Ровно шесть лет назад на Украине случился евромайдан. Уроки его во многом так и не выучены — ни в России, ни на Украине.

Майдан
Майдан
Иван Шилов © ИА REGNUM

Хорошо помню тот день — 21 ноября 2013 года — я был в Киеве, на площади Независимости, на том самом майдане. Пришёл, чтобы забрать книгу Любко Дереша «Миротворец». Именно это слово во многом и определило мою дальнейшую позицию. Я не делал пиара на крови, не лепил из себя героя, не записывался в горлопаны — важным для меня было лишь то, что происходило с людьми. Об этом были мои очерки в «Дневники русского украинца», и об этом же — только глубже — я писал в антивоенном романе в повестях «Дети декабря».

Люди не выиграли от евромайдана. Выиграли ли государства? И да, и нет.

Россия получила Севастополь и Крым. И возвращение полуострова на Родину дало стране колоссальный патриотический заряд. Не было — и вряд ли будет — для нашей государственности события более важного, чем воссоединение Севастополя и Крыма с Россией. На время показалось, что пробудилась великая Русская мечта. Однако сейчас это чувство ушло — и мрачная бюрократия вкупе с коррупцией и иными российскими бедами придушила могучий порыв. Севастополь и Крым не очистили Россию от скверны, они сами заразились ею, но это ещё можно — и нужно — изменить. Ибо велик был порыв.

Севастополь
Севастополь
Марина Каширская © ИА REGNUM

Для Украины же потеря Севастополя и Крыма — выгодное приобретение. Все заявления киевской власти и иных деятелей, что они станут возвращать полуостров — не более чем софистика и пропаганда. А что им ещё говорить? Возвращение полуострова, гипотетическое — лучшая политическая карта, которую непременно разыграть надо. И тем самым потешить себя и электорат.

На деле же то, что Севастополь и Крым уйдут, на Украине понимали ещё до их потери. И понимали хорошо. Ведь что в том же Севастополе украинского, а? Если без политики, без эмоций, если серьёзно? Хорошо помню, что на той же западной Украине с пониманием отнеслись к тому, что полуостров отправился в Россию. Это был шанс, на самом деле, на построение единой, более сплочённой страны, единой нации, о которой только и разговоров было. Но — не удалось. Пассионарная энергия пошла не в созидание, а в разрушение. И бесов, выпущенных из бутылки, не удалось загнать внутрь. Они вырвались, разбушевались и принесли разрушение.

То же, что произошло и происходит в Донбассе, куда я неоднократно ездил с гуманитарными миссиями — ад и боль. Это чудовищное предательство, независимо от политических амбиций и симпатий. Предательство, прежде всего, человеческой жизни, человеческой свободы, человеческого благосостояния. Я был в Донбассе до войны, был во время неё — и привыкнуть к данному различию невозможно. Мне привыкнуть — человеку, в общем-то, чужому, хоть и сострадающему, а что говорить о коренных, о тех, кто потерял всё в кровавой бойне?

Донецк, район автостанции «Мотель», последствия обстрела реактивными системами залпового огня «Ураган». 3 февраля 2017 года
Донецк, район автостанции «Мотель», последствия обстрела реактивными системами залпового огня «Ураган». 3 февраля 2017 года
Татьяна Полоскова © ИА REGNUM

Я помню то, как всё начиналось. Люди хотели быть с Россией, люди отдали за это так много — слишком много, непростительно много, — и что теперь? Кто удовлетворит их порыв? Да, начали выдавать жителям ДНР и ЛНР российские паспорта, но как и что дальше? Особенно когда только и разговоров, что, мол, вернуть территории обратно Украине.

Важно, как это всё переживут люди. И как начнут жить дальше. Никто никогда не сможет объяснить им, ради чего всё это было. Ни один писатель, ни один политолог — никто. Разговоры в данном случае — лишние. Они не нужны. Вообще не нужны. Потому что значение имеют лишь действия, направленные на установление мира и возвращение нормальной жизни. Мало паспортов — дайте работу, снимите пошлины. Много шагов нужно сделать, чтобы спасти людей. Наших людей.

А ведь были ещё трагедии в Одессе и Мариуполе. Те, в которых остались невинные и во многом забытые.

Евромайдан, безусловно, перекроил реальность. Он принёс трагические перемены. Хотя есть в его отголосках и нечто комическое. Не будь его — что бы делало российское телевидение? Кого бы оно обсуждало? То самое телевидение, которое игнорирует внутреннюю политику, а зациклено главным образом на соседней стране. И все эти украинские политологи в нынешнее время стали кем-то вроде героев бразильских телесериалов из девяностых.

Одесса, 2 мая 2014 года
Одесса, 2 мая 2014 года
RADAK1

Однако сколько бы ни обсуждали Украину после евромайдана, лучше не становится — и толковых выводов делается слишком мало. Непоняты даже изначальные предпосылки. Можно винить США или радикалов-националистов, но необходимо помнить ещё и вот что: 23 года на территории Украины Россия вела провальную политику, и 25 миллионов русских людей оказались брошенными на территории, которую изо всех сил пытались сделать вражеской. Результат? Печален.

Сделаны выводы? Повторюсь: нет. Евромайдан в его наследии, в его механике и в его движении, по сути, действует до сих пор. Он, как тот блуждающий призрак, повторяется и мелькает то в тех, то в иных событиях. И призрак этот — бес, если угодно — так и не изгнан. Он даже не описан толком, а попытки разобраться, как и шесть лет назад, стопорятся на мысли, что вот, мол, бандеровцы, а вот американские печеньки. Ну и?

То, что совершил евромайдан с людьми — с их психологией — эффект Люцифера, когда сотни тысяч, питаемые, в общем-то, справедливыми намерениями, но не имея никакого плана, оказались под теми, кто использовал их в своих меркантильных целях. Это урок — важный и невыученный, урок про пену на губах ангела. И данный урок очень скоро нужно будет выучить в России. Дабы не ошибиться.