Для украинской псевдодемократии преследования инакомыслящих и прочие действия, прямо противоречащие демократическим принципам и нормам, превратились в обыденность. Вопреки гарантированному гражданам Конституцией Украины праву на свободу мысли, «мыслепреступления» рассматриваются сегодня силовыми ведомствами именно как преступления. Со всеми, как говорится, вытекающими из такой трактовки последствиями.

Донбасс
Донбасс

Одной из постоянных практик с некоторых пор стало наложение законодательно закрепленных запретов на трактовки и интерпретации событий, явлений, процессов прошлого, не совпадающих с официальным взглядом на них. Список таковых уже достаточно объёмен и внушителен и продолжает пополняться. Нельзя исключать такого развития событий, когда его пополнит запрет на диалог с Донбассом и положительное упоминание о целесообразности такого диалога. Персонажи в кабинетах киевской власти меняются, а вот патологический страх перед контактами с представителями ДНР-ЛНР, без которых не может быть мира, остается неизменным.

Пока чиновники от власти в Киеве гнут свою губительную с точки зрения национальных интересов и чаяний миллионов украинцев линию, киевские «стратеги» усердно штампуют материалы, призванные подвести под нее «теоретическое» обоснование. Степень вредоносности каждого из «стратегических пирожков» оказывается разной, но в своей общей массе они создают виртуальный массив, на котором можно строить, что душа желает.

Последний по времени пример такой деятельности — аналитический доклад Национального института стратегических исследований «Меры государственной политики по выстраиванию/восстановлению доверия жителей временно оккупированных территорий к украинскому государству, власти, обществу». Целиком в духе и стиле украинских реалий бюджетные «стратеги» привлекли к написанию своего труда «стратегов» грантовских: соавторами доклада выступили «Украинский хельсинский союз по правам человека», Благотворительный фонд «Право на защиту», «Центр информации о правах человека» и др.

Украинские силовики. Донбасс
Украинские силовики. Донбасс
Mvs.gov.ua

Получилось то, что получилось: набор пустых фраз. Ничего другого, положа руку на сердце, получиться из этой затеи не могло. Хотя бы потому, что авторы доклада «забыли» упомянуть, что любые меры государственной политики Киева по восстановлению доверия жителей Донбасса к Украине во всех ее ипостасях должны начинаться с простых и понятных для них шагов. Прекращение боевых действий, признание своей ответственности за их начало и ведение, принесение извинений за убийства, материальный, моральный и прочий ущерб, принятие на себя обязательств по обеспечению компенсационных выплат людям и восстановлению региона.

Киевские «стратеги» предпочли остаться в мире чистой теории. При этом, естественно, оттолкнувшись от западных представлений в этой области и целиком и полностью опершись на них. Ничего, кроме взглядов, принятых на Западе, в расчет не принималось. Более того, там, где сами эти взгляды не соответствовали тому, что авторы доклада считали нужным и должным, даже они — взгляды — то ли замалчивались, то ли подвергались ревизии.

«В международной миротворческой практике действия, направленные на преодоление негативных последствий конфликта для мирного населения, получили название — меры по выстраиванию доверия (Confidence building measures)», — читаем в тексте. — Это определение применяется различными международными организациями, в частности ОБСЕ. История применения мер по выстраиванию доверия начинается со времен Холодной войны. В идеальном виде «Confidence building measures» — двусторонний процесс, когда обе стороны конфликта выстраивают коммуникацию между собой, совместно решают проблемные вопросы, обусловленные конфликтом».

Это — теория. На практике среди мер доверия, которые Киев должен был бы, по мнению авторов, предложить Донбассу, те, что могли бы быть квалифицированы как совместные, отсутствуют. Вместо этого все «карты» предлагается передать в руки украинской стороны. Именно ей вменяется в обязанность определять, что, кому, когда, как, сколько следует выделить для того, чтобы доверие начало восстанавливаться. Чистейшей воды утопия! На этой утопии, однако, строится вся концепция диалога Киева с Донбассом.

Само понятие диалога при этом извращается, подменяясь категорией «диалоговый формат». Именно этот, новый для широкой публики, термин употребляется в докладе, отодвигая термин «диалог» на задний план. На нем построен целый раздел документа под названием «Диалоговый формат: особенности, возможности, аспекты безопасности и задачи». Такой — имитационный — подход к диалогу с Донбассом совпадает с тем, что озвучил В. Зеленский на пресс-конференции в Париже 9 декабря. Когда после саммита в «нормандском формате» взялся витиевато объяснять, что у него есть много знакомых из Донецка и Луганска, которые уехали «от войны» в спокойные области Украины, и с которыми он готов разговаривать, вести диалог.

Украинская бронетехника в Донбассе
Украинская бронетехника в Донбассе
VYACHESLAV ABROSKIN

Тем временем в Украине продолжает нагнетаться самая настоящая истерия в отношении любых публичных проявлений готовности говорить с ДНР-ЛНР, идут преследования тех, кто позволяет себе думать о диалоге с Донбассом. Одним из последних по времени и наиболее ярких по сути примеров этого стало наложение Генштабом ВСУ дисциплинарного взыскания на начальника Управления гражданско-военного сотрудничества ВСУ полковника А. Ноздрачева. Офицер заявил о возможности контактов и «реинтеграции» между украинскими и российскими военными, а также членами ополчения ДНР-ЛНР. После того, как «доброжелатели» на него «настучали», в Генштабе озаботились, назначили служебную проверку, по результатам которой полковник был наказан. Дикость, подумает читатель, и будет, безусловно, прав. Для Украины, однако, это — не дикость, а норма.

«Ноздрачев — сам по себе очень патриотичный человек, — заявил, комментируя инцидент одному из киевских электронных ресурсов, военный обозреватель М. Жирохов. — Он вложил достаточно сил в развитие Управления гражданско-военного сотрудничества. Но такие вещи не приходят ниоткуда. Фактически он выразил точку зрения руководства. Скорее всего, он говорил не от себя лично, а просто передавал разговоры, которые есть в Генштабе». С тем, что высшее командование украинской армии не прочь «объясниться» с россиянами, согласны другие представители ВСУ, ветераны АТО, эксперты. Многие из них вместе с тем говорят, что на среднем и нижнем уровнях, в бригадах, ротах, взводах доминирует подход, основанный на желании отомстить за смерть друзей и мечтах о победе.

Пока киевские теоретики заняты подменой диалога «диалоговым форматом», министр обороны Украины А. Загороднюк без обиняков заявил, что Украина не признаёт ДНР-ЛНР «самостоятельными субъектами переговорного процесса по урегулированию ситуации на Донбассе», считая такой подход «кознями» со стороны России. По мнению министра, признать за самопровозглашенными республиками политическую самостоятельность и свободу для Киева неприемлемо. О каком диалоге тогда может идти речь?

Киев