«Власть хотела бы использовать механизмы демократии для вовлечения населения в обсуждение «низовых» проблем, до которых «сверху» не дотянуться. А оппозиция как раз использует проблемы «низкого уровня» для того, чтобы раскрутить свою повестку о нелегитимности нынешнего режима», — политический аналитик Дмитрий Скворцов рассказал ИА REGNUM о причинах обысков в домах оппозиционеров в Нижнем Новгороде 1 октября.

Нижегородский кремль
Нижегородский кремль
Иван Шилов © ИА REGNUM

ИА REGNUM: С чем связаны массовые обыски у оппозиционных активистов и журналистов?

Как сказал Бенджамин Франклин: «Демократия — это договоренность о правилах поведения между хорошо вооруженными джентльменами». Построение жесткой вертикали власти лишило значительную часть российских «хорошо вооруженных джентльменов» понятного для них механизма участия в принятии важнейших решений или влияния на этот процесс.

В жесткой вертикали власти правила занятия тех или иных постов не очень прозрачны и закрыты для людей, которые считают себя достойными давать советы и участвовать в принятии решений. Вертикаль с непрозрачными правилами продвижения внутри нее отсекает большое количество харизматичных и политически активных людей и вызывает их протест.

Необходимость диалога с обществом в Москве понимают и делают определенные шаги в этом направлении. Например, проводится конкурс «Лидеры России», где можно достаточно открыто принять участие, и большинство участников доверяют его итогам.

В Администрации президента России содействуют или не мешают возникновению политических партий, которые признают правила игры и не пытаются их поменять. Поэтому мы наблюдали за деятельностью таких партий, как «Новые люди» в Нижнем Новгороде или «За правду» в ряде других регионов.

По моему мнению, в Московском Кремле не ставят задачу полностью зачистить политическое поле под «Единую Россию». Там понимают необходимость ведения диалога, но при этом стремятся перевести его в удобное для себя русло.

Ситуация в Нижнем Новгороде имеет свои особенности. Прошедшие в середине сентября выборы в городскую думу показали, что диалог региональной власти с обществом не выстроен. Основываясь на этом, политические партии, которые ставят под сомнение действующие правила игры, пытаются использовать сложившуюся ситуацию для набора политических очков.

Читайте также: 2/3 мест в думе Нижнего Новгорода займут кандидаты от «Единой России»

Заседание городской думы Нижнего Новгорода
Заседание городской думы Нижнего Новгорода
Gordumannov.ru

Проблема для власти не в том, что в городскую думу прошли бы два-три кандидата от партии «Яблоко». Проблемы в том, что они пытались делегитимизировать прошедшие выборы, указывая (не так важно, справедливо или нет, но важно, что достаточно убедительно) на то, что использование административного ресурса выходило за рамки приличия.

Источник конфликта в том, что власть хотела бы использовать механизмы демократии для вовлечения населения в обсуждение «низовых» проблем, до которых «сверху» не дотянуться. Ведь из Московского Кремля каждый двор в Нижнем Новгороде не благоустроишь. То есть власти заинтересованы в развитии демократии, но так, чтобы она не покушалась на выработку федеральной политики, на основополагающие механизмы нынешнего политического режима.

А оппозиция как раз использует проблемы «низкого уровня» для того, чтобы раскрутить свою повестку о нелегитимности нынешнего режима и о необходимости смены политической системы.

Почему волна обысков зацепила сотрудников «МБХ-медиа» и представителя Храма летающего макаронного монстра?

Организацию «МБХ-медиа», финансируемую Михаилом Ходорковским считают недружественной, и поэтому силовые структуры придирчиво относятся к любым действиям ее представителей.

Алексей Садомовский как активист свою непримиримую позицию многократно озвучивал, и сейчас нужно внимательно изучать, что ему инкриминируют. Зампредседатель отделения партии «Яблоко» старательно разрушает попытки нарисовать благостную картину сентябрьских выборов в Нижегородской области. В случае своей победы на выборах, Садомовский, скорее всего, не стал бы вписываться в сложившуюся систему принятия решений в городской думе, а стал бы ее разоблачать и пытаться реформировать.

Но власти хотели бы, чтобы борьба велась в рамках чисто городских интересов и не выходила на уровень борьбы разных идеологий.

Михаил Иосилевич, представитель нижегородского Храма летающего макаронного монстра, тоже давний и весьма активный оппозиционер. Он с большим креативом смог воспользоваться гарантиями религиозной свободы, представив свою политическую активность в качестве как бы религиозной деятельности. Но поскольку он постоянно взаимодействует с оппозиционными активистами и помогает в организации их мероприятий, правоохранительные органы постоянно обращают на него внимание.

Михаил Ходорковский
Михаил Ходорковский
Митя Алешковский

ИА REGNUM: Почему работа с оппозиционными активистами приобрела форму обысков в их домах?

Почему правоохранительные органы выбрали ту или иную форму действий, сейчас остается только предполагать. Мы не знаем, в связи с чем были произведены эти действия. Не знаем формулировки, а значит, действия силовиков прогнозировать не можем.

Чем продиктована такая острая реакция? В Нижнем Новгороде есть два ключевых момента, которые необходимо учитывать.

Во-первых, продолжающееся снижение явки на местных выборах. На выборах в гордуму Нижнего Новгорода проголосовало очень небольшое количество нижегородцев.

Активность электората продолжает снижаться. Это всегда на руку оппозиции потому, что недовольные люди ведут себя активнее довольных. Те, кого более-менее все устраивает, как правило, не встают с дивана и не идут на избирательный участок. Им и так хорошо.

Читайте также: Эксперт назвал три причины низкой явки на выборах в Нижнем Новгороде

Второй важный момент связан с тем, что в Нижнем Новгороде предпринималась попытка наладить диалог власти и общества. Ее начинал экс-мэр Владимир Панов. Он встречался с жителями, брал с собой сотрудников своей администрации, чтобы они общались с населением и отвечали на вопросы граждан, фиксировали жалобы и потом их отрабатывали. Панов требовал, чтобы подобную работу проводили главы районов.

Сейчас, когда Панов ушел, в администрации не осталось никого, кто взял бы на себя ответственность за налаживание диалога с общественностью. И, видимо, на этом фоне кто-то посчитал, что с оппозицией не надо церемониться, не надо вести диалог, а можно давить все, что не вписывается в благостную картину.