Принц Сабахаттин — Зеленский Османской империи
Принц Сабахаттин — Зеленский Османской империи

Ну вот, прошло более ста пятидесяти дней с тех пор, как «новые лица украинской политики» (они же — ЗЕ-команда) и силы, стоящие за ними, посадили своего человека в кресло президента Украины. Более ста дней с момента их убедительной победы на парламентских выборах… И более пятидесяти дней с формирования ЗЕ-Кабинета министров… Времени достаточно для формирования эмоций, оценок и аналогий. А ведь рационально подобранный аналог часто является и неплохим прогнозом.

Первая оценка наступившей в Украине ЗЕ-эпохи — «нет, не Наполеон». Тот успел за сто дней и воссоздать, и вновь угробить свою империю. У нас же с «воссозданием» Украины хотя бы уровня Украинской СССР (пятая экономика Европы) что-то не складывается. А вот опасений грядущего разрушения все больше. И здесь включается проклятая ассоциативная память историка!

Сто одиннадцать лет назад в македонском городе Ресен, принадлежавшем тогда Османской (Турецкой) империи, началось восстание размещенной там воинской части, которое возглавил молодой подполковник Ахмед Ниязи-бей. В своем воззвании офицер призывал мусульман и христиан, представителей всех народов, населявших империю, объединиться в борьбе против тирании султана. Этот призыв был услышан — революционеры получили самую широкую поддержку.

Османский плакат, посвященный революции 1908 года. Ниязи изображен в правом нижнем углу с большими усами, освобождающим женщину, символизирующую свободную Турцию
Османский плакат, посвященный революции 1908 года. Ниязи изображен в правом нижнем углу с большими усами, освобождающим женщину, символизирующую свободную Турцию

Тем более что антисултанские настроения были уже полноценно сформированы в политическое движение «младотурок», и уже к концу XIX века «три четверти нации были с младотурками, и каждый человек открыто высказывался… против султана и его правительства».

Ничего не напоминает?

Лозунги и призывы младотурок были прекрасны. В начале 1896 года они стали издавать в Париже на французском языке газету La Jeune Turquie, излагавшую программу организации: борьба за свободу, справедливость, равенство при единстве прав и интересов всех подданных империи; сохранение империи с учетом необходимых реформ; прогресс и развитие страны в условиях конституционного строя и при невмешательстве иностранцев в ее дела.

И в итоге политическое это движение, состоявшее в основном из османских ссыльных студентов, государственных служащих и офицеров армии, привело к власти совсем еще молодых людей: принца Сабахаттина (32 года), Ахмеда Ниязи-бея (35 лет), Исмаила Энвер-пашу (27 лет), Мехмеда Талаат-пашу (34 года).

Ничего не напоминает?

Эти люди пришли к власти на примененных на практике лозунгах борьбы с султанской деспотией, восстановления деятельности парламента и проведения ряда социально-экономических реформ. С султаном все получилось: деспот Абдул-Хамид II был взят под стражу и заменен на престоле слабовольным и управляемым Мехмедом V. С парламентом получилось именно «так, как надо»: Генеральная Ассамблея (Меджлис Умуми), распущенная Абдул-Хамидом в 1876 году, была восстановлена, и «младотурки», хотя и не имели там большинства, но, по определению турецких историков, «играли главную роль за кулисами» (Хандан Незир Акмэше, «Рождение современной Турции», Лондон, 2005). Правительство также находилось под полным контролем младотурок.

Заседание османского парламента. 1908
Заседание османского парламента. 1908

Ничего не напоминает?

А вот с реформами все не получилось. В. И. Ленин (а уж он знал толк в революциях и переворотах) в 1917 году отмечал умеренность и трусость младотурок, говорил о верхушечном характере совершенного ими переворота, который не решил ни одного социально-экономического и политического вопроса. «Если взять для примера революции XX века, то и португальскую, и турецкую придется, конечно, признать буржуазной. Но «народной» ни та, ни другая не является, ибо масса народа, громадное большинство его активно, самостоятельно, со своими собственными экономическими и политическими требованиями, ни в той, ни в другой революции заметно не выступают» («Государство и революция», август — сентябрь 1917 г.).

Но это уже область прогнозов. Пока очень хотелось бы надеяться, что управленческое творчество новой украинской власти будет продуктивнее «младотурецкого». Но… Наверно наиболее броскими и запоминающимися ее обещаниями были «повсеместное внедрение народовластия» (президент Зеленский) и «экономический рост» (премьер Гончарук). И пока ни правовое творчество президента, ни экономические декларации, продуцируемые ведомством Гончарука, особых оснований для исполнения надежд не дают.

И опять: ничего не напоминает? По возрасту персонажей, по антидеспотическим лозунгам перехвата власти, качеству ее конституционного освоения (и в парламенте, и в правительстве) и даже по результатам деятельности в течение первых ста дней даже не президентского, а уже парламентского правления? А вот мне почему-то, та самая чертова ассоциативная память историка не позволяет пока назвать действующую украинскую власть иначе, чем «младоукраинцы».

Инаугурация Владимира Зеленского. Рада
Инаугурация Владимира Зеленского. Рада
Gov.ua

И вспомнить, что с реформами у «младотурок» ничего не получилось. Хотя геополитическое положение Османской империи в то время не отличалось от нынешнего украинского: «Перерастание мирового капитализма в империализм ускорило процесс превращения Османской империи в полуколонию. Приток иностранных инвестиций втягивал Турцию в мировое капиталистическое хозяйство. Однако капиталистические отношения в Турции развивались медленно, что отражалось на темпах социальной трансформации общества». Замените в этой оценке «империализм» на «глобализм» и «Турцию» на «Украину» и найдите десять отличий! Разве что одно: в случае Украины нет притока иностранных инвестиций.

Зато следует также вспомнить, что «младотуркам» удалось сформировать режим внутренней реакции, по сравнению с которой «зулюм» (деспотическое правление Абдул-Хамида) казался детской шалостью, втянуть Турцию в катастрофические Балканские войны и в Первую мировую войну на стороне проигравших, а также провести резню (геноцид) армян — от семисот тысяч до полутора миллиона погибших, по разным источникам.