Иван Шилов © ИА REGNUM

Глава МИД России Сергей Лавров, выступая на форуме «Территория смыслов на Клязьме», сделал сенсационное заявление о готовности Москвы «рассмотреть» вопрос вступления в Совет сотрудничества тюркоязычных государств (ССТГ или Тюркский совет), если «эта организация будет готова принимать государства, где тюркоязычное население есть, но не доминирует».

Сигнал главы российской дипломатии достаточно ясный — Россия не прочь присоединиться к организации, в которую на сегодня входят Азербайджан, Казахстан, Киргизия и Турция, наблюдателем является Венгрия. И хотя в Российской Федерации проживает всего около 11 миллионов граждан тюркской группы, она считается второй по численности после русских. Россия не может не учитывать этот фактор, наличие сухопутных границ с двумя государствами — членами Тюркского совета, а также важные геополитические позиции этих стран на евразийском пространстве и повышающееся влияние их на Евразийском континенте, особенно в Центральной Азии и на Кавказе. Тем более что эти четыре государства находятся в центре континента, соединяя Запад и Восток, Север и Юг. Поэтому сотрудничество в рамках ССТГ в таких сферах, как экономика, инвестиции, инновации, транспорт и коммуникации, туризм, наука и образование, не может не привлекать и Россию.

«Очень логичным подходом» к вопросу, с учетом количества тюркоязычного населения в России, назвал заявление Лаврова турецкий политолог, ведущий эксперт экспертно-аналитической сети «Анкара-Москва» Энгин Озер. По его мнению, в годы «холодной войны» СССР считал этот фактор угрозой национальной безопасности со стороны Турции, но после развала Советского Союза уже американцы пытались использовать демократические процессы в тюркоязычных государствах как рычаг давления на Москву. Русские же опасались, что турки могут объединиться и создать тюркоязычное государство на территории России. «Правда в том, что Турция сегодня изменилась, она стала сильным и самостоятельным государством, является флагманом, на который равняются тюркоязычные государства, она занимает доминирующее положение в азиатском пространстве. Россия же считает, что если не будет участвовать в этой организации, она может оказаться в позиции стороннего наблюдателя».

Турецкий флаг в Анкаре
Турецкий флаг в Анкаре
Quinn Dombrowski

Он считает, что Москва демонстрирует «новый концепт, направленный на усиление взаимосвязей с этими народами, предусматривающий предотвращение угроз национальной безопасности России, и Турция не против такого подхода». Следует напомнить, что именно благодаря усилиям глав тюркоязычных государств Нурсултана Назарбаева и Ильхама Алиева, в свое время удалось разморозить, мягко говоря, прохладные отношения между Москвой и Анкарой, сложившиеся в ноябре 2015 — июле 2016 годов. И сейчас, подчеркивает бакинский политолог Тофик Аббасов, российская дипломатия проявляет максимум гибкости, чтобы использовать все векторы и площадки для наведения мостов, для усиления диалога. Это усиливает межцивилизационные взаимодействия. «Думаю, это очень важный и своевременный месседж. Неудивительно, что Россия сегодня разворачивается в сторону тюркского сообщества; в самой России, наряду с мусульманскими общинами и организациями, есть силы и в интеллектуальной, и в политической элите, которые хотели бы найти форматы взаимодействия с существующими сообществами», — отмечает Аббасов.

В свое время Россия приняла очень верное решение и стала наблюдателем в Организации исламского сотрудничества, которая тогда называлась «Исламская конференция», говорит политолог. И это оправдано, потому что хотя в России, конечно, титульная нация — русские, а титульная религия — православие, есть и мусульманское меньшинство, у которого свой взгляд на мировой порядок, на ситуацию вокруг горячих точек, гуманитарного взаимодействия. Прав Лавров, когда говорит, что «это было бы, наверное, интересно и полезно с точки зрения необходимости подчеркнуть, что тюркоязычные народы не изолируются». Ведь Россию и тюркский мир объединяет историческое прошлое, есть много общего и в духовности, и в культурном, и историческом наследии, и есть существенный потенциал для дальнейшего углубления отношений и роста сотрудничества по всем направлениям.

Мечеть в Казани
Мечеть в Казани
seamor

Аббасов подчеркивает: «Москва и Анкара сегодня сближаются, были какие-то трения, попытки третьих сил столкнуть их лбами, но тем не менее мудрость взяла верх — сегодня Россия, Турция и другие субъекты тюркского сообщества полны решимости выстраивать новые отношения, тем более что это отвечает общим интересам в борьбе против нарастающих рисков и вызовов, которые большей частью идут с Запада». И вообще, в истории было много путешественников, мудрецов, исследователей, которые утверждали, что многие из болезней евразийских народов связаны с близким соприкосновением с Европой, которая передает свои бациллы социальных, нравственных недугов народам Азии, в том числе — тюркскому миру. Поэтому православный и тюркский мир все время пытались быть во взаимодействии, чтобы создать из двух субкультур единый глобальный культурный концепт и чтобы гармонично развиваться в верном направлении и противостоять тлетворному влиянию западных тенденций».

Имеющийся опыт совместного проживания и благополучного сосуществования с Россией у других троих членов Тюркского совета вполне может пригодиться при выстраивании отношений. Что же, Москва свой ход сделала, ответ, думается, не заставит себя долго ждать.