Китай оказался первым, кто пришел на помощь пораженным эпидемией коронавируса итальянцам, которых на сегодня скончалось от этой болезни больше, чем самих китайцев. Как замечает чешский аналитик Тереза Спенцерова, «Китай в Европе помогает, в отличие от Европейского союза или наших союзников за Атлантикой, поэтому, как я думаю, в Италии или Испании популярность Китая значительно возрастет». И это нравится не всем. С одной стороны, европейцы задаются вопросом, есть ли в мире вторая такая страна, как Китай, которая способна продемонстрировать такую же степень быстрого реагирования, как, например, строительство и ввод в эксплуатацию новых больниц. С другой стороны, растут подозрения. Ведь, замечает один из экспертов, сегодня китайцы «делают это из-за пандемии, а завтра смогут осуществить это же для совершенно других целей».

Китай
Китай
Иван Шилов © ИА REGNUM

Понятно, когда подобные вопросы задают светские политологи. Удивительно, когда в стилистике силового мышления и геополитического противостояния начинают думать церковные люди. Как, например, на днях это сделал главный редактор информационного агентства Папского института заграничных миссий AsiaNews отец Бернардо Червеллера. Он решил вспомнить слова Христа о том, что «когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди». Эти стихи приходят ему на ум, когда он видит, как много места «отводится в наших местных газетах и новостных программах так называемой китайской «помощи» Италии в борьбе с эпидемией коронавируса». Ведь Китай является «самой атеистической страной в мире», и поэтому от него трудно ожидать следованию Евангелию, что заставляет «нас усомниться в гигантской рекламной кампании». Значит, у Пекина есть какие-то другие цели. Какие?

Часовой на площади Тяньаньмэнь перед портретом Мао Цзэдуна
Часовой на площади Тяньаньмэнь перед портретом Мао Цзэдуна
Luo Shaoyang

По версии отца Бернардо, китайцы предлагают себя не только в качестве «модели» в борьбе с коронавирусом, но и в качестве «модели общества». До сих пор были экономисты и предприниматели, которые аплодировали Пекину за его экономическую успешность, сейчас появляются те, кто аплодирует Китаю за победу над болезнью. Отсюда появляется вывод, что «диктатура лучше демократии», и это беспокоит итальянского католического священника. В том числе потому, что власти Италии пошли на закрытие храмов и отмену служения месс, что делает европейскую страну сродни Китаю. «Позором» он называет и поспешное согласие Католической церкви в Италии с правительственными решениями. В то время как в США, где часть епархий следовали «китайскому образцу», а часть увеличили частоту месс, сохраняются и дискуссии, и защита религиозной свободы. «Наша единственная надежда заключается в том, что Европа не будет следовать «китайской модели» и в этом тоже», — заключает главный редактор AsiaNews.

Есть то, с чем можно согласиться. Мы тоже считаем, что итальянский епископат слишком сильно подул на воду, даже не обжегшись на молоке, когда пошел на поводу правительства. В итоге вмешаться пришлось папе Римскому Франциску. Напомним, что 12 марта вышел декрет кардинала-викария Римской епархии Анджело Де Донатиса, который предписал закрытие всех храмов на территории епархии до 3 апреля. Но уже 13 марта монсеньор после разговора с понтификом пересмотрел свои взгляды, дав согласие на открытие приходских храмов, а также приравненных к приходам «миссионерских центров». Однако что в первом случае, что во втором вряд ли кардинал Донатис и папа Франциск держали в уме «китайские модели». Поэтому возникает вопрос, чем руководствовался отец Бернардо, вписывая Пекин в свое уравнение. Он сам и его издание последовательно критикуют курс Святого престола на расширение диалога с Китаем, в том числе заключенное в 2018 году временное соглашение между Ватиканом и КНР. Помощь, которую сегодня оказывают китайцы итальянцам в борьбе с коронавирусом, подрывает позиции критиков и дает преимущество Франциску и его команде. Ведь их настрой на общение с Пекином вполне мог стать одним из аргументов для китайского руководства в оказании содействия Италии. Это первое.

Второе. Евангелие содержит и такие слова Христа: «Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов — по левую. Скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне. Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили? когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели? когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».

Статуя Святого Петра. Сен-пьер. Ватикан
Статуя Святого Петра. Сен-пьер. Ватикан

Добавим, что в Евангелии очень редко говорится о политическом устройстве мира. Мало были озабочены демократией и правами человека первые апостолы на заре распространения христианства. Не потому, что пресмыкались перед властями и существующим строем. Всё-таки апостол Павел, призывая рабов не смущаться своим состоянием, тут же продолжал: «Но если и можешь сделаться свободным, то лучшим воспользуйся». Однако главными в Евангелии остаются слова о милосердии и милости, в ряде притч Христос показывает, как должны вести себя люди по отношению к тем, кто попал в беду. Какими бы ни были мотивы китайцев, помогая итальянцам, они, возможно, неосознанно, стимулируют переосмысление христианства, его приоритетов, среди которых религиозная свобода далеко не в первых рядах, хотя, безусловно, и важна.