Посол Польши в Турции Якуб Кумох в интервью турецкой газете Daily Sabah, близкой к президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану, сделал ряд интригующих заявлений. Посол сообщил, что Варшава наращивает свое военное присутствие, отправляя польских «солдат в Инджирлик», имея в виду авиабазу, расположенную в турецкой провинции Адана всего в 110 километрах от сирийской границы. Кумох назвал Анкару одним из главных игроков в регионе, сказав о желании объединить «огромную мощь Турции и огромную мощь Польши». Дипломат также заявил, что Варшава «поддерживает вступление Турции в Европейский союз». Он отметил серьезный прогресс, проделанный Анкарой, подчеркнув, что важным фактором для Польши является то, что Турция достигла такого уровня развития, не будучи членом ЕС. И добавил, что сведение «нашего (польского — С. С.) роста членством в Евросоюзе — большая ошибка», поскольку «конкурентоспособность и другие факторы не менее важны».

Варшава
Варшава
Иван Шилов © ИА REGNUM

Напомним, что в середине сентября сего года президент Польши Анджей Дуда подписал приказ об отправке польского военного контингента (PKW) в Турцию «в рамках адаптированных мер по укреплению НАТО для Турции, на территории Турции, восточной акватории Средиземного моря и Черного моря». Это стало новым поворотом польской политики на Ближнем Востоке, поскольку до сих пор Варшава в этом регионе действовала в кооперации с американцами и подстраивалась под их цели. Сейчас правящий лагерь во главе с партией «Право и Справедливость» (PiS) обозначает уже национальные польские приоритеты и интересы, хотя и прикрывается риторикой о том, что действия предпринимаются в рамках НАТО. Конечно, с альянсом многое согласовывается, однако Варшава начала разыгрывать собственную партию. И вполне объяснимо, почему она это делает не в Европе, где исторически присутствует, а отправилась на Ближний Восток и Закавказье.

Матеуш Моравецкий
Матеуш Моравецкий
Premier.gov.pl

Третья республика за последние годы неоднократно пыталась создать региональные альянсы, которые могла бы возглавлять. Не удалось подобное с «Вышеградской четверкой», этот формат выхолощен. После прихода к власти в октябре 2015 года «Право и Справедливость» сделала ставку на инициативу «Троеморье», рассчитывая, что ее подопрет американское плечо. Однако США дали понять, что «Троеморье» видят в качестве заградительного отряда против проникновения Китая в Восточную и Центральную Европу. Что касается европейских партнеров Польши по инициативе, то они склонны сосредоточиться на экономических проектах и не проявляют интереса к геополитическим. В июле сего года Варшава пошла на создание еще одного формата, «Люблинского треугольника», вместе с Киевом и Вильнюсом. Но и он пока что выглядит скорее заделом на будущее, и в силу неустойчивости Украины на него полагаться не приходится.

Турция — иное дело. Особенно после того, как Анкара проявила свои амбиции в Закавказье, направив Азербайджан на войну против Нагорного Карабаха. Польские кавказоведы и востоковеды в этой связи выражали недоумение тем, что Варшава не заступилась за христианскую Армению, тем более что армяне многие века живут на польской земле. Польские статусные политологи в ответ заявляли, что «было бы неосмотрительно отталкивать Турцию — это могучая 82-миллионная страна с самой крупной и блестящей армией в европейской части НАТО». Смысл в таких рассуждениях был только в том случае, если Варшава планировала свое будущее присутствие в регионе Ближнего Востока — Закавказья. Польша знакома с ним не по глобусу. В конце концов, именно польский граф Ян Потоцкий, служивший в министерстве иностранных дел Российской империи, приложил свою руку к разработке (закончил он ее в 1807 году) «Азиатской системы», в которой обосновывал экспансию Санкт-Петербурга на Восток для «приобретения различных преимуществ».

А его двоюродный брат князь Адам Чарторыйский, возглавлявший МИД, реализовывал имперские планы, в частности, по завоевыванию подконтрольных Персии мусульманских ханств, располагавшихся на территории современного Азербайджана, проводя их через князя Павла Цицианова. Конкретными плодами этой политики стали удачные итоги русско-персидской войны 1804−1813 годов. 3 января 1804 года русские войска штурмом взяли Гянджу. Добровольно вступить в подданство России решил владелец Карабаха хан Ибрагим, который 6 февраля 1805 года дал присягу на верность России, после чего Шуши, столица Карабахского ханства, находившаяся в 80 километрах от персидской границы, стала основным пунктом управления всеми действиями русских войск и размещения их командования. В начале октября 1806 года был захвачен Баку, при этом ханство упразднили, город стал центром вновь образованной Бакинской провинции.

Александр Варнек. Граф Ян Потоцкий. 1810
Александр Варнек. Граф Ян Потоцкий. 1810

Происходящее на Кавказе и сейчас живо интересует польских аналитиков. Они активно обсуждают и комментируют карабахский конфликт, оценивая, по словам эксперта Центра восточноевропейских исследований Кшиштофа Страхоты, устойчивость «регионального порядка» и «будущую роль Турции и России» в нем. Как Москва заходила на Анкару с сирийского фланга, так и Варшава хочет зайти на Москву, Черноморье и, возможно, Восточное Средиземноморье с турецкого берега. Учитывая данную послом Кумохом высокую оценку развития Турции вне ЕС и его нежелание сводить польские достижения к членству ЕС, это говорит о том, что Польша выстраивает концепцию будущего, в котором она уже не зависит от Брюсселя, а, может быть, даже покинула Европейский союз. Но пока этого не произошло, Варшава способна послужить и Анкаре, которая в восточном стиле хвалит поляков, чтобы продемонстрировать на примере Польши всему миру, что у Турции нет проблем с европейскими христианскими странами.