Бывший министр иностранных дел Грузии Тедо Джапаридзе выступил в авторитетной турецкой газете Daily Sabah с большой статьей, в которой рассматривает проблемы грузино-турецких отношений. Автор объясняет, что побудительной причиной для этого стали итоги недавнего визита на Украину президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, в ходе которого, по оценке определенных кругов в Тбилиси, стали просматриваться элементы «новых общих стратегических целей Турции и Украины в регионе Черного моря».

Грузия
Грузия
Иван Шилов © ИА REGNUM

Но о Грузии в Киеве турецкий президент «почему-то» забыл, и Джапаридзе решил ему напомнить. При этом он выставляет следующие позиции: между Грузией и Турцией существует «общая граница огромного геополитического значения», по Грузии проходит «первая линия общей обороны против посягательств со стороны тех, кто не разделяет нашу концепцию мирного региона». Поэтому Тбилиси «благодарен Анкаре за поддержку ее членства в НАТО, что превращает две страны в союзников и позволяет сфокусировать внимание на разработке целей и стратегий для обеспечения безопасности нашего общего морского фронта на Чёрном море, на котором только Грузия находится между Россией и Турцией». Надо отдать должное Джапаридзе, который прочувствовал ситуацию, связывая ее с ходом событий в Сирии и намерениями Эрдогана ввести «новые принципы и основания для политического позиционирования своей страны с учетом складывающегося соотношения сил (correlation of forces) и новыми вызовами для интересов Турции по многим направлениям», включая и Закавказье.

Кстати, на днях министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу в интервью немецкому изданию Bild заявил, что «Анкара всегда поддерживала тему вступления Грузии в НАТО, однако Берлин и Париж обходят эту тему, чтобы не портить отношения с Россией». Выходит, что Анкара на этом направлении не опасается портить отношения с Москвой, что может восприниматься как стремление разыграть в своих интересах грузинскую карту, действовать на упреждение. Потому что определенные политические изменения в Грузии могут сказаться на существующем альянсе Турция — Грузия — Азербайджан, в котором Тбилиси занимает центральное место, так как через грузинскую территорию проходят все транспортные и энергетические коммуникации, связывающие Турцию с Азербайджаном. В геополитическом отношении этот мост не является устойчивым. Другого нет из-за фактора нагорно-карабахского конфликта.

Грузия и НАТО
Грузия и НАТО
Mod.gov.ge

Анкара понимает, что в сложившейся ситуации, когда у нее самой ворох проблем с НАТО, выступить в роли главного медиатора между Тбилиси и Брюсселем ей не удастся, как не получится и создать в закавказском христианском государстве геополитический центр со своим и азербайджанским участием, взять на себя роль доминанты в Закавказье. Да и сам альянс Баку — Тбилиси — Анкара напоминает «союз хромых»: Азербайджан и Грузия утеряли контроль над частью своих территорий, Турция находится на пороге появления курдского государства, которое может охватывать и часть ее территории. Поэтому она пытается нейтрализовать угрозы, играя на фланговых обострениях, выходя, возможно, на какие-то геополитические торги с Россией. Однако чем дальше в лес — там больше дров. В Грузии не все думают так, как Джапаридзе, потому что и там стала просыпаться национальная историческая память, говорящая о нахождении в составе Турции исторических земель Грузии, начиная с Ризе (родина Эрдогана — С.Т.) и заканчивая Тао-Кларджети.

Как пишет один грузинский эксперт, «раньше об этом трудно было думать, сегодня можно и нужно, что обусловлено многими новыми геополитическими обстоятельствами, появившимися на Ближнем Востоке». Стали появляться публикации о необходимости пересмотра Карского договора 1921 года, который «безнадежно устарел». На днях грузинский политолог Давид Акубардия раскритиковал президента Азербайджана Ильхама Алиева за «сказочные» высказывания в Мюнхене о «древнем» Азербайджане, призвав грузинское сообщество задуматься над его словами о том, что «Азербайджан — это албанская территория», вспомнил о проблемах расположенного на границе с Азербайджаном грузинского монастырского комплекса Давида Гареджи. Он отметил, что на территории Кавказской Албании «проживало множество народов, и ее западные области были грузинскими».

Граница ЗСФСР и Турции по Карсскому договору
Граница ЗСФСР и Турции по Карсскому договору

Самое интригующее в том, что Анкара и Баку, обосновывающие свои национальные интересы с помощью исторических аргументов, стали всё больше и больше сталкиваться с аналогичными действиями со стороны других стран, включая Грузию и Армению. Вот почему вялотекущая экспансия Турции в Грузии, особенно заметная в Батуми, при определенной смене вектора во внешней политике может превратиться для Анкары в обоюдоострый меч, и его так называемая «мягкая сила» станет действовать в обратном направлении. Правда, объективности ради отметим, что в Грузии есть и такие, кто ратует — пока не поздно — за вступление в НАТО на любых условиях, не дожидаясь, «пока развалом страны воспользуются азербайджанцы и армяне». Анкара, Баку и Тбилиси чувствуют, что в регионе формируется новая геополитическая реальность. Тот же Чавушоглу заявил, что «в глобальной мировой системе вес и влияние Запада» стали падать, равно как «падает к нему доверие», а «мировой силой становится Азия».

Позади себя на Ближнем Востоке этот Запад оставляет хаос и разрушения, что стали ощущать страны Закавказья, особенно Грузия и Азербайджан, которые не успели или не смогли «переиграть» историю, привести ее толкование в соответствие с новой политической конъюнктурой. Но в регионе победит тот, кто умеет ждать и соответственно выстраивает гибкую политику, доводя ее до логического конца. Пока же мы наблюдаем то, как Анкара пытается затянуть грузинскую петлю, сама в ней находясь, не выучив иракские или сирийские уроки. Как ни парадоксально, такому ходу событий Москва должна аплодировать, ведь за нее в регионе выполняют всю «черную работу». А Грузия запуталась, не зная, кто у нее «первый господин» — Турция, США или Европа.