В понедельник, 20 января, в британской столице открылся первый в истории британо-африканский инвестиционный саммит. Несмотря на то, что представленность стран Африки в Лондоне оказалась вдвое ниже, чем на российско-африканском саммите в Сочи — 21 государство против 53 в Сочи, а из президентов заявлены только лидеры Египта, Кении, Нигерии и Ганы — это, безусловно, знаковое событие, которое на годы вперед будет определять стратегию и политику отношений Африки не только с Британией, но и с Европой.

Борис Джонсон
Борис Джонсон
Иван Шилов © ИА REGNUM

Не случайно конфигуратором саммита все без исключения серьезные аналитические издания Черного континента назвали предстоящий Брексит, который формирует совершенно новое, беспрецедентное окно возможностей для Лондона в этом направлении. Сегодня торговля с ЕС формирует 43% британского экспорта и 53% британского импорта. Предвидя выход из Европейского союза, Великобритания — и на государственном уровне, и особенно на уровне корпораций — в последние два года начала полномасштабное наступление в Африке. По сути, саммит в этот понедельник стал его промежуточным итогом.

На политическом и дипломатическом уровне британцы, которые до сих пор вынужденно перепоручали свою африканскую политику Верховному представителю по внешней политике Европейского союза, расширили свою дипломатическую и консульскую сеть открытием новых посольств, в частности в Мавритании, Нигере и Чаде — странах, которые не были в их традиционной сфере влияния и всегда больше тяготели к Франции в европейском пространстве. Получив точку опоры в Сахеле (Мавритания, Нигер, Чад), дипломатический Лондон после Брексита стремится перехватить выпадающую из рук Парижа позицию ключевого игрока в разрешении острых кризисов в Северной Африке — пытаясь хоть откусить от постфранцузского пирога, который прямо сейчас по-хозяйски делят между собой Пекин и Москва.

Новый год в Африке
Новый год в Африке
© ИА REGNUM

Еще больше активность англичан заметна в экономическом направлении. Помимо своих привилегированных африканских экономических партнеров, Нигерии и Кении, в сентябре 2019 года Великобритания подписала новые соглашения о коммерческом партнерстве с Южной Африкой, Ботсваной, Эсватини, Лесото, Мозамбиком и Намибией. Продолжается подготовка таких же соглашений с Анголой, Сенегалом и Кот-д'Ивуаром. Согласно данным британского национального статистического управления, в 2018 году (последнем отчетном; данные по 2019 пока не готовы) прямые инвестиции Британии в Африку достигли £38 млрд, увеличившись за год на 7,5%. Еще больше впечатляют цифры объемов торговли — £37,5 млрд с годовым ростом четырнадцать процентов. Корпорация развития Содружества — структура, координирующая инвестиции частного сектора, — будет еще одним плацдармом английского наступления в Африке со своим собственным бюджетом в £7 млрд.

По нигде не опубликованной, но довольно хорошо известной из различных докладов, утечек и комментариев чиновников Форин-офис в прессе Великобритании, в Африке после выхода из Евросоюза парадигма англичан состоит не в том, чтобы обещать африканцам на саммите в Лондоне большие суммы помощи в целях развития, не в том, чтобы приступить к списанию долга, — а в том, чтобы продвигать взаимовыгодные торговые и инвестиционные контракты с Африкой, которые только для стран Содружества эксперты взвешивают из расчета почти £9,8 млрд в год.

В настоящий момент восемь из 15 самых быстрорастущих экономик мира находятся в Африке. Великобритания хочет позиционировать себя в качестве предпочтительного инвестора для африканских стран.

Выступление Бориса Джонсона на саммите Великобритания — Африка, 20 января 2020 года
Выступление Бориса Джонсона на саммите Великобритания — Африка, 20 января 2020 года
Gov.uk

О степени заинтересованности Великобритании в усилении позиций в Африке можно судить по тому факту, что Лондон уже на саммите в Лондоне задействовал «тяжелую артиллерию». Премьер-министр Борис Джонсон заверил африканских лидеров, что Великобритания будет «более открытой для мигрантов с Африканского континента после Брексит». Он подчеркнул, что выход Великобритании из Европейского союза в конце января «ознаменует конец особого режима для европейских мигрантов».

Лондон стремится выжать максимум из факта перезаключения тысяч двусторонних договоров, заключенных в рамках присутствия страны в Евросоюзе, которые утратят силу в момент Брексит. Но англичане приходят не в джунгли — здесь уже активно ведут дела русские и китайцы, да и влияние французов, хотя и сильно ослабевшее в последние годы, остается значимым фактором.

Африканская партия становится все более многокомпонентной.

Аналитическое бюро «RE:ports»

Подробности и другие материалы здесь, бесплатная открытая подписка: https://t.me/tamtamreports

Читайте ранее в этом сюжете: Незамеченный союзник: ЮАР единственная поддержала Россию в Совбезе ООН