Всеобщие выборы, прошедшие в Соединенном Королевстве в декабре 2019 года, не только решили вопрос о Брексите, но и поставили под сомнение необходимость крайнего социализма, которого придерживается лидер лейбористов Джереми Корбин. После провала Корбина на выборах с облегчением вздохнули все те, кто отвергает венесуэльскую экономическую модель: экономика движется, тогда отрегулируйте ее; она все еще продолжает двигаться, тогда введите налоги; если она продолжает дергаться, тогда объявите о национализации. Великобритания смогла избежать очень дорогостоящей пятилетней диверсии. Неудивительно, что рынки вздохнули с облегчением после ошеломительной победы Консервативной партии, пишет экономист Виллем Хендрик Буйтер в статье для издания Project Syndicate.

Экономика после Brexita
Экономика после Brexita

Читайте также: Economist: в 2020 году у Трампа появится широкий список козлов отпущения

Безусловно, экономическая политика премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона также далека от прорыночной традиции Маргарет Тэтчер, подразумевающей отказ от вмешательства со стороны государства. Правительство Джонсона увеличит расходы, увеличит налоги и проведет ряд популистских интервенций на рынках и в отраслях. Тем не менее подход Джонсона не будет столь радикальным, по сравнению с тем, что предложил Корбин.

Маргарет и Денис Тэтчер с визитом в Северной Ирландии в конце 1982 года
Маргарет и Денис Тэтчер с визитом в Северной Ирландии в конце 1982 года

Теперь Джонсон должен завершить процесс Брексита, который он так долго отстаивал. Соглашение о выходе из состава ЕС затрагивает четыре основных вопроса: будущие финансовые взносы Великобритании в бюджет ЕС, положение граждан ЕС в Великобритании и, наоборот, место Северной Ирландии в таможенном союзе ЕС и едином европейском рынке, а также юрисдикцию Европейского суда.

До сих пор неясно, какие торговые, экономические и политические отношения между Великобританией и ЕС будут преобладать после того, как переходный период завершится 31 декабря 2020 года. В равной степени неопределенны будущие торговые отношения Великобритании со странами, не входящими в ЕС. Несмотря на решительные заявления Джонсона о том, что тори не станут продлевать переходный период, то, что ранее он не выполнил свое обещание завершить Брексит до 31 октября 2019 года, говорит о том, что не стоит заранее зарекаться. Реальные переговоры о будущих отношениях между Великобританией и ЕС пока даже не начались. Первый раунд переговоров запланирован на 1 марта 2020 года.

Обычно торговые переговоры длятся годами. Всеобъемлющее экономическое и торговое соглашение между ЕС и Канадой (CETA) было подписано 30 октября 2016 года, после более чем десяти лет переговоров, если датировать начало переговоров мартом 2004 года. При этом соглашение CETA все еще не вступило в силу.

Кроме того, важно помнить, что пошлины и квоты — это лишь верхушка айсберга. Есть много других видимых и невидимых торговых барьеров, включая правовые, административные, бюрократические и политические. Даже при отсутствии пошлин и квот, на пути торговли могут встать субсидии, налоги, антидемпинговое законодательство, ограничения в отношении прямых иностранных инвестиций, а также манипулирование валютным курсом.

Например, протекционизм может скрываться за многочисленными трудовыми, продовольственными, экологическими и фитосанитарными стандартами. Человеческая изобретательность, кажется, не знает границ, когда дело доходит до протекционистских барьеров. В октябре 1982 года французское правительство потребовало, чтобы все японские видеомагнитофоны ввозили в страну только через Пуатье — город, расположенный в сотнях километров от ближайшего крупного морского порта. Этот нетарифный барьер действовал до апреля 1983 года.

С неопределенностью сталкиваются не только экономические и политические договоренности между ЕС и Великобританией, но также договоренности с третьими странами, не входящими в ЕС. Великобритания будет вести переговоры с позиции слабости, а не так как прежде, когда она являлась частью единого блока из 28 государств.

Протесты напротив Вестминстерского дворца в Лондоне
Протесты напротив Вестминстерского дворца в Лондоне
ChiralJon

Читайте также: American Conservative: к чему в конечном итоге стремится КНДР?

Некоторые сторонники Брексита думают, что у них все получится. Но у Джонсона нет убедительных аргументов в пользу его обещания превратить Великобританию в страну, где царят дерегулирование и низкие налоги. Торизм Джонсона исключает «сингапурское решение». В большинстве случаев такой подход могли бы применить для финансового сектора. Что касается ключевых секторов, таких как автомобильная промышленность, я сомневаюсь, что существующие налоговые и регуляторные режимы могут быть преобразованы таким образом, чтобы обеспечить глобальную конкурентоспособность страны уже к 2021 году.

Великобритания избежала апокалипсиса под руководством Корбина. Но стране все еще предстоит преодолеть непростой путь многолетних переговоров и реализации своей политики. Сможет ли страна выжать максимум из Брексита, пока не известно.

Читайте развитие сюжета: Парламент Великобритании проголосует за соглашение о выходе из ЕС