Русская Арктика оживает, создается инфраструктура Севморпути, успешно развивается проект «Ямал СПГ», возвращается на Крайний Север Министерство обороны России.

Русская Арктика
Русская Арктика
Владимир Станулевич © ИА REGNUM

Но проблемы времен бегства отсюда государства в 1990-е годы и торжества «рыночного фундаментализма» — неизмеримо больше ростков положительных изменений.

Россия лидирует по численности арктического населения и производимому здесь валовому продукту, но доходы населения по паритету покупательной способности отстают от арктических регионов Дании — в два раза, Норвегии и Канады — в три раза, США — в четыре раза (1). Сейчас северянам не доплачивают, хотя в СССР северные зарплаты были самыми высокими в стране.

Состояние инфраструктуры можно оценить по развитию в российской Арктике дорог. С твердым покрытием их в Мурманской области — 73,1%, в Архангельской области — 54,3%, в Ненецком АО — 14,3%. Плотность автодорог в Таймырском АО в 350 раз меньше среднего показателя по РФ, на Чукотке меньше в 46,2 раза, в Ненецком АО — в 33,6 раза (2).

На Севере, как нигде в РФ, обостряются климатические проблемы. 60−65% России расположено на вечной мерзлоте, и это в первую очередь Русская Арктика. Зимой 2019−2020 годов зафиксировано рекордное превышение среднегодовых температур зимы, на 12 градусов. Это значит, что в ближайшие годы следует готовиться к техногенным ЧП, финансовым вливаниям в их устранение и необходимости подключать к решению проблем науку — с соответствующим финансированием.

Таймыр
Таймыр
Кирилл Уютнов

Именно здесь накапливаются международные проблемы, связанные с расширением судоходства по Севморпути и освоением углеводородов на шельфе. В октябре 2019 года министерство обороны США представило «Арктическую доктрину», в которой обозначена цель: «развертывание более смертоносной, устойчивой, гибкой боевой группировки, способной обеспечить конкурентное преимущество в этом ключевом регионе (Арктике)». В сочетании с требованиями США передать Севморпуть под международную юрисдикцию, подкрепленными заявлениями американских военных о готовности применить силу, следует ждать внешних попыток дестабилизации Русской Арктики, например в области межнациональных отношений.

Решать эти проблемы можно только с лидирующей ролью государства. Как это делается?

Из 22 проектов создания особых экономических зон лишь один запланирован в Арктике (порт и город Мурманск), из девяти территорий опережающего развития в Арктике планируется только две (Анадырский район и город и Мурманск), из 25 программ развития территориальных кластеров только один в Арктике (судостроительный кластер Архангельской области), из Программы поддержки инвестиционных проектов из 42 принятых только два по развитию Арктики, по Фонду национального благосостояния из 11 проектов только один арктический (завод сжиженного газа на Ямале), по линии Фонда развития моногородов из 17 соглашений ни одного арктического (3).

Мурманск
Мурманск
aristidov

Документы, регулирующие госполитику в Арктике, несут печать вторичности этого макрорегиона относительно других. Действующая «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года» — необходимый документ, не имеющий прямой связи с финансированием. Госпрограмма «Социально-экономического развития Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года» сформирована из частей других, уже действующих, госпрограмм, а не разработана как целостная концепция развития. Финансирование соответственно идет через другие программы. Проект этой же программы «до 2035 года» на сайте Минвостокразвития пока составляется «по заявкам трудящихся», а не как целостный проект. Включение в программу «предложений с мест» необходимо, но механическое их объединение не заменит целостного плана развития территории. Многолетнему обсуждению проекта федерального закона «О развитии Арктической зоны Российской Федерации» нет конца и края.

Причина в том, что развитие именно этой территории требует больших государственных вложений, против чего могущественный Минфин. А государственного органа, занимающегося Арктикой и имеющего политический вес, способный преодолеть сопротивление или договориться, — нет.

Сейчас российская Арктика включает полностью в себя четыре и частично еще пять регионов, ею руководят четыре федеральных округа, Росатом и Министерство РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики. Росатом, как бы ударно ни трудились его менеджеры, государственная монополия, а не орган государственной власти, и по определению кое-чего не может. Министерство сыграло важную роль в развитии Дальнего Востока, но когда под одной крышей объединены две разные, в силу географии, задачи, то одна неизбежно подомнет другую. Пока большее внимание в министерстве уделяется Дальнему Востоку.

Оптимальным является создание «арктического» министерства, результат деятельности которого был бы не связан с достижениями на других фронтах, как это происходит сейчас. Следующим шагом может стать создание Арктического федерального округа, включающего в себя не только регионы, входящие в Арктическую зону РФ, но и районы, отнесенные к Арктике, в «неарктических» регионах. Конечно, региональным властям придется связываться с руководством двух федеральных округов сразу, но это меньшая проблема, чем отставание от вызовов времени в Арктической зоне РФ по чисто управленческой причине. В этом случае Арктика получит достойное политическое представительство в системе государственной власти России.

Примечания:

  • Арктика: стратегия развития. Под редакцией С. А. Липиной, О. О. Смирновой, Е. В. Кудряшовой. Архангельск. 2019. С.87
  • Там же. С.76−77
  • Там же. С.88−89

Читайте развитие сюжета: Норвегия не допустит потепления Арктики? Интересно, как?