Marek и Ewa Wojciechowscy
Лодзь

За пределами Польши известны Варшава и Краков. Эти города хорошо знают, что такое быть столицей страны. Краков исполнял столичные функции с 1038 по 1596 год, Варшава оказалась центром Речи Посполитой в 1596 году и является ею сегодня. Однако было в польской истории короткое время, когда фактической столицей являлась Лодзь, которая чуть было не закрепила эту функцию официально. Но ей помешали, причем сделала это Москва.

«Лодзь сосредотачивает на себе внимание, прежде всего, как земля обетованная XIX века и польский Клондайк, — пишет о городе известный лодзинский историк Пжемыслав Вайнгертнер, автор книги «Четвертая столица. Как Лодзь правила Польшей (1945−1949)». — Это колыбель великих состояний и сказочных карьер промышленников, банкиров и торговцев; жемчужина в короне Романовых; мощный производственный центр, самый быстрорастущий город во всей Российской империи; знаменитый плавильный котел наций и религий, но и «злой» город, где во второй половине XIX века рядом с богатством и роскошью соседствовали страдания и трудности сосуществования различных народов и социальных групп, переживавших приступы этнической, религиозной и классовой неприязни. Между тем в свете необычных процессов, удивительных прорывов и драматических поворотов, дальнейшая судьба «города-лодки» заслуживает того, чтобы ее называли настоящим феноменом. Это полностью оправдывается бурной историей многонационального и мультикультурного сообщества Лодзи, связанной с быстрыми демографическими изменениями; результатом колебаний политических симпатий ее жителей; судьбой города как центра текстильного производства и менее известным ее лицом как столицы польской культуры после Второй мировой войны».

Krzysztof Niewiadomy
Лодзь

Лодзь в Российской империи

Основание Лодзи датируется XIII веком, однако статус города она получила только в 1423 году. Расположенная в 120 километрах от Варшавы, долгое время была как бы в тени своей величавой соперницы. В 1534 году в Лодзи проживало всего 150 человек, увеличилось оно вдвое, до 300 человек, лишь в 1777 году. И тут не было бы счастья, да несчастье помогло. После разделов Речи Посполитой на попавший в русскую часть город делает ставку царская администрация, определив ее в качестве текстильного центра империи. Население Лодзи растет, как на дрожжах. В 1820 году его насчитывалось 760 человек, в 1830 году — почти 4,5 тысячи, в 1840-х годах — более 15 тысяч, в начале 1860-х — 40 тысяч, на рубеже XIX и XX веков — около 300 тысяч, а в 1914 году удвоилось и составило 600 тысяч человек. Социальную ткань Лодзи ткали добрые поляки-католики, мастеровитые немцы-протестанты и ортодоксальные евреи-банкиры. Город расцветал в Российской империи, которая охраняла и поддерживала на всем своем пространстве многонациональное и многоконфессиональное разнообразие. Лодзинские ткачи стали известным брендом, успешно конкурируя, а то и подавляя своих коллег из внутренних русских губерний. Вполне возможно, что Лодзь в итоге превратилась бы в крупнейшую российско-европейскую промышленную метрополию, но жесточайший удар по ней нанесла Первая мировая война. Из-за наступления Германии город покинули сначала русские. Затем немецкие оккупанты вывозили лодзинцев для работ в Рейхе. В результате миграционной катастрофы население Лодзи на момент 1918 года вернулось на уровень чуть более 300 тысяч человек.

Лодзь. Фабрика. 1896

Вернуться к довоенной численности удалось только накануне 1939 года. Но тут началась Вторая мировая война, которая нанесла по городу новый удар. Главными и единственными бенефициарами новой немецкой оккупации, уже нацистской, оказалось немецкое население Лодзи, приветствовавшее приход «исторической родины». Нацисты активно проводили политику репрессий против евреев и поляков. Десятки тысяч лодзинских евреев отправились в газовые камеры Аушвица, были убиты 30 тысяч поляков. На момент января 1945 года, когда к городу подступили части Красной армии, численность ее населения снова упала до 300 тысяч. После освобождения Лодзи часть местных немцев советская администрация отправила на принудительные работы в СССР. Остальных репатриировали из Польши в Германию, последний транспорт отправился туда в конце 1950 года. Восполнение горожан после войны шло за счет переезда сельчан, одновременно домой возвращались высланные на трудовые работы в Третий Рейх горожане. Во второй половине 1945 года постепенно стала расширяться и еврейская община Лодзи, составив спустя полгода почти 30 тысяч человек. Но евреи надолго не задержались в городе. И в итоге послевоенная Лодзь превратилась в город преимущественно мононациональный и моноконфессиональный, польский и католический.

