среди народа в Черногории живет идея объединения сербов.

Милорад Додик
Милорад Додик
Medija centar Beograd

Вы видите это объединение с Косово и Метохией или без?

Только с Косово. Это не обсуждается. Но Косово и Метохия не вернутся в состав Сербии дипломатическим путем. Это невозможно. Есть другие способы реинтеграции Косово и Метохии. Я допускаю, что объединение сербских земель произойдет при неопределённом статусе Косово и Метохии, а потом вопросом статуса займется эта сербская федерация.

Вы не сторонник быстрого решения косовского вопроса посредством диалога с сепаратистами в Приштине, после которого Белград потерял бы возможность работать над реинтеграцией южного края в правовое поле Сербии?

Именно. Если нельзя найти справедливое решение, тогда это решение нужно искать потом. В данный момент такое решение найти невозможно — любой предлагаемый вариант несправедлив по отношению к Сербии и сербам. Следует дождаться лучших времен. Надо ждать. Мы должны оставить нашим потомкам шанс решить эту проблему на более справедливых основаниях.

Косовский вопрос — это вопрос всех поколений сербов: и предыдущих, и нынешних, и будущих.

Тем не менее президент Сербии Александр Вучич заявляет о том, что косовский вопрос ни в коем случае нельзя оставлять будущим поколениям…

Я допускаю, что президент всего лишь играет хорошую игру на площадке для настольного футбола — вот такое у него пространство для маневра. Я уверен, что Вучич знает о том, что он не сможет решить эту проблему, так же, как и Джо Байден или любой другой человек. Косовский вопрос не решили османы, не решило его Королевство Сербия, не решила Австро-Венгрия, не решило Королевство Югославия, не было он решен и после того, как фашисты попытались создать «Великую Албанию» на Балканах. Не решил его Йосип Броз Тито, а после него Слободан Милошевич и Билл Клинтон. Косово — это иерусалимский вопрос в Европе. Так что надо набраться терпения и ждать — однажды наступят лучшие времена для его рассмотрения.