В понедельник, 27 января, министр обороны Франции Флоренс Парли встретилась со своим американским коллегой Марком Т. Эспером, чтобы заставить Пентагон продолжать оказывать помощь — включая воздушную заправку и разведывательное сопровождения театра оперативных действий — 4500 французским военнослужащим, дислоцированным в Западной Африке, формально действующим там против террористических группировок, связанных с «Аль-Каидой» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «Исламским государством» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

Брифинг Марка Эспера и Флоренс Парли по итогам переговоров
Брифинг Марка Эспера и Флоренс Парли по итогам переговоров
Иван Шилов © ИА REGNUM

«Формально», потому что мы уже не раз рассказывали читателям о том, что элита африканских стран, прежде всего военная элита, крайне раздражена пассивностью французов в ситуации, когда регулярные армии африканцев несут серьезные потери в войне с террористами. Раздражена настолько, что уже открыто поддерживает требования политиков разных стран «призвать русских, чтобы они сделали, как в Сирии, вместо французов».

Вот характерный, типологический пример.

Еще в прошлом году, 8 ноября, в Бамако, столице Мали на манифестацию собралось несколько тысяч человек, чтобы выразить свою поддержку национальной армии, пострадавшей от двух террористических атак исламистов за один месяц.

Военным Мали действительно не помешает общественная поддержка — малийская армия потеряла за несколько недель до этого сотню солдат в двух самых смертоносных атаках джихадистов за последние годы. Сами по себе атаки террористов решающего военного урона не приносят, но их неотвратимость и, главное, отсутствие какого-то реалистичного подхода к искоренению террористов вызывает скепсис не только в малийских элитах, но теперь уже и в силовых структурах страны.

«Я поддерживаю свою армию», «Малийская армия борется за то, чтобы спасти страну» и «Мы должны предоставить необходимое людям, защищающим нас от террористов» на транспарантах. Присутствуют и скорбящие вдовы солдат, одетые в черное. С политтехнологической точки зрения перед нами обычная патриотическая, даже скорее лоялистская манифестация.

По данным организаторов, участников насчитывалось 5000 человек, а по данным полиции — 3500. Для Мали — довольно серьезное событие в ряду тех, что формально организованы гражданским обществом. Лоялистское событие.

А вот дальше что-то пошло не так.

Малийские военные
Малийские военные

Постепенно выступающие сместили контексты с темы поддержки армии на тему бессмысленности французского и ооновского контингентов в Мали и требование обратиться к России за военной помощью. И если недовольство чересчур развитым чувством самосохранения миротворцев высказывалось уже не раз, то тема призыва к русским «выдавить террористов из Мали, как вы сделали это в Сирии», — политическая новация для Мали, возникшая впервые.

«Мы требуем ухода ООН и французских войск. Если они не могут вмешиваться [в военные операции] против террористов, им здесь не место. Мы призываем русских приехать», — наиболее четко с трибуны сформулировал тезис Усман Кулибали, один из активистов гражданского общества.

В макрорегионе Сахель находится 11 200 миротворцев ООН. Но именно что «находятся» — никакой практической пользы от этой немалой военной силы в противостоянии исламистам нет. Они просто для этого не предназначены — их задача стоять барьером между армиями государств, а не между армиями государств и террористами.

До митинга 8 ноября единственной системной силой малийского политикума, выступающей против иностранного вмешательства в кризис, была партия «Африканская солидарность за демократию и независимость» (АСДН). Ее лидер Умар Марико неоднократно присутствие иностранных войск (в том числе контингента ООН) называл проявлением неоколониализма.

Сразу же после митинга в столице Умар Марико сделал специальное видеозаявление, где сказал, что Россия может помочь только поставкой вооружения и подготовкой военных специалистов — потому что правительство Мали связано с Парижем соглашением о военном сотрудничестве. «А жаль…» — театрально грустил на камеру осторожный Марико.

В общем, интрига возникла. Требование призвать русские войска стало за эти месяцы основным инструментом давления на президента Кейту, просто по должности вынужденного быть на стороне миротворцев ООН. А недовольство ими населения все возрастает… А легенды об успехах русских в Сирии в войне против халифата распространяются по Африке со скоростью урагана…

Серьезные аналитики российской и африканской политики не рассматривают вероятности, что русские в Мали придут армейскими подразделениями. Но они согласны в том, что русское военное присутствие в стране — на уровне инструкторов, расширения поставки вооружений и, более чем вероятно, появления здесь русских ЧВК — становится не просто возможным, а вероятным. Очень влиятельные силы в малийской политической (и военной) элите уже готовят для этого общественное мнение.

Умар Марико
Умар Марико
Farafi net.com

Мы подробно рассказывали о планах нового главы Пентагона выполнить стратегическую установку президента Трампа и переориентировать американскую военную машину на задачи противостояния Китаю и России с задач погони за тенью террористов по миру, для чего резко сократить американское военное присутствие на прежде приоритетных театрах, в Африке в частности. Столь же подробно мы рассказывали и о том, что оппоненты Трампа — и в Сенате, и в Конгрессе, и среди республиканцев, и среди демократов — объединились вокруг конгрессмена из Мэриленда Энтони Г. Брауна, заместителя председателя комитета палаты представителей по вооруженным силам, в попытке противостоять этой стратегии.

«Выход из континента определенно ободрит и Россию, и Китай», — писали уже в этом месяце Эсперу сенаторы Линдси Грэм, республиканец из Южной Каролины, и Крис Кунс, демократ из Делавэра. По их словам, поддержка сил США в Африке «служит проверкой [твердости Америки]» против тех соперников, которые расширяют свое влияние на континенте. «Любой вывод наших войск будет недальновидным, может подорвать способность Африки выполнить свою миссию и, как следствие, нанести ущерб национальной безопасности», — высказался в своем заявлении почти одновременно с Грэмом и Кунсом сенатор Джеймс М. Инхоф из Оклахомы.

И вот в этих двух встречных процессах — стремлении африканских элит призвать русских военных вместо французов «сделать как в Сирии» и стремлении американских политиков не дать Трампу вывести войска из Африки — кроются истоки постоянно «обнаруживаемых» армий русских наемников то в Мозамбике, то в Ливии, то в Сахеле…

«Тайные армии русских наемников» нужны американцам. «Тайные армии русских наемников» желанны африканским генералам и политикам. Ну как им в такой ситуации не появиться…

В реальности же аналитики, разумеется, обращают внимание на усиление русского военного присутствия на континенте — и профессиональных военных, и частных военных кампаний. Легального, на основании соглашений с признанными правительствами стран континента — и очень компактного по кадрам. Русское (и китайское тоже) военное присутствие носит структурно другой характер, чем американское или французское, — это специалисты, техника, инструкторы, военные инженеры, штабные офицеры и разведка, — а не американские части Джи Ай или французский 5-й смешанный полк марин из Джибути.

И, как показывает африканская практика, такое интеллектуализированное военное присутствие куда эффективней.

Ну, а журналисты все будут искать тайные эскадроны русских казаков и циньские пластунские полки в Сахеле и на берегах Нигера. Потому что на них есть спрос.

Аналитическое бюро «RE:Ports»

Подробности и другие материалы смотри здесь, подписка бесплатна: https://t.me/tamtamreports

Читайте ранее в этом сюжете: Макрон осудил антифранцузскую критику в регионе Сахель

Читайте развитие сюжета: Кого ждет Африка вместо американцев: «жнецы» улетают