Лодзь. Еврейское гетто. 1941

Битва с Варшавой за столичный статус

Однако ее судьба могла быть иной. Еще во время войны Лодзью серьезно заинтересовалось созданное в 1944 году в Люблине временное коммунистическое правительство. Причины были следующие. Во-первых, город не так пострадал во время боевых действий, как Варшава, от которой камня на камне не осталось. Помимо того, после уничтожения нацистами евреев и последующей депортации немцев в городе образовалось много свободной жилой площади, чего не было в столице. Во-вторых, остались сравнительно неповрежденными транспортные коммуникации, да и само географическое расположение Лодзи в центре Польши представлялось довольно выгодным. В-третьих, хотя город и не был «прокоммунистическим», она имела имидж родины социалистического движения, в отличие от «буржуазной» Варшавы и «консервативно-националистического» Кракова. Идею сделать Лодзь новой столицей новой Польши лоббировал какое-то время президент Государственного национального совета Болеслав Берут. Как вспоминает сын послевоенного премьера Польши Михал Осубка-Моравски, ссылаясь на ужасающие разрушения Варшавы, Берут предлагал наделить Лодзь столичным статусом. Но в Москве решили иначе. В январе 1945 года Иосиф Сталин передал свои пожелания польским коммунистам: восстановить столицу, которая была. Отказать Сталину было невозможно.

Разрушенная Варшава. Январь 1945

Почему кремлевский горец пошел на это? Причин у него могло быть множество. В том числе, на наш взгляд, вождь Советского Союза мог задумываться о том, какое физическое наследие он оставит после себя в Польше. В относительно целой Лодзи здания подлежали ремонту, а вот Варшаву застраивали заново, что называется, с чистого листа. В мае 1952 года в столице началось возведение Дворца культуры и науки, самого высокого здания в Польше на сегодня, которое собрало стили как сталинского неоампира, так и польского историзма. Возвышается над Варшавой эта «сталинская высотка» и по сей день. Автор этих строк, будучи в польской столице, наблюдал ее своими глазами и должен признать, что она до сих пор производит впечатление, хотя нынешние власти стараются окружить Дворец новыми небоскребами, чтобы хоть как-то визуально принизить его, а некоторые политические силы призывают снести это творение архитектурной мысли во имя отказа от «сталинского наследия». Так или иначе, но уже в 1945 году в Польше появляется Бюро капитального ремонта (BOS), которое поляки расшифровали как «Боже, восстанови столицу». А 3 июля 1947 года был принят закон о реконструкции Варшавы и образован Высший совет по ее восстановлению под руководством премьер-министра Юзефа Циранкевича.

Maksym Kozlenko
Дворец культуры и науки в Варшаве

Будущее

Тем не менее после войны Лодзь долгое время была научной и культурной столицей Польши. Здесь располагались штаб-квартиры польских издательств, жили писатели, действовали театры. Начиная с 1945 года в городе учреждаются университет и многочисленные институты, типографии, киностудии документальных и художественных фильмов, филармония, центр радио и телевидения. В пиковом 1988 году население Лодзи составило 854 тысячи человек. Однако после краха Польской Народной Республики значение города и численность горожан стала неуклонно падать. На момент 2019 года в ней проживало 680 тысяч человек, и прогнозы — неутешительные. Некоторые лодзинцы считают, что Варшава так и не простила их городу попытки отнять у нее столичный статус. Они напоминают, что восстановление Варшавы после войны шло в том числе за счет «лодзинских кирпичей», что столица сознательно тормозила переоснащение лодзинских заводов и фабрик, а режиссер Анджей Вайда в течение многих лет требовал ликвидации Лодзинской киношколы и ее перевода в столицу. Местное самоуправление Лодзи, конечно, пытается развернуть вспять негативные тенденции. Но получится ли это у него? До сих пор развивать этот польский город за короткие сроки удавалось только русским.