Иван Шилов © ИА REGNUM

Лидеры России, Ирана и Турции Владимир Путин, Хасан Рухани и Реджеп Тайип Эрдоган провели в Анкаре очередную встречу. Это был пятый такой саммит лидеров стран — гарантов Астанинского процесса.

Первый из них состоялся в ноябре 2017 года в Сочи. Понятно, что каждая встреча имела свои особенности как с точки зрения повестки, так и внешнеполитического фона, который сказывался на ходе переговоров и достигнутых договоренностях. Саммит в Анкаре не стал в этом смысле исключением. Хотя в публичных выступлениях Путин, Эрдоган и Рухани в целом придерживались заявленной повестки: завершение процесса формирования и запуск Конституционного комитета в Сирии, что должно продвинуть политический процесс урегулирования в этой стране при содействии ООН, а также ситуация в Идлибе и на северо-востоке страны. По мнению бывшего посла Турции в Сирии Огуза Челиккола, эти две проблемы связаны опосредовано. Начало работы Конституционного комитета должно привести не только к разработке нового Основного закона в стране, но и дать старт серьезным социально-экономическим реформам либо перед началом президентских выборов в Сирии, намеченных на 2021 год, либо после них.

Что касается Идлиба, то, по мнению спецпредставителя президента России по Сирии Александра Лаврентьева, он может быть локализован. В Идлибе проводилась наступательная операция сирийской армии в ответ на провокационные действия со стороны радикальных боевиков. В ходе таких операций, естественно, «идет освобождение определенных территорий, которые потом, конечно же, не передаются обратно под контроль оппозиции». Проблема в том, что так называемая умеренная вооруженная оппозиция, с которой, в принципе, возможен политический диалог, контролирует всего 5 — 6% территории (раньше доходило до 40 — 45%). Анкара же явно не справляется с поставленными задачами, она не решила проблему размежевания, а теперь этот вопрос может быть вообще снят. Потому что, по словам Лаврентьева, «в противном случае мы устанавливаем некую зону безопасности, где могут свободно хозяйничать радикальные группировки». То есть для Турции на момент саммита, как отмечает турецкий телеканал CNN Turk, Идлиб — «это больное сегодня», а Конституционный комитет в Сирии — «это больное завтра».

Американские солдаты в окрестностях Манбиджа
Американские солдаты в окрестностях Манбиджа
Defense.gov

Турция пошла на создание вместе с американцами буферной зоны на границе с Сирией и вместе с ними ведет там патрулирование. Более того, она не снимает вопрос о военной операции восточнее Евфрата под предлогом борьбы с сирийскими курдами. Турецкий профессор Хасак Кейлю, комментируя ситуацию Habertürk TV, говорит, что США втягивают Анкару в свой сценарий по развалу Сирии. По его словам, в будущем турецко-американская зона безопасности может превратиться в «гарнизонное государство». Турция, если даже возьмет под свой или вместе с американцами контроль зону восточнее Евфрата, не удержит ее под своим администрированием. Но опасность для Анкары будет заключаться в том, что создаваемая Вашингтоном «модель разделенной Сирии» будет ретранслироваться в Турцию, а «границы будущего курдского государства могут проходить по Евфрату». Кстати, такое мнение разделяется и многими другими турецкими экспертами, которые считают, что сейчас именно Турция «оказалась в самой опасной критической ситуации».

Не все просто и с Ираном. Рухани на двухсторонней встрече с Путиным заявил следующее: «На сирийском направлении достигнуты большие успехи и победы, но мы констатируем, что сохраняются проблемы, и в их решении формат Россия — Иран — Турция играет большую роль».

Трехсторонний саммит
Трехсторонний саммит
Kremlin.ru

И еще. Многие турецкие эксперты обратили внимание на то, что на сей раз турецкая сторона решила проводить саммит не в президентском дворце в районе Бештепе, как раньше, а в историческом дворце Чанкая, связанном с именем Кемаля Ататюрка. Турецкий эксперт Абад Емре Гюркан считает, что таким образом Эрдоган «хотел напомнить Путину о сотрудничестве Москвы и Анкары во времена становления Турецкой республики, когда московские большевики внесли огромный вклад в победу турецкой национально-освободительной войны». По всем признакам, российская делегация грамотно восприняла символический ход Эрдогана, предпринимая немало усилий для того, чтобы не выплескивать имеющиеся проблемы и противоречия наружу. Москва выходит на конструктивный широкой диалог, охватывающий, помимо всего прочего, и вопросы успешного развития двухстороннего сотрудничества в самых разных сферах, включая военно-техническую.

Когда было заявлено, что Конституционный комитет Сирии уже практически сформирован при активном участии Турции и, конечно же, России и Ирана, стало очевидным, что Анкара ориентируется все-таки на сохранение территориальной целостности Сирии. Это, кстати, было зафиксировано по итогам переговоров в совместном заявлении. Одним словом, саммит во дворце Чанкая для всех его участков был сложным, но успешным. Выявлены и официально зафиксированы общие позиции по принципиальным вопросам сирийского урегулирования, нарабатывается опыт совместных действий в сложной ситуации в регионе, где начинают складываться контуры общей безопасности. При этом стороны стремятся исходить из своих конкретных национальных интересов, проявляя понимание чувствительных друг для друга проблем.

По факту на Ближнем Востоке формируются новые геополитические реалии. Следующую встречу трех лидеров намечено провести в Тегеране в будущем году.