В американо-иранских отношениях произошло событие, которое нельзя считать ординарным, особенно на фоне недавних протестов в Иране, которые активно поддерживали США. Стороны произвели обмен фактически пленными. Тегеран освободил удерживаемого с 2016 аспиранта Принстонского университета Хью Вана, которого обвиняли в шпионаже в пользу США, а американцы — арестованного в США иранского ученого Масуда Сулеймани, занимающегося исследованиями стволовых клеток в области гематологии и регенеративной медицины. Его взяли после того, когда он в обход санкций пытался доставить в Иран какой-то биологический материал.

США и Иран
США и Иран
Александр Горбаруков © ИА REGNUM
Мухаммад Джавад Зариф и Масуд Сулеймани
Мухаммад Джавад Зариф и Масуд Сулеймани
Twitter.com/jzarif

Обмен пленными состоялся в Швейцарии, которая выступила посредником. Интрига тут в том, что процедура обмена «шпионами» сопряжена с определенными техническими (выстраиванием так называемых каналов связи) и политическими (мотивация действий участников операции) проблемами, что отнимает немало времени. Применительно к описываемому случаю было важно определить, когда был задействован специальный канал связи между Вашингтоном и Тегераном при посредничестве Швейцарии — до начала протестов в Иране или после. Это первое. Второе: неизвестно, по какой процедуре проводилась эта операция. Была ли экстрадиция и были ли задействованы при этом правоохранительные структуры двух стран? Наконец, бросается в глаза то, что в операции лично принимал участие глава МИД Ирана Мухаммад Джавад Зариф, который, как сообщает The Times Of Israel, первым сообщил об успешном обмене в Twitter, а также разместил фотографии возвращения домой освобожденного ученого.

Мухаммад Джавад Зариф и Масуд Сулеймани
Мухаммад Джавад Зариф и Масуд Сулеймани
Twitter.com/jzarif

Именно Зариф встречал Сулеймани в Цюрихе. Что касается американской стороны, то об освобождении Вана отдельно сообщил президент США Дональд Трамп, а не государственный секретарь Майк Помпео. «Мы очень счастливы, что мы вернули назад нашего заложника, — заявил Трамп. — Это был обмен заложника на заложника…, и я думаю, это прекрасная вещь для Ирана». При этом Трамп сделал важный акцент на том, что обмен может стать «предвозвестником того, что может быть сделано» в отношениях с Тегераном. Это уже не первый намек президента на возможности возобновления диалога с Ираном, хотя до сих пор Белый дом в отношении Тегерана использовал только кнут, вводя против него всевозможные санкции. Но, как пишет американское издание The National Interest, в Вашингтоне есть лица, которые считают, что «ресурс силовой дипломатии по отношению к Ирану исчерпан или близок к исчерпанию, и приближается момент разворота в американской политике». Теоретически такое возможно.

Конечно, нужно в первую очередь пересмотреть политику режима санкций. Но дело не только в том. Недавно в малайзийской ежедневной газете New Straits Times появился материал зондажного свойства и явно не местного происхождения. В нём утверждается, что Трамп, вступая в избирательную кампанию, может улучшить отношения с Тегераном, признавая его вклад в разгром ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Помимо того, США должны не «консервировать режим в Иране», что происходит с помощью давления на него, а расширять с ним отношения, что «приведет к гораздо лучшим результатам, чем угрозы его суверенитету». Как считает издание, «иранской нации нужно вернуть достоинство, а не размахивать перед ней несправедливыми санкциями». Вывести за скобки проблемы Израиля, который с 1979 года использует образ Тегерана как экзистенциальную региональную угрозу, «изменить американское восприятие Ирана и достичь истинного мира». Но пока же иранскую тактику действий США многие эксперты сравнивают с той, которой Вашингтон придерживался в отношении Северной Кореи.

Сначала градус взаимного неприятия там доходил тоже до критической точки, потом начались серьезные переговоры с Пхеньяном. Произойдет ли такое в отношениях между Вашингтоном и Тегераном? В начале июня нынешнего года японский премьер-министр Синдзо Абэ отправился в Иран с посреднической миссией. Это был первый за 41 год визит действующего главы правительства Японии. Абэ рассчитывал вывести американо-иранские отношения из фазы острого противостояния, но ничего не получилось. Был и «план Макрона»: свести Иран и США за столом переговоров, обсудить и, возможно, подписать новый вариант ядерного соглашения. Трамп, похоже, склонялся к такому сценарию, однако ему помешали. Провалились и попытки американцев сколотить военно-морскую коалицию для усиления своего присутствия в Персидском заливе и Индийском океане. В то же время Иран снизил степень соблюдения ряда своих обязательств по ядерной сделке, превысил согласованные пределы для ядерного обогащения и возобновил исследования на современных центрифугах.

Иран
Иран
Иван Шилов © ИА REGNUM

Администрация Трампа, судя по всему, стала объективно оценивать риски. Президент опасается ввязываться в еще одну войну на Ближнем Востоке, особенно такую, которая потребует от него задействования десятков тысяч американских солдат. А к бесконечному разыгрыванию США «силовых» карт в регионе все давно привыкли. Осознавая опасность продолжающейся асимметричной эскалации, европейские страны, заключившие ядерную сделку, и региональные субъекты, такие как Объединенные Арабские Эмираты, предложили меры по ослаблению конфликта. Речь идет о прямых переговорах между Ираном и США, в содействии которым европейцы, похоже, прилагают все усилия. Возможно, Вашингтон начинает отказываться от «программы по смене режима в Тегеране». Недавно Помпео заявил, что им не удается «завершить эту программу». Так что обмен пленными между США и Ираном может стать поводом начать закрытые консультации. Получится ли?

Читайте развитие сюжета: Власти Ирана предостерегли соотечественников от поездок в США