Экономические последствия пандемии коронавирусной инфекции подталкивают страны ЕС к поиску новых методов достижения экономической устойчивости. Европа выбрала так называемый зеленый путь, предполагающий снижение выбросов углеродов в атмосферу до нулевого показателя. Цена вопроса высока настолько, что Зеленое соглашение ЕС вызвало критику со стороны стран Восточной Европы, входящих в блок, — для них оно может оказаться непосильным. На фоне кризиса, вызванного вспышкой СOVID-19 на всем земном шаре, предлагаемые Еврокомиссией меры и вовсе могут стать губительными для некоторых восточноевропейских стран. Но, несмотря на такие пессимистичные оценки, комиссар по вопросам экологической политики в Европе Франс Тиммерманс в своем выступлении на конференции, посвященной новой стратегии европейской Зеленой сделки в связи с кризисом, вызванным COVID-19, озвучивает новые, еще более амбициозные цели ЕС по сокращению выбросов СО2 к 2030 году.

Об этом пишет Фредерик Симон для EURACTIV.com в своей статье «Тиммерманс защищает амбициозные цели ЕС по изменению климата»

«Если европейское Зеленое соглашение играло существенную роль в экономике до кризиса, вызванного распространением COVID-19, то теперь оно играет ещё более серьёзную роль, потому что оно поможет перезагрузить экономику», — сказал Франс Тиммерманс, вице-президент Комиссии ЕС, отвечающий за климатические меры.

В своем выступлении во вторник, 1 сентября, Тиммерманс подтвердил, что Брюссель будет продолжать движение к новым климатическим целям, заявив, что задача на этот месяц будет заключаться в согласовании целей ЕС на 2030 год с долгосрочной целью Евросоюза — стать углеродно-нейтральным к 2050 году.

«Очень скоро мы предложим новые цели по выбросам к 2030 году», — сказал Тиммерманс, объявив о ряде новых политических предложений, которые должны появиться осенью, в том числе о реновации зданий и о морской энергетической стратегии, которые позволят стимулировать использование возобновляемых источников энергии, таких как морской ветер.

Предложение будет сопровождаться подробным экономическим анализом оценки затрат и прибыли от сокращения выбросов парниковых газов в ЕС на 50% или 55% по сравнению с уровнем 1990 года к 2030 году (в настоящее время этот показатель составляет 40%).

Этот анализ затрат и прибыли или «оценку воздействия», по терминологии ЕС, с нетерпением ждут те страны ЕС, которые стали тщательно учитывать затраты на климатические меры из-за рецессии экономики, вызванной COVID-19.

В июле этого года группа из шести восточных стран ЕС (Польши, Словакии, Болгарии, Венгрии, Чехии и Румынии) направила в Еврокомиссию письмо с предупреждением о том, что климатические цели ЕС повлекут для них дополнительные расходы, так как эти государства сильно зависят от таких «грязных» отраслей, как уголь.

«Прежде всего, оценка воздействия должна быть реалистичной, — заявили министры окружающей среды шести государств. — Мы переживаем глобальную пандемию, которая не только не закончится в ближайшее время, но могут появиться и другие. Теперь мы живём в других условиях, поэтому и оценка воздействия должна проводиться исходя из новой реальности».

Но Тиммерманс опровергает эти утверждения.

«Цена действий по борьбе с изменением климата может быть высокой, но борьба замедляется из-за бездействия», — заявил он, говоря о штормах, наводнениях и тепловых волнах, которые становятся всё более частыми и наносят тяжелый урон экономике.

«Зеленый курс — это новая стратегия роста Европы», — подчеркнул вице-президент Еврокомиссии, повторив новую мантру руководства ЕС о том, что экономический рост и экологическая политика «идут рука об руку».

Тиммерманс напомнил, что согласно Плану восстановления ЕС, который был согласован лидерами ЕС в июле, Европа сможет потратить на перезагрузку экономики €1,8 трлн, и 30% этой суммы будет направлено на борьбу с изменением климата. Он настаивает на том, что эти деньги должны быть потрачены «ответственно», так как эти суммы будут «взяты в долг у следующих поколений», которым придется расплачиваться за него.

«Тратить их на свое будущее, а не на наше прошлое — моральный долг и вопрос экономического здравого смысла», — сказал вице-президент Комиссии.
«Это плохое экономическое решение — тратить деньги на то, чтобы вещи оставались такими, какие они есть, когда вы знаете, что в ближайшем будущем вам снова потребуются деньги, чтобы изменить свою жизнь», — сказал он, предупредив, что это будет «расточительно и даже безответственно», поскольку новые деньги могут стать недоступными в мире, обремененном долгами после COVID-19.

Тиммерманс заверил, что деньги будут потрачены и на первоочередные задачи кризиса, но мы должны избегать ловушки, в которую попали после предыдущего финансового кризиса, когда деньги были потрачены на восстановление статус-кво, а не на инвестирование в отрасли будущего.

Затем он приоткрыл завесу над предстоящей оценкой воздействия в соответствии с новой целью ЕС по снижению выбросов на 50−55% к 2030 году, что должно поддержать устойчивый экономический рост.

«Увеличивать наши амбиции, особенно сейчас, имеет смысл», — подчеркнул он, сказав, что «ограничения целевых показателей из-за того, что мы не можем себе этого позволить в данный момент, — это самый верный способ не иметь возможности позволить себе это и в будущем.
Мы должны твердо стоять на своем и делать всё правильно с самого начала. По мере роста давления мы должны продолжать сопротивляться искушению вкладывать деньги в углеродную экономику, которой скоро придёт конец».

Читайте ранее в этом сюжете: Углеродный налог ЕС: какие отрасли экономики РФ понесут ущерб

Читайте развитие сюжета: Банк Ирландии запускает схему размещения «зеленых» облигаций