На этой неделе глава управления Евросоюза по торговле Фил Хоган заявил, что ЕС не собирается идти на уступки при подписании новой инвестиционной сделки с Китаем. Однако здесь возникает вопрос, понимает ли Брюссель, что, во-первых, он ведет переговоры с режимом, который не согласится пойти на уступки даже Соединенным Штатам, и, во-вторых, то, что Пекин фактически находится в более выгодной переговорной позиции, чем ЕС, пишет политический обозреватель Дэвид Хатт в статье для издания Asia Times.

Флаги Китая и ЕС
Флаги Китая и ЕС
Friends of Euro

Читайте также: The Hill: почему стратегия демократов в 2020 году может пойти под откос?

Под уступками Хоган подразумевает то, что до подписания любого инвестиционного пакта Пекин должен взять на себя обязательство предоставить европейским компаниям равные условия при ведении бизнеса в Китае, что, как можно себе представить, также подразумевает изменение политики КНР в отношении своих государственных предприятий и совершенствование законодательной базы в сфере защиты интеллектуальной собственности. Данные вопросы легли в основу торговой войны между США и КНР, их не удается решить с тех пор, как Китай вступил во Всемирную торговую организацию в 2001 году.

ЕС и Китай пришли к выводу, что 2020 год — это крайний срок для заключения всеобъемлющего инвестиционного соглашения, переговоры по которому начались еще в 2013 году. В январе состоялся уже 26-й раунд переговоров между Брюсселем и Пекином. Это соглашение должно прийти на смену двусторонним инвестиционным соглашениям, которые все члены ЕС, кроме Ирландии, уже подписали с Китаем. Данное соглашение, без сомнения, станет главной темой дискуссии на саммите ЕС — Китай, который состоится в Пекине в апреле, а также в сентябре, когда председатель КНР Си Цзиньпин направится в Германию, чтобы принять участие в саммите, организованном канцлером ФРГ Ангелой Меркель. Между этими двумя событиями также состоится ежегодный саммит «16 + 1», в котором примут участие 13 членов ЕС из Центральной и Восточной Европы.

Германо-китайские переговоры. Осака, 28 июня 2019 года
Германо-китайские переговоры. Осака, 28 июня 2019 года
Bundeskanzlerin.de

Брюссель, похоже, колеблется между тем, стоит ли ему поспешить с заключением соглашения с КНР или подождать, пока Китай не согласится уступить европейским требованиям. Генеральный директор по торговле Европейской комиссии Сабина Вейанд заявила в декабре 2019 года, что переговоры по инвестиционному соглашению продвигаются «быстрыми темпами», и призвала Пекин предпринять дополнительные действия. Однако недавнее заявление Хогана указывает на то, что мяч сейчас находится на китайской площадке, и Брюссель готов ждать, уверенный в том, что лучше совсем не подписывать соглашение, чем подписать плохое соглашение.

Обе стороны выдвинули достаточно простые требования. Пекин заявил в декабре 2019 года, что инвестиционное соглашение с ЕС должно включать в себя положение, позволяющие китайским технологическим фирмам свободно работать на территории Европейского союза. Данное положение важно для Пекина, поскольку некоторые европейские страны решили отказаться от технологии 5G, продвигаемой китайской компанией Huawei, из-за проблем в сфере безопасности, на которые указал Вашингтон. Позднее в декабре 2019 года посол Китая в ЕС Чжан Мин добавил, что ЕС должен отказаться от любых попыток помешать китайским компаниям инвестировать или приобретать европейские фирмы.

Но кто окажется в большем проигрыше, если будет подписана плохая сделка? Да, в 2019 году темпы роста ВВП КНР оказались одними из самых низких, и, да, китайские компании должны расширять свое присутствие на европейских рынках, чтобы поддерживать рост. В период с 2013 года, когда бала запущена инфраструктурная инициатива «Один пояс — один путь», по 2019 год ЕС всегда оставался крупнейшим получателем китайских инвестиций и контрактов. В этот период Китай направил в ЕС $312 млрд. С другой стороны, ЕС также нуждается в китайских инвестициях для поддержания собственного экономического роста — и, возможно, даже в большей степени, чем Китай. Фактически, прямые иностранные инвестиции КНР в ЕС сократились на 40% в 2018 году, достигнув самого низкого уровня с 2014 года.

При этом не стоит забывать, что после заключения торгового соглашения с Китаем президент США Дональд Трамп может обратить свое внимание на ЕС и ввести торговые пошлины в отношении европейского импорта. Здесь возникает вопрос, разумнее для ЕС занять выжидательную позиции по отношению к инвестиционному соглашению с КНР и подождать, пока в США не пройдут ноябрьские президентские выборы?

Один из возможных сценариев предполагает победу Трампа, после которой он все же добьется от КНР большего равноправия для иностранных фирм на китайском рынке и большей либерализации китайской экономики. В данном случае амбиции Трампа совпадут с амбициями ЕС. С другой стороны, после победы в ноябре Трампу может стать скучно, и он просто согласится с тем, что ему предложит Пекин, тогда ЕС придется в одиночку проводить свою кампанию в отношении Китая. Однако также возможна победа представителя Демократической партии, у которого может просто не хватить смелости и энергии для того, чтобы зайти также далеко в отношении Китая, как это сделал Трамп.

Дональд Трамп
Дональд Трамп
Gage Skidmore

Читайте также: Bloomberg: Эр-Рияд бросил США вызов, на который они не могут не ответить

Таким образом, получается, что переговорный потенциал ЕС во многом зависит от того, как будут протекать события в Вашингтоне. Действительно, почему вообще думают, что Китай станет открывать свою экономику ради инвестиционной сделки с ЕС, если он не хочет делать это для того, чтобы полностью восстановить торговые связи с США, которые, безусловно, имеют большее значение для экономики КНР?

Если отношения между ЕС и США улучшатся после возможной победы Трампа, вполне может получиться так, что Вашингтон и Брюссель неофициально объединят свои усилия, чтобы заставить Пекин открыть для них китайскую экономику. Одновременное восстановление торговых связей с США и новое инвестиционное соглашение с ЕС могут выступить в качестве заманчивого стимула для КНР. Но если ЕС останется в одиночестве, а напряженность в отношениях с США только усилится, европейский блок может столкнуться с более решительной позицией КНР, которая в определенный момент также может заявить, что не готова идти ни на какие уступки